В июне 1941 г., незадолго до начала Восточной кампании, в Шанхае была создана ВО «Дальний Восток». Там уже активно работал представитель абвера, которого теперь сменил майор (позднее — подполковник) Айзентрегер. Главной задачей этой новой ВО было создание запасов такого важного для ведения войны сырья, как вольфрам, цинк, каучук, которые потом вывозились из восточноазиатских портов немецкими «прерывателями блокады» в Германию. Помимо этого, Айзентрегер, хорошо знавший Дальний Восток и аккредитованный при германском посольстве в Китае, должен был обследовать и весь Тихоокеанский регион, чтобы оказывать помощь оперировавшим там немецким вспомогательным крейсерам, сообщая им маршруты вражеских торговых судов и время их рейсов. Позднее к этому добавилась разведка американских и британских ВМС, действовавших против Японии, а также наблюдение за отношениями между Японией и Советским Союзом. Шанхай с его международным сеттльментом был для этого самым идеальным местом. Деятельность этой ВО была весьма успешной. В Пекине и Кантоне были развернуты немецкие пункты радиоподслушивания, которые в течение нескольких недель выявили русские, американские и британские тайные радиостанции. К сожалению, наибольшие успехи ВО «Дальний Восток» пришлись в основном на 1943–1944 гг., когда уже не могло быть и речи о каком-то влиянии абвера на стратегические решения Гитлера. Что же касается пресловутого «дела» о советском шпионе Зорге, то абвер не имел к этому никакого отношения. В Токио в качестве полицейского атташе в то время выступал представитель РСХА, известный по делу Фрича советник юстиции Мейзингер. Неправда, что Мейзингер был связан с ВО «Дальний Восток», хотя он и пытался выдавать себя за представителя абвера. Мейзингер информировал исключительно РСХА, да и то на свой, «особый» лад.
Несколько иные обстоятельства сложились тогда в довольно непрозрачном районе Балкан. В апреле 1941 г. абвер создал свою ВО в Софии. До этого вопросами разведки здесь занимался офицер связи абвера во 2 м бюро болгарского генерального штаба (управление военной разведки). Начальник ВО майор (впоследствии — полковник) Вагнер поддерживал с болгарскими властями вполне доверительные отношения, что было необходимо по причине активизации советского шпионажа в конце 1942 года. Вспомогательные пункты этой ВО располагались в Варне и Бургасе на Черном море, в Харманли и Свиленграде у южной границы, а после балканской кампании — в Кавале и Скопье. Все эти точки поддерживали связь с ВО по внутриболгарской радиосети. Их деятельность была направлена не только против русофильских групп в стране и активистов Сопротивления, которым не нравился союз Болгарии с рейхом. Не менее важной их задачей была охрана линий военной связи немецких частей, расквартированных в Болгарии. Условия работы в этой дружественной нам стране осложнялись тем, что Болгария и Советский Союз не были в состоянии войны, и поэтому русское посольство могло вести шпионаж, нанося этим вред Германии. Бороться с этим какими-то легальными методами и средствами было нельзя. Тем не менее ВО абвера с ее вспомогательными пунктами всегда находила способы серьезно затруднять радиопереговоры Советов, создавая периодически радиопомехи и другие трудности.
Мы не намерены описывать здесь историю всех ВО абвера, однако позволительно хотя бы кратко остановиться на деятельности ВО в Мадриде и Лиссабоне. В Испании ВО возглавлял капитан II ранга (позже — капитан I ранга) Ляйснер. Уже в первые месяцы после заключения перемирия с Францией группа диверсантов из ВО в Мадриде совершила при поддержке своих доверенных лиц среди испанцев несколько диверсионных актов в Гибралтаре. Применяя заряды взрывчатки с часовым механизмом, нашим агентам удавалось причинять значительный ущерб торговым судам союзников. Правда, стоит отметить, что точно контролировать результаты своих действий диверсантам было затруднительно. Они лишь случайно узнавали о тех или иных авариях или кораблекрушениях, причиной которых, однако, могло быть и торпедирование судна, на котором было установлено взрывное устройство, немецкой подводной лодкой или просто поломка механизмов. Поэтому абвер-II с трудом фиксировал позитивные результаты диверсий. Приходилось полагаться на донесения агентов о проведенных ими акциях. К осени 1941 г. ВО в Мадриде добилась успеха на судах общим тоннажем около 45 000 брутто-рег. тонн, и, если даже 10 % диверсий завершались потоплением судов, это можно было считать удовлетворительным. Позднее для диверсий против судов стали применяться магнитные и ввинчиваемые мины. Но и тогда получить достоверные сведения о результатах диверсий было трудно.
В Португалии ВО абвера руководил подполковник авиации Кенер фон Ауэнроде. Основным местом его работы был не кабинет атташе в здании германского посольства, а арендуемые для каждого вида деятельности виллы в Эсториле, т. к. совещания со своими агентами он проводил большей частью по ночам. В Португалии было много разных североамериканских консульств и представительств. Здесь также было немало симпатизировавших союзникам иностранцев. Поэтому в отличие от дружественной нам Испании здесь требовалась более изощренная конспирация. Нужно было и гораздо больше денег для вербовки достаточно надежных доверенных лиц из местного населения. Отсюда и успехи были небольшими, а неудачи — частыми. Вражеская контрразведка не раз раскрывала с трудом созданную сеть агентов-радистов, которые вели радионаблюдение за судоходством между США и Иберийским полуостровом. В той же мере лишь слабыми уколами были и действия абвера-II в этом регионе. Однажды штаб оперативного руководства ВВС потребовал от абвера начать диверсии на гражданских самолетах авиалиний между США и Португалией. Получив соответствующий приказ, ВО начала готовить первый такой акт. Один агент-португалец, работавший с багажом в аэропорту, сумел заложить в самолет, готовившийся к вылету, взрывное устройство с часовым механизмом, он упаковал его в чемодан какого-то пассажира. И надо же было случиться, что в тот же день в Лиссабон приехал Канарис. Начальник местного опорного пункта абвер-II доложил ему о только что выполненном задании, выразив при этом сомнение в его целесообразности. Канарис приказал немедленно изъять взрывное устройство из самолета. До его отлета оставались считаные часы. На ноги был поднят весь личный состав ВО. Багажник-португалец снова пробрался на самолет незаметно для всех, вытащил устройство и выкинул его в море.
В деятельности тайной разведки успехи и провалы постоянно сменяют друг друга. У одного офицера португальской ВО были хорошие друзья в Англии, и он как-то умудрился сохранить связь с ними даже во время войны. Начиная с 1941 г. и до начала 1944 г. он получал от них через тайных курьеров регулярные сообщения о военных делах и о доверительных политических беседах влиятельных в Англии лиц. Затем содержание этих сообщений передавалось в зашифрованном виде по радио офицеру абвера, работавшему в ВО в Стокгольме. Он расшифровывал их и передавал открытым текстом радисту посольства. Тот вновь их зашифровывал и передавал в Берлин. У немцев никто не догадывался, что радист работает на Англию и открытый текст донесений передает Интеллидженс Сервис. Но этот радист отнюдь не думал сообщать английской разведке, каким путем сообщения, идущие из Англии, попадают к германскому посольству в Стокгольме. Таким образом, английская разведка могла постоянно читать эти тайные послания из Англии, поступавшие в Стокгольм, но выйти на лиц, участвовавших в их составлении, она так и не сумела. При всем этом Ай-си была абсолютно уверена, что сообщения в Швецию передавались непосредственно из Англии.
