Он достал свой диктофон, перемотал плёнку и включил. В комнате зазвучал приятный голос Катиара. «Во имя блага империи Шанту я, Арес Катиар Тай, принимаю посредничество людей в переговорах шанту с расой хисаан, и клянусь ни словом, ни действием не нарушать официальный договор, заключённый мной от имени империи с народом и правителями планеты Земля. Да покарают меня мои богоравные предки, если я нарушу эту клятву…»
— И так далее, — сказал Сашка, щёлкнув выключателем. — Конечно, после этого у Катиара был повод угрохать меня. Но не слишком ли быстро он это провернул? Чтобы поставить бомбу в машину, надо хорошо подготовиться, подследить удобный момент…
— Вы следователь, вам и карты в руки, — мрачно проговорил Иотал. — Я вас предупреждал, что шанту — опасные противники.
Комаров как-то странно посмотрел на него, но промолчал. К нам подошли техники, записывавшие видеоразговор с хисаан.
— Запись хорошая, качественная, — сказал один из них. — Нужен только перевод.
— Это ко мне, — я наконец получил возможность отвлечься от мрачных мыслей.
— Вы собираетесь прокрутить эту запись нашим шишкам? — хмыкнул Комаров, поймав за манжету руководителя этой лаборатории.
— Вы собираетесь прокрутить эту запись нашим шишкам? — хмыкнул Комаров, поймав за манжету руководителя этой лаборатории. — Я бы на вашем месте пустил её по всем телеканалам.
— Зачем? — удивился тот.
— Так, для смеха.
Начальник лаборатории понимающе улыбнулся.
— Сделаем, — кивнул он.
Ох, до чего же Сашка не любит всяческих правителей… Не свернул бы он шею на этой дорожке.
— Сегодня кое для кого будет бо-ольшой сюрприз, — подмигнул он мне. — Давай, Витя, постарайся. Переводи с выражением.
— Бить тебя некому, — пробурчал я.
— Ничего, скоро будет кому.
— Ну, землячок!..
— Ладно тебе, не кипятись. Я знаю, что делаю.
— Я надеюсь, что это так, — хмыкнул я, уже на выходе. — Даги, ты мне поможешь?
Даги сорвалась с места и по-птичьи легко подбежала ко мне — она боялась оставаться наедине с незнакомыми людьми.
— Виктор, — она уцепилась за мой рукав. — Мне страшно. Если шанту выстрелят, хисаан ответят.
Вот балда! Я, в смысле… Сашка, умник чёртов, догадался об этом гораздо раньше меня! Если ролик увидят все, в том числе и шанту, у них не останется ничего другого, как начать переговоры с хисаан. Если показать его только правителям… Ой, что будет!..
Через два с хвостиком часа кассету с роликом отправили в Белый дом. И почти одновременно крутанули по всем общенациональным каналам Америки. А ещё через час-полтора эта новость облетела весь мир… Что ж, за испорченную машину Сашка рассчитался сполна.
ИОТАЛ. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ
— Мне здесь трудно, но интересно, — этими словами я закончил доклад, адресованный Высшей Этической Коллегии натья, которая постоянно требовала у меня отчёта.
Их беспокойство мне понятно. Да, эта планета — не самый лучший уголок нашей Галактики. Да, её обитатели ни на один день не прекращают убивать друг друга. Но это ЕДИНСТВЕННАЯ планета, кроме моей родины, где у меня есть НАСТОЯЩИЙ ДРУГ. Сей факт я тоже выложил Коллегии. Там большинство женщины, они достаточно чутко относятся к таким нюансам, как личные отношения с аборигенами. Вот пусть и решают, достойна ли планета Земля нашей помощи, или её следует изолировать. Впрочем, мы очень редко и очень осторожно принимаем решение об изоляции какой-либо планеты, как сделали это в отношении шанту. У Земли все шансы выкарабкаться. Удивительно, но здесь я наблюдаю такой впечатляющий спектр характеров, что диву даёшься — как это общество до сих пор не погибло от центробежных сил. Эйнштейн и Гитлер, Флоренский и Сталин, Мать Тереза и людоед Бокасса — список можно продолжать до бесконечности, я взял только самые яркие примеры двадцатого века. Сколько их было в прошлом человечества и сколько ещё будет в веке двадцать первом…
Два дня назад на Земле высадилось посольство хисаан. Их корабли остались на орбите, профессионально взяв на прицел корабль шанту. Те поначалу кривились, пытались ставить какие-то условия, но за стол переговоров всё-таки сели. Не иначе, Алекс встретился с Катиаром и кое-что ему напомнил. И наступило относительное затишье. Земляне уже начали пробное производство двигателей на основе хисаанских технологий — кажется, с Марса привезли разбитый аппарат Даги… Что мне в людях нравится, так это невероятная способность к плагиату. Не успел первый подобный двигатель поднять в воздух первый экспериментальный аппарат, как земные учёные уже объявили это СВОИМ достижением… Как говорят в этой стране — и смех, и грех.
Закончив видеоотчёт, я отправил его на нашу следящую станцию, уютно угнездившуюся на Луне. И позволил себе немного расслабиться. Вышел на балкон и блаженно растянулся в плетёном кресле. Эта дача — идеальное место для моего отдыха. Алекс, правда, сетует на отсутствие поблизости хоть какой-нибудь приличной речушки. Я не человек, и водоёмы меня интересуют только с эстетической точки зрения. Потому мне почти безразлично, есть ли здесь река. Зато воздух, который намного чище, чем в Москве — другое дело. Тишина… Только птицы поют, да изредка протарахтит двигателем машина соседа-дачника. После грохота огромных городов — это просто рай.
— Эй, Иотал, ты уже в нирване? — у меня за спиной раздался насмешливый голос Алекса, гостившего в этот выходной у меня на даче.
— Пытаюсь приблизиться к абхиджне, — за четыре года я научился понимать земной юмор, и отвечаю в тон. — А тут по балкону какое-то привидение в тапочках бродит, медитировать мешает… Садись, брат по разуму, пообщаемся.
Алекс засмеялся. Сел, открыл банку с «колой».
— Как тебе здесь? — спросил я.
— Замечательно, — Алекс с удовольствием потянул эту коричневую шипучку, которую я купил исключительно для него — сам её почему-то не выношу. — Я в смысле, что никого не надо выслеживать и ловить, как в прошлый раз. Сидишь и балдеешь… Ты бы хоть бассейн во дворе завёл, пришелец.
— Специально для тебя закажу в Штатах, — я усмехнулся. — Алекс, тебе обязательно вымокнуть, чтобы чувствовать себя отдохнувшим?
— Человек на девяносто пять процентов состоит из воды.
— Ах, да, я совсем забыл. Мне по долгу службы чаще попадались люди, на девяносто девять процентов состоящие из чистого спирта… Алекс, мне до сих пор не даёт покоя одна вещь… Я всё время пытаюсь понять, почему ты так невзлюбил Ахону? Неужели только из-за того, что она сломала тебе руку?
— Ты нашёл, о ком вспомнить… — Алекс поморщился. — Слушай, Иотал, давай хоть сегодня не будем о этом, а?
— И всё-таки, почему?
— Почему, почему… Сволочь она. Садистка, да ещё психованная. Угрожала продать в радиоактивные рудники, а теперь на шею вешается. Уже не знаю, куда от неё спрятаться.
— Если бы причина была только в этом, ты бы так не нервничал.
— Я ненавижу террористов.
— Я их тоже не очень люблю, но ты испытываешь к Ахоне не столько ненависть, сколько отвращение. И я вижу, как ты заботишься о том маленьком сером существе, которое живёт у тебя дома… Ты всё ещё пытаешься отучить его от привычки надраивать квартиру до нестерпимого блеска?
— Уже разочаровался, — Алекс грустно усмехнулся. — Похоже, это в нём заложено генетически… Помнишь, Даги говорила, что Хис-Гер — потомок порабощённых хисаан? Генетики шанту постарались на славу: послушные рабы у них получились. Только совершенно потерявшие желание так жить… Знаешь, что я надумал?
