— Во-первых, Алекс, наши спецы-лингвисты не зря получают зарплату, а во-вторых, нам помогли хисаан. Их посол, Илан Иори, тоже занимался изучением языка шанту и достиг немалых успехов. Короче говоря, мы теперь можем без проблем следить за шанту, тем более, что принц в беседах с матерью очень откровенен… Эта запись сделана вчера.
Я включил видео. На экране ноутбука появились два окна, замелькавшие поперечными полосами. Они сменились чёрно-белым изображением московского офиса принца Катиара и какого-то громадного, вычурного зала. Принц стоял, склонив голову. Оператор в зале дал приближение, и мы увидели самый настоящий трон. В цвете он должен был выглядеть великолепно. А за ним, точнее, выше него, на стене красовалась объёмная схема Солнечной системы, охваченной сиянием, исходившим от огромной женской ладони. Не поймёшь, то ли эта ладонь прикрывала систему от чего-то невидимого, то ли собиралась прихлопнуть, как таракана… Через несколько секунд на экране появилась немолодая, но ещё очень и очень красивая женщина-шанту, одетая в короткое, блестящее металлом платье. У неё на голове поблёскивал тонкий обруч с ярко светившимся над высоким лбом маленьким диском. Женщина без особых церемоний села на трон и заговорила. Заглушая её приятный, но с властными нотками, голос, послышался синхронный перевод на английский язык. Алекс начал тихо переводить речь на русский язык — для своего друга.
— Ты хорошо выглядишь, сын, — женщина спокойно, даже величественно кивнула.
Принц (в соседнем окне-экране) склонился ещё ниже и выпрямился — довольный.
— Ты тоже прекрасно выглядишь, матушка, — сказал он, улыбаясь. — Я рад видеть тебя.
— Какие новости? — императрица Арес сидела неподвижно, как египетский фараон.
— Всё идёт по твоему плану, мама.
— Если не считать незначительных отклонений, — дама на троне чуть подалась вперёд. — Боевые корабли хисаан держат вашу яхту под прицелом. Это первое. Агелар уже сообщил мне, что двое охранников моей дочери затеяли перестрелку с туземцами. Это второе… Мне не нужны осложнения, пока Дегнар не собрал Императорскую эскадру. Я хорошо осведомлена, что на Земле имеется ядерный потенциал, сравнимый с хисаанским. Ты представляешь, что будет, если люди сговорятся с этими серыми зверушками?
— Мы тянем время переговорами, — Катиар нисколько не смутился, пропуская упрёки матери мимо ушей.
— Хорошо, — кивнула императрица, успокоившись. — Напомни Ахоне, чтобы она лучше контролировала себя. Пусть потерпит, осталось совсем немного.
— Я рад, — принц снова улыбнулся. — Честное слово, рад… Когда дядя Дегнар соберёт эскадру?
— Через десять дней. Жди сигнала.
Императрица встала, Катиар снова склонился, и изображение сменилось чёрным фоном холостого режима.
— Шеф, лингвисты ручаются за точность перевода? — спросил Алекс.
— Да, — ответил я, вынимая диск.
— Сутки на Шанатре длятся двадцать восемь часов с минутами, — мрачно проговорил русский. — Значит, десять их дней — это почти двенадцать наших. Запись сделана вчера…
Инопланетянин Иотал помрачнел …и на пару секунд вспыхнул голубым электрическим сиянием. В комнате запахло озоном, а мне стало не по себе.
— Корабли натья в любом случае придут раньше, — тихо сказал он, возвращаясь в человеческий облик. — Но я не знаю, успеем ли мы предотвратить войну.
Несколько минут мы все угрюмо молчали, переваривая информацию. Мне зверски захотелось что-нибудь съесть. Хоть по местному времени я сильно опоздал к ужину, мои биологические часы упрямо твердили, что пора обедать. Иотал заметил это первым и придвинул поближе стеклянный столик с подносом, на котором горкой лежали всевозможные бутерброды.
— Спасибо, — пробормотал я, выбирая бутерброд побольше.
— Чай, кофе? — поинтересовался пришелец.
— Благодарю, мистер Иотал, не стоит беспокоиться… Эту запись, — сказал я, возвращаясь к теме, — не видел ещё никто, кроме Карин, моих переводчиков и вас. Я боюсь показывать это даже командованию Интерпола, не говоря уже о правительствах. Потому что на днях американцы услышали от своего президента странные слова: «Святая обязанность каждого человека — везде и во всём помогать нашим братьям шанту»… В этом году выборы, между прочим. Поэтому господа политики пойдут на сделку хоть с самим чёртом, лишь бы удержаться у власти.
— Даже несмотря на опасность? — удивился Иотал.
— Опасность — лишний источник адреналина в крови, — съязвил Алекс. — Кое-кому захотелось острых ощущений.
— Но их опрометчивые решения могут обернуться миллионами жертв!
— Ну, Иотал, ты же знаешь, каким местом принято думать в высших эшелонах нашего общества.
— И это — суровая реальность, к сожалению, — я взялся за второй бутерброд, на этот раз с копчёной рыбой. — Потому я и спрашиваю у вас: что делать?
— Извечный, а главное, актуальнейший во все времена вопрос, — язвительно хмыкнул Алекс. — Что делать, что делать… Иотал предлагает уже сейчас создавать боевые группы. Пусть наши ребята поищут знакомых среди крутых вояк. У вас это морская пехота, у нас — воздушно-десантные войска. ОМОН, спецназ. Французский Иностранный легион… Главное, чтобы эти ребята попутно разбирались в технике и могли вправить мозги любому компьютеру. А натья готовы предоставить нам свои корабли.
— В качестве транспорта?
— Не только, — Иотал едва заметно усмехнулся. — Мы пришли к выводу, что бессмысленно обращаться к совести противника, если её нет… Иначе говоря, мы ТОЖЕ будем сражаться.
— И тоже будете убивать?
— Мы знаем способы остановить противника, не уничтожая его. Мы готовы научить вас этому.
— Нет времени, — я встал и включил Internet Explorer. — Когда корабли натья прибудут к Земле?
— Осталось дней шесть-семь. Наша система расположена в созвездии Ориона, перелёт не займёт много времени, но нам нужно переоборудовать корабли для возможных военных действий, да так, чтобы шанту ничего не заподозрили.
Я бросил мимолётный взгляд на часы: подходило время прямого интернет-эфира с Нью-Йоркским офисом. Если верить Карин, новоизобретённые интернетовские штучки для особо секретных переговоров пока что оставались для шанту твёрдым орешком. Я спокойно законнектился, зашёл на потайную страничку нашего отдела. Веб-камера под плоским монитором мигнула зелёным огоньком готовности. Я был почти уверен, что за нами следили от самого аэропорта, и теперь прощупывают все передачи из этого дома, но я надеюсь на профессионализм наших программистов. Не подведите, ребята!
Изображение хоть и было цветным, но по качеству уступало даже чёрно-белой записи беседы августейших шанту.
Кадры запаздывали, покрывались тонкими белыми полосами, смещались. Но зато этот разговор совершенно точно останется между нами.
— Добрый вечер, босс, — на экране показалась грустная Карин. — Привет, Алекс.
— Привет, Карин, — отозвался я. — Времени мало, а потому давай сразу о главном. Что нового?
— Записали и перевели ещё один разговор принца с матушкой. Передавать нет смысла, запись агромадных размеров. Но речь у них шла о том, какие объекты на Земле следует подавить в первую очередь — одновременно с расправой над кораблями хисаан.
— Вы предупредили хисаан?
— Да. Они готовы принять бой. Плохо то, что они не умеют хитрить, а на завтра назначен следующий раунд переговоров. Я боюсь, как бы Илан и Даги под горячую руку не выдали наш секрет.
