В дом попадали через просторный холл или дворик с хрустальной кровлей. Под этим прозрачным сводом, прямо в воздухе, висел Замок величиной с человеческий рост, напоминавший покинутые жилища лоона эо на Данвейте. Модель была выполнена с неподражаемым искусством: блестела серебром центральная башня с примыкавшими к ней малыми донжонами, тянулся вверх остроконечный шпиль, ажурные прорези и узоры придавали конструкции эфирную легкость.
— Памятный знак, — сказала Занту, глядя, как серебристая игрушка медленно вращается, сияя в потоке света.
— Когда-то, очень давно, моя семейная группа обитала в этом жилище. Мы происходим с Файо, но когда освоили планеты Внешней Зоны, перебрались на Харру. Оттуда вновь вернулись к Файо, но не в нижний мир, а в астроид. Его вырастили специально для нас.
Вырастили, отметил Вальдес. Луч, отраженный серебряной башней, кольнул его зрачок.
— Велика ли твоя семейная группа? — спросил он.
— Если считать десятками, как принято у вас, получится семнадцать тысяч. Но в древности нас было меньше, сотен шесть.
— В древности, когда вы жили в Замке? — уточнил Вальдес. — В этом, чью модель мы видим?
— Ты ошибаешься, Сергей Вальдес с Земли. Перед нами не модель, а наше прежнее жилище. Одни семейные группы оставили свою обитель на внешних планетах, другие забрали. На память, как мы.
Он внимательно осмотрел крохотный Замок и произнес:
— Маловат для шести сотен лоона эо. Как ты считаешь?
— Его можно вырастить.
— Вырастить? Что это значит?
Занту повела рукой, и один из приборов, хранившихся в ее отсеке, неторопливо перелетел в беседку и завис над полом. Это была полусфера, собранная из ледяных многогранных пластин; кристаллы словно перемещались по ее поверхности, и над ними трепетало зыбкое сиреневое марево. Какой-то эмиттер, решил Вальдес.
— Земляне носят украшения? — спросила Занту.
— Многие носят. Я — нет. На флоте не принято.
— Дай тогда что-нибудь другое, небольшое.
Он снял с шеи кредитный медальон.
— Это подойдет?
— Лучше не надо. Собьется настройка электронных цепей, и ты потеряешь заработанное. Нужен какой-то простой предмет. Полностью инертный.
Вальдес вытащил монету — ту самую, что подарила Занту.
— Положи ее на пол, под сканер, и отойди. Пальцы не должны попасть под излучение.
Он сделал, как она сказала. Движение пластинок прекратилось, сиреневый туман начал быстро густеть, вытягиваться вдоль оси прибора, собираться в яркий лучик. Световое пятно накрыло монету, его края подрагивали и сжимались, охватывая металлический кружок все плотней и плотней. Потом — мгновенная ослепительная вспышка, заставившая Вальдеса прищуриться. Когда он открыл глаза, монета словно растеклась; теперь она была величиной с ладонь и толщиною в палец. Сиреневый луч угас, и диск из платины с изображением единорога загадочно и тускло мерцал на полу.
— Голограмма? — неуверенно молвил Вальдес.
Занту улыбнулась. Ее улыбка казалась совсем человеческой: раскрылись губы, сверкнул перламутр зубов, приподнялись холмики у краешков рта.
— Попробуй! Возьми ее!
Монета тянула на добрый килограмм. Ее тяжесть была реальной, осязаемой, как вес оружия или боевой перчатки. Он в изумлении покачал головой.
— Этот прибор…
— Молекулярный сканер.
— Пусть так. Он делает малое большим, а большое — малым?
— Да.
— Так выращивают Замки, корабли, астроиды? Любые крупные конструкции? Из малых, но точных моделей?
— Да. Нельзя преобразовывать только электронные системы и живых созданий. Растения, птиц, зверей… Они организованы слишком сложно.
Кивнув, Вальдес наклонился и опустил монету на пол.
— Сделай ее такой, как прежде.
Кивнув, Вальдес наклонился и опустил монету на пол.
— Сделай ее такой, как прежде. Пожалуйста.
— Но в этой больше металла. Разве он тебе не нужен?
— Нет. Та прежняя монета — не металл, а память, как ваш маленький Замок. Память о тебе, о твоем корабле и нашем полете… А эта слишком велика, чтобы носить ее с собой.
Вспыхнул сиреневый луч, диск съежился, превратившись в обычное песо. Полусфера вспорхнула на консоль. Об этом надо рассказать Кро, подумал Вальдес. Такое волшебное устройство! Корпуса кораблей и зданий, жилые купола и основания плавучих городов, космические станции и баржи, а также множество других вещей можно штамповать десятками, сотнями тысяч! Конечно, необходима энергия, но ее во Вселенной больше, чем технологических линий и шахт по добыче сырья. С таким прибором миллионы тонн металла не нужны, и не нужна тяжелая промышленность; спрос лишь на ювелиров… Надо, надо рассказать Вождю!
Но были у него с Занту другие беседы, о которых посторонним знать не полагалось.
ХАПТОРЫ — точно установленное самоназвание расы.
Галактические координаты сектора хапторов: OrY77/OrY81, область Рукава Ориона, более близкая к ядру Галактики, чем территория Земной Федерации. Материнский мир — Харшабаим-Утарту, координаты OrY80.35.16.
Гуманоидная раса с физиологией, которая, предположительно, сильнее отличается от земного стандарта, чем у кни'лина и фаата (другой хромосомный набор). Безусловно не совместимы с людьми в сексуальном отношении, и искусственное осеменение не позволит получить жизнеспособного потомства.
Технологическая цивилизация уровня В6, в отдельных деталях сходная с земной (орбитальные базы, военная техника, терраформирование планет, транспортные средства, энергетика; подробные сведения отсутствуют). Отличаются жестокостью, коварством, властолюбием, но весьма расчетливы и способны держать чувства под контролем разума. Желания контактировать с Землей не проявляют.
История расы в подробностях не известна. Три с половиной — две тысячи лет назад служили Защитниками лоона эо, затем контракт был разорван, и хапторов сменили дроми. Это привело к долгому конфликту между данными расами, который до сих пор находится в активной фазе. Следует, однако, отметить, что хапторы никогда не вели боевых действий против транспортов лоона эо и тех дроми, которые, собственно, служили Защитниками; их войны с дроми носили и носят характер столкновения двух могущественных звездных империй. С лоона эо хапторы продолжают интенсивно торговать.
В настоящее время имеют более двухсот колоний, некоторые из них густо населены. Оценка популяции — 50-60 млрд, темп размножения несколько больший, чем у земного человечества (в разных источниках даются коэффициенты 1, 05-1, 25).
О социальном устройстве общества, религии, философии, искусстве достоверной информации нет.
Внешность и поведение хапторов, а также редкие биопробы, которые удалось получить и исследовать, позволяют выдвинуть гипотезу об их происхождении от древних гоминидов, несколько отличных от земных разновидностей (питекантроп, синантроп и другие). Вероятно, предками хапторов были агрессивные и хищные существа, склонные не к растительной, а к мясной диете. От них хапторы унаследовали мощное телосложение, плотную толстую кожу и полоску меха вдоль хребта. Голова покрыта ороговевшей кожей, волос нет, по обе стороны лба — шишки (небольшие конические выступы), уши заостренные, глаза с вертикальным зрачком глубоко утоплены в глазных впадинах. Человеческим эталонам красоты не соответствуют.
По оценке ОКС хапторы могут стать в будущем соперниками земного человечества, но не такими явными, как бино фаата, кни'лина и дроми.
В случае столкновения с дроми рассчитывать на союз с хапторами было бы ошибкой.
Источник информации: Сведения, собранные Исследовательским корпусом и агентами Секретной службы ОКС в секторе лоона эо.
