Раздался скрежещущий звук, и ставень рухнул на пол. Одна из досок была сломана. Я недоуменно глянул на руку. В кулаке был зажат небольшой кусок дерева, вырванный из доски. Непонятно как, но мои пальцы буквально раздавили доску, словно это был брусок масла, а не дерево.
Ошеломленный, я отступил назад и бросил кусок. Кожа на руке горела.
— Полный звиздец!..
Осторожно ступая, подошел к двери, повернул засов и тихонько толкнул ее. Увидев, что дверь цела, облегченно вздохнул и пошел вниз. Мутация явно перешла все границы и превращала меня в монстра.
— Горячей воды? — переспросил хозяин гостинцы. — Сколько?
— Пару ведер. И одно — холодной.
— Для чего?
— Смыть грязь.
Хозяин недоуменно пожал плечами и хмыкнул. Видимо, никто из постояльцев раньше не делал столь странный заказ. Обычай принимать ванну каждый день еще не пришел сюда. И даже дамы решали проблему плохого запаха тела с помощью притираний и духов. Смесь получалась еще та…
— Так принесете воду?
— Д-да, — выдохнул хозяин.
Смесь получалась еще та…
— Так принесете воду?
— Д-да, — выдохнул хозяин. — Принесем.
— Отлично.
— Есть будете?
— Нет. Не сейчас.
Хозяин кивнул и вышел. Будет еще одна шутка — странный малый, требующий воды и не желающий обедать. Кого только не заносит в город…
Когда он вышел, я вздохнул, стащил через голову промокшую насквозь куртку и провел ладонью по груди. Как в бане. Жарко и душно. На улице градусов двадцать пять, а в комнате и того больше. Истаять можно.
Я подошел к окну и выглянул на улицу. Во дворе гостиницы и на дороге полно народу. Спешат, толкаются, посылают проклятия и бегут дальше. По краю дороги ползет длинный обоз, возничие прокладывают путь матом и кнутами. Явно спешат к замку.
Тот стоит в полутора километрах от городка. Стандартный замок, пятиугольник крепостной стены с башнями по углам. За ней каменное четырехугольное строение с двумя башнями. Над каждой шпиль со стягом хозяина.
По мосту, сейчас опущенному, едут подводы. Крохотные фигурки людей и лошадей едва различимы.
За спиной хлопнула дверь. Двое слуг принесли ведра с водой и большой таз, в каком, наверное, стирают белье и шкуры.
— В угол, — указал я и отошел от окна. Ладонью смахнул пот со лба и опять вздохнул. Жарко…
…Напряжение на поляне росло. Все были на нервах. Техники по собственной инициативе устроили тотальную проверку аппаратуры. Командир группы охраны порывался расширить зону безопасности и требовал докладов каждые десять минут. Харким вышагивал по поляне, вытаптывая траву и срывая цветки. Даже Толик и Антон хмурили брови и то и дело бросали взгляды на часы. Все ждали сигнала о начале операции, но Артур, Марк и Гомеш пока молчали.
Сергей все это видел, но одергивать никого не спешил. Предстартовая лихорадка такая штука, которую каждый должен пережить сам. У годианцев это первая большая операция, их волнение понять можно. Если уж свои парни мандражируют, что говорить о новичках? Ставки слишком высоки, чтобы спокойно любоваться природой и наблюдать за мельканием белок на деревьях.
— Может, их вызвать? Выяснить, почему молчат, — подошел к нему Харким. — Вдруг им помощь нужна?
— Невед, угомонись. Подойдет срок — выйдут на связь. Нечего им трепать нервы.
— Но они среди аборигенов. Мало ли что тем в голову взбредет. Вон едва драку не затеяли. Все же непривычная обстановка.
— Все будет нормально. Они парни опытные, знают, что делать. А что касается обстановки… Артур почти год прожил в средневековом мире. И, как видишь, жив.
— Но…
— Невед. — Сергей бросил на того выразительный взгляд. — Спокойно. Не суетись, не торопись. Ясно?
— Да.
— Ну и отлично. И скажи своим парням, чтобы оставили технику в покое. Хватит ее мурыжить. Не то она до дела не доживет…
Согласно прежней договоренности максимальное время задержки не должно превышать одного часа. Этот зазор мы отводили на всякие дорожные происшествия и прочие проблемы. Да и трудно выдержать график в чужом мире, где каждый шаг сопряжен с опасностью.
Поэтому, когда срок опоздания перевалил за полчаса, я воспринял это относительно спокойно. И даже не стал выходить в эфир.
Единственное, что сделал, сходил вниз, разведал обстановку и приметил в конюшне коня.
Единственное, что сделал, сходил вниз, разведал обстановку и приметил в конюшне коня. На тот случай, если придется уходить отсюда быстро. Правда, тогда летит ко всем чертям маскировка. Но в критической ситуации уже не до нее.
Внизу было шумно и людно. По двору сновали постояльцы и слуги, из общего зала доносились крики и ругань. Постоянно кто-то приезжал, кто-то уезжал. В общей суете на одинокого постояльца никто не обращал внимания…
Часы отмерили еще десять минут, когда в дверь комнаты забарабанил огромный кулак Марка.
— Принимай гостей, затворник!
Он ввалился в комнату с двумя огромными баулами в руках, подмигнул мне и прошел внутрь. Следом вошел молодой худощавый парень тоже с двумя баулами. Он был одет в такую же пару песочного цвета, что и мы.
— Тилим Гомеш. Оператор, — представил его Марк.
Я пожал тому руку и помог занести баулы.
— Почему опоздали?
— Обычные задержки в пути. Все дороги забиты, к городу не проехать. Обозы, отряды, всадники… Все спешат, никто не хочет уступать дорогу. Да еще движение в обе стороны. Пришлось пробивать трассу. А тут еще одна банда во главе с рыцарем захотела забрать лошадей и снять с нас сапоги.
Марк усмехнулся, прищурил глаза:
— Пришлось их урезонить.
— Никто не видел?
— Никто. Я скинул трупы в овраг, а их лошадей забрал с собой. В качестве трофеев.
Я покачал головой. Хорошо, если убийство рыцаря и его свиты прошло незамеченным. Накануне операции нам только проблем с местными не хватало…
— А так все нормально, — добавил Марк. — Вон только Тилиму было нехорошо.
Услышав эти слова, оператор смутился. Видимо, процесс «урезонивания» бандитов Марк проводил, как обычно, жестко. И непривычный к таким картинам Гомеш пережил несколько неприятных мгновений. Явно раньше подобных картин ему видеть не доводилось.
Оглядев с брезгливым видом комнату, оператор приступил к распаковыванию баулов. Вытащил пульт управления — обычный ноутбук, только размером побольше. Следом извлек блоки внешнего усилителя и антенной группы. Потом достал шлем, джойстик и сканер. Установив аппаратуру на нарах и столе, приступил к сборке и проверке, гоняя ее в разных режимах.
— Ты хозяина гостиницы видел? — шепотом спросил я Марка.
— Видел. Отдал ему лошадей, а трофейных поставил в конюшню. Рядом с выходом.
Нетрудно представить себе реакцию хозяина на появление постояльца с трофейными лошадьми. Марк, конечно, расседлывать их не стал, и только тупой не догадается, что это — добыча. Ладно, одной проблемой больше, одной меньше, сейчас не до этого…
Работа по превращению небольшой комнаты заштатной средневековой гостиницы в центр управления заняла почти час. Под конец невзрачное полутемное помещение стало напоминать импровизированный уголок энтузиаста-радиоинженера.
Еще минут сорок заняло отслеживание спутников и уточнение их характеристик. Скорость, высота, рабочие частоты, логика маневров…
Пока оператор работал, мы обеспечивали охрану помещения. Марк занял позицию у двери и иногда выходил в коридор. Я встал у окна и следил за двором и дорогой.
