— Давайте подумаем. — Игорь присел на подножку фургона. — Покурим…
Закурили. Стали обсуждать.
— Но все?таки там, на точке, явственно проступило? — допытывался Лев Евгеньевич.
— Да?да, — кивал Палыч, нервно затягиваясь, — явственней некуда, ошибки быть не может. Но вот потом, когда я шел по линии… нет, ничего.
Огарков глубокомысленно приподнял брови.
— М?да… — вымолвил он и огляделся. — И тем не менее ошибки быть не может… Я согласен, мы на верном пути. Вы знаете, если бы порасспрашивать тех жиль?iiob, что в этих квартирах живут, в тех, которые как раз на линии…
— M?м? — заинтересовался Игорь, лицо его прояснилось.
— Вот?вот! Я полагаю, что если бы нам удалось провести полноценное расследование, то вскрылись бы интереснейшие вещи.
— Какие же?
— Нуг точно я сказать не могу, но могу поспорить, что здесь, именно в этих квартирах, повышенный процент разводов — допустим, допустим, конечно! Или, скажем, процент самоубийств. А может, и наоборот — здесь одни вундеркинды рождаются или красавицы… в таком вот аспекте.
Лев Евгеньевич повернулся и показал на бойлерную.
— А возможно, и там есть своя необычная статистика, и там из года в год происходят некие таинственные вещи…
— Но мы этого не узнаем, — закончил за него Игорь.
— Нет, отчего же? Все возможно. Если бы мне пройтись по квартирам… Я их раскручу, будьте уверены!
— Времени нет.
Но Лев Евгеньевич, похоже, загорелся.
— Это пустяки! Хотя, конечно, несколько часов…
— Нет?нет, — решительно отмел Кореньков, — именно этих часов у нас нет.
Лев Евгеньевич с сожалением посмотрел на окна дома. Видно было, что он душит в себе профессионала.
— Ладно, — наконец сказал он и выдохнул. — Другие предложения и вопросы?
— Другое предложение такое, — заговорил Игорь. — Выборочно проехаться по нескольким точкам линии. Раз в крайней точке что?то есть, значит, должно быть и в других. Давайте четыре?пять точек… Где?то наверняка сработает. Там и начнем шерстить.
— Ну что же, резонно, — кивнул Огарков.
— Давайте так, — согласился Палыч, давя окурок носком ботинка.
Федору Матвеевичу было все равно. Вновь вынули карту и наметили пункты.
— Может, у парка, — ткнул пальцем в карту Палыч.
— Почему там? — поинтересовался Огарков.
— Почему там? — поинтересовался Огарков.
— Не знаю, — отозвался Палыч. — Интуиция!
— А?а! — с уважением протянул Лев Евгеньевич. — Если ваша интуиция, то я присоединяюсь.
— Хорошо?хорошо, — нетерпеливо перебил Игорь. — Смотрите… Лев Евгеньевич, дайте карандаш… Ага, спасибо. Смотрите сюда — две крайние точки: здесь и на Прибрежной. Затем: первая точка…
Он отметил примерно на равных расстояниях четыре точки между крайними, причем одна из них очутилась точно возле библиотеки.
Разгорелся спор. Крутиться там представлялось опасным; Лев же Евгеньевич припомнил хитромудрое изречение: «хочешь остаться незамеченным — встань на многолюдной улице под фонарем», но Палыч с Игорем зашумели, что это пустая выдумка какого?то сочинителя; так болтать, мол, легко, а вот сам попробуй!..
Огарков стал горячо уверять, что это никакая не выдумка, а психологически обоснованный ход, но убедить так и не смог.
— Нет, нет, нет, — мотал головой Палыч. — Да и то подумайте: я там и в библиотеке, и около сколько раз был! И ни шиша со мной не случалось, а зацепило только на четвертом этаже — так туда мы все равно не сунемся. Так?
Этот аргумент подействовал, правда, в иную сторону.
— Хм… — призадумался Игорь. — А ведь действительно… Но если так, то где гарантии, что в других точках у нас не получится?.. Хотя черт с ним! — поспешил он оборвать сам себя. — Чего зря голову ломать, действовать надо.
И то верно. Без долгих разговоров забрались в фургон, Игорь сориентировал Федора Матвеевича, и поехали. Езды было минут десять.
— Ну, вот он, парк, — сказал Федор Матвеевич.
— Ага, — бодро откликнулся Игорь и зашуршал картой. — Так, так… ага! Назад, Федор Матвеевич, проскочили.
Пришлось разворачиваться. Но проехали немного, метров сто.
— Так, так, — приговаривал Игорь, — теперь сюда, в этот проезд… и, пожалуй, прямо… прямо… до конца?.. — Что?то изменилось в его голосе, он зазвучал странно, неуверенно. Палыч заметил это первый:
— Э, Игорь, ты что? Увидел что?то?
— Увидел. — Игорь заговорил уже твердо. — Дошло, когда сюда заехали. Здесь знаете, что расположено?.. Апартаменты нашего шефа, Смолянинова! Я голову на отсечение даю, что они на линии находятся.
— Здесь вообще?то все особняки такие… хоромы, — сказал Федор Матвеевич.
— А смоляниновский именно на линии стоит, — упрямо повторил Игорь. — Вон он, уже виден… Ба, а машину видите?! Это его зама авто, Богачева! Ну?ка, ну?ка, Федор Матвеевич, поближе… точно, его!
— И что он у него делает в такую рань? — спросил Палыч.
— Да кто ж его знает?.. Хотя уже не такая и рань. Не останавливайтесь, Федор Матвеевич, здесь может охраны быть полным?полно.
Федор Матвеевич на всякий случай даже прибавил газу, и мимо смоляниновского особняка проехали лихо, Палыч и Лев Евгеньевич с любопытством глазели, а Игорь сверялся по карте и убедился и всем об этом объявил — что оказался прав.
Такое дело надо было осмыслить. По настоянию Игоря мотанули сквозь проезд не останавливаясь, обогнули парк с другой стороны, заехали во двор и там встали.
— Ну и какие мнения будут, господа хорошие?..
ГЛАВА 2
Какие у господ сложились мнения — об этом позже, а вот у господина Смолянинова мнение, надо сказать, вышло неплохое.
Нет, конечно, шок у него был. Но не обессилил его. Наоборот, полежав в подвале на полу, он ощутил прилив какой?то лихорадочной энергии, и это было приятно.
Все?таки мир не просто открылся ему, а возвеличил так, как никого. А трудности… ну что ж, на то они и трудности, чтобы их преодолевать.
Резким, решительным шагом Смолянинов вышел в гостиную. Набрал номер Богачева, несмотря на раннее утро. Богачев, похоже, и не спал — снял трубку на втором гудке.
— Богачев?
— Слушаю, — отозвалась трубка.
— Подъезжай ко мне. — И отключился.
Уже после того, как позвонил, царапнула мысль: а не начинает ли он мало?помалу зависеть от Богачева? Всякий раз сюда его тянет… Да нет, ерунда.
Богачев прибыл быстро, охрана пропустила его в дом. Смолянинов постарался встретить гостя не очень приветливо, но тот как будто и не обратил на это внимания, прошел, сел.
Хозяин выдержал паузу и только после этого начал. Рассказал о своем ночном рандеву с прекрасным и ужасным. Рассказал честно, ни о чем не утаивая, даже как?то увлекся. Богачев слушал очень внимательно; выслушав, промолвил:
— Что ж, очень прилично. Это успех.
— Успех? — язвительнейшим тоном переспросил Смолянинов. — Ну да, успех. Как у того… как его? Ну как того?то звали?..
— Белкин.
— Ну да. Башку ему снесло — вот и успех. У меня тоже еще один такой поход, и я могу не то что без башки — без ничего остаться.
Богачев почти незаметно пожал плечами:
— Риск — благородное дело.
— Да, конечно, конечно, благородное. — Сарказм в голосе начальника прямо?таки выгнулся дугой. — Вот в следующий раз и проявим благородство оба. Вместе пойдем. Благородно будет, а?!
Заместитель уже заметнее пожал плечами.
— Как скажете. Только, боюсь, вдвоем у нас не получится. Не пустят.
