Я невольно скосил глаза на экран внешнего обзора. Не накаркала бы наша киска…
— Тебя они, понятно, слушать не станут, — предположил я.
— Я отступница.
— Это я уже слышал. Ну, а если за переговоры возьмусь я?
— Тебя наши правители тем более слушать не станут: ты для них презренный хаэ. Но ты говоришь на языке хисаан, это их удивит, и потому они сначала обменяются с тобой несколькими фразами. Постарайся за это время доказать правителям хисаан, что ты достоин беседы с ними.
— Весело вы живёте, нечего сказать, — я перешёл на русский язык. — Разумным при встрече с вами надо ещё ДОКАЗЫВАТЬ, что они ТОЖЕ разумные…
Даги пошевелила ушами: русский язык она знала не так хорошо, как я — хисаанский.
— У нас около восемнадцати земных суток времени, — сказала она на своём языке. — Джой говорила, ты хорошо знаешь историю Земли-Хатанна.
— К моменту посадки на Землю ты тоже будешь хорошо её знать, — пообещал я, достав из ящика лазерный диск. — Начнём, пожалуй, с наших корней…
ГАРРИ ПАРКЕР. «АТЛАНТИС» — ОКОЛОЗЕМНАЯ ОРБИТА
Слава Богу — «Атлантис» наконец миновал лунную орбиту. Ещё немного — и мы дома…
Связь, по сравнению с марсианской, была просто идеальной. Мы уже ловили передачи земных телеканалов, наслаждаясь после долгого перерыва фильмами и морем новостей. Земля, узнав, что мы в зоне прямого эфира, разразилась поздравлениями. Представьте себе, нас поприветствовали даже с корабля шанту, который крутился на низкой орбите. Мы вежливо ответили им, благоразумно умолчав о Даги. И, как потом выяснилось, правильно сделали.
Посадку отложили на пару дней — ждали хорошей погоды. За это время мы должны были подготовиться сами и подготовить наших пассажирок — на родине хисаан гравитация была несколько меньше земной. К нам то и дело подлетали малые аппараты шанту.
К нам то и дело подлетали малые аппараты шанту. Молча покрутятся возле «Атлантиса» и исчезают. Джой заподозрила, что они сканировали наш рабочий диапазон, и перешла на кодированную связь с Хьюстоном и российским ЦУПом. Пока шанту не расшифровали наши коды, она срочно передала на Землю предупреждение о скором приходе хисаанского военного флота и всех неприятностях, вытекающих из сего обстоятельства. После этого из Хьюстона пришла команда — сажать «Атлантис» немедленно. Вот тут-то шанту и вмешались, запросив Хьюстон о причинах такой резкой перемены настроения. Ну и ребята эти шанту, я вам скажу. Какое им дело до наших космических программ?.. Хьюстон отмахнулся от них, заявив, что на борту «Атлантиса» обнаружены неполадки. Не знаю, насколько шанту поверили нашим инженерам, но приземлялись мы в компании их аппаратов. Садился «Атлантис» в нормальном режиме, на шасси. Здоровенный, превзошедший размерами даже русский тяжеловоз «Руслан», наш челнок, коснувшись земли, тяжело присел. Мы сразу же почувствовали на себе все ухабы и выбоины, какие только здесь нашлись. Я невольно посмотрел на Джой, сидевшую на втором штурвале. Командир была на высоте. Тряску она переносила на удивление стойко. Бросив взгляд в зеркало, которое пристроила в кабине Марго, я увидел всю команду. Худосочная Лу потеснилась в кресле, разделив его с такой же щуплой Даги. Девчонка Хиати сидела на коленях у Виктора и, наплевав на болтанку, преспокойно щебетала с ним на языке хисаан… Даги говорила, что эта девочка родом из Югославии. Кто она? Сербка, хорватка, албанка? Неизвестно. Да и какая теперь разница. Она человек, и всё… Кто знает, может это послужит хоть каким-то уроком для человечества, которое уже устало делиться на «своих» и «чужих». Тем более, что на Земле гости. Неудобно как-то будет выставлять перед ними наши уродства.
«Атлантис» наконец остановился. Аппараты шанту кружили неподалёку, фиксируя каждое движение наземных команд. Если они раньше времени засекут Даги, у нас будут проблемы. Что делать? Выход нашла Джой, приказав всему экипажу обрядиться в скафандры, а автобус с медиками подогнать прямо к трапу. Правда, штатовское правительство вовремя сориентировалось и направило к месту посадки «Атлантиса» военные перехватчики. Шанту не стали ждать, пока их вежливо попросят отойти подальше — ушли сами. А я почему-то был уверен, что они продолжают за нами наблюдать. Если уж наша шпионская техника способна с орбиты сфотографировать и распознать передовицу газеты на прилавке киоска, то что говорить о научно-технических достижениях более развитой цивилизации? Следят, как пить дать. Наверное, подозревают, что мы на Марсе с кем-то встретились. А вообще, какое их инопланетное дело до наших контактов? Мы уже достаточно большие мальчики и девочки, чтобы самостоятельно выбирать себе компанию.
В Хьюстонском центре на Даги сразу же набросились маститые биологи, но Джой, загородив хисаанку своей могучей спиной, заявила, что перед ними не подопытная крыса, а разумное существо. И у этого существа на Земле есть неотложные дела. А с биологическими исследованиями можно и подождать, тем более, что Даги пообещала и без всяких там исследований предоставить земной науке сведения о своей расе. Учёные встали на дыбы, но тут вмешались ооновцы. Даги, Хиати и Виктора куда-то увели, а нас заперли в медцентре и обкрутили проводами.
— Я боюсь за них, — шёпотом призналась Луиза, которую уложили на соседнее «кресло».
— Я тоже, — мне эта милая ситуация тоже не понравилась. — А чем мы им поможем?
Лу вздохнула.
— То-то и оно, — хмыкнул я. — Джой, как ты думаешь, нас долго здесь будут держать?
— Не знаю, — наш командир была мрачной, как священник на похоронах.
— Честно, не знаю, ребята. Если бы не пришельцы… Знаете, чего я по-настоящему боюсь? Что Земля вот-вот станет плацдармом в межпланетной войне. Представляете последствия?
— Ой, — я услышал тихий стон Чандры.
— Выход один, — продолжала Джой. — Хватать наших гостей за шкирку и растаскивать по углам, пока они не разнесли Землю на атомы. Интересно, у наших политиков хватит соображения выступить в роли посредников? Или они как обычно предпочтут втихаря заключать сделки с воюющими сторонами?
— Ну, Джой, это же не Иран с Ираком нефтяные скважины не поделили, — сказал я. — Сейчас речь может идти по меньшей мере о выживании человечества как вида.
— Гарри, ты же прекрасно знаешь, что среди нас всегда найдутся ублюдки, готовые облизывать задницы кому угодно, лишь бы урвать кусочек послаще.
— Доннерветтер… — пробормотала Марго. — Дожились…
Вошёл врач, который должен был следить за показаниями приборов, и мы дружно замолкли.
Только через двое суток я снова увидел Виктора и Даги с девочкой. Теперь их сопровождали не учтивые джентльмены в штатском, а двое интерполовцев в форме — мужчина и женщина. Леди была как раз в моём вкусе: жилистая, среднего роста, чуть рыжеватая, серьёзная. Её спутник всё время переговаривался с Виктором по-русски — земляк, наверное.
— Привет, Гарри, — Виктор пожал мне руку. — Знакомься: это офицеры Интерпола — капитан Комаров и лейтенант Дюпон.
Мы обменялись рукопожатиями, и я отметил, что глаза у мисс Дюпон были светло-карими.
— В чём дело? — всё-таки присутствие полицейских меня насторожило. — Почему нами интересуется Интерпол? Мы нарушили какой-нибудь закон?
