Главным же объектом разведки на западном направлении была, конечно, «линия Мажино» — цепь фортификаций, считавшихся почти неприступными. Некоторые сведения о размерах и устройстве линии были выданы германскому абверу французским офицером-интендантом Фроже, который отвечал за снабжение крепостных гарнизонов. Он был разоблачен и арестован, а судебный процесс над ним, состоявшийся в Париже, вызвал продолжительные толки в прессе не только во Франции. Столь же ценные разведматериалы были получены и во время занятия Праги 15 марта 1939 г., потому что чешские укрепления были построены по образцу «линии Мажино» при поддержке Франции. Специальная чешская комиссия в свое время обследовала некоторые крепостные укрепления, в том числе в районах От-Буа, Гран-Пуарье, Симсерхоф и др., и изготовила их чертежи и описания. Это сотрудничество обусловливалось тесными военно-политическими связями между Францией и Чехословакией. И, несмотря на эти успехи абвера, германское верховное командование все еще переоценивало истинную военную мощь Франции и, что еще хуже, не приняло в расчет психологическую расслабленность французов, вызванную сознанием «надежности обороны», которую якобы обеспечивала «линия Мажино».
Получить же безупречные аэрофотоснимки всей оборонительной системы «линии Мажино» со всеми ее фортами, заграждениями, сетями связи и транспорта абвер сумел только в феврале 1939 г. Это были самые свежие данные, намного превосходившие все данные воздушной разведки, собранные при капитане I ранга Патциге. При этом было установлено, что на территории Бельгии «линия Мажино» продолжалась до самого Ла-Манша, но это были лишь очень слабые полевые укрепления. Этот факт сыграл важную роль при планировании наступления немецких войск на западе в 1940 г. Сговорчивость и неторопливость политики западных держав во время кризисов осенью 1938 г. и в марте 1939 г. в немалой степени определялись тем, что начиная с 1936 г. британской и французской разведкам искусно подсовывались ложные планы германских ВВС. Когда в октябре 1938 г. начальник главного штаба французских ВВС генерал Вюйемен посетил Берлин, Геринг продемонстрировал своему гостю целую эскадру самых современных самолетов, хотя на самом деле это были всего лишь несколько одних и тех же машин, искусно подлетавших друг за другом к смотровой площадке. К тому же часть из них являлась опытными образцами. Следует думать, что одна из причин молниеносной капитуляции французской армии в мае 1940 г. заключалась в чрезмерной восприимчивости французской тайной службы к вводящим в заблуждение данным германской контрразведки. Дело в том, что во Втором бюро французского генштаба предпочтение отдавалось не высококвалифицированным агентам, а огромному сборищу мелких и даже мельчайших плохо обученных лазутчиков, которые не успевали следить за быстро идущим перевооружением Германии и позволяли себе довольствоваться поверхностными или вовсе ложными и непроверенными данными. Правда, французы привлекали к даче сведений эмигрантов из Германии, но те предпочитали делать упор на том, что от них хотели услышать. Потеряв родину, они в надежде на благосклонное отношение к себе выпячивали внутригерманские разногласия, приводили выдуманные факты разложения в вермахте и дополняли все это разными сплетнями сверх всякой меры. Вот и получилось, что к началу войны французская Service de Renseignement (разведывательная служба), придававшая слишком большой вес разной политической информации, недооценила действительное соотношение сил и военные возможности Германии и не развернула борьбу с ее разведкой. В отличие от этого британская Интеллидженс Сервис имела в своем распоряжении превосходно подготовленные кадры профессионалов-связников и агентов.
В этой невидимой борьбе тайных служб абвер с самого начала полностью осознал огромное значение радиосвязи, которая в техническом плане далеко ушла вперед со времен Первой мировой войны. Для систематического слежения за радиопереговорами в военных флотах других стран, имевших для нас преимущественное значение, были развернуты станции дальнего радиоперехвата. Они получили официальное обозначение B-Dienststellen (станции радионаблюдения). Такая радиостанция в Киле, например, вела радионаблюдение вначале за передвижением кораблей ВМС соседних стран — Дании и Швеции, а потом и за постоянными линиями британского адмиралтейства в Восточной Азии, Индии и Австралии. Она добилась в этом значительных успехов. Так, среди всего прочего были расшифрованы тайный код британского ВМФ и код самого адмиралтейства. Обычно работу и направление поиска отдельных радиостанций абвера определяло их географическое положение в стране. Например, станции в Кёльне, Мюнстере и Висбадене были ориентированы на запад, но были и исключения. Так, сверхмощная радиостанция наблюдения в Гамбурге пользовалась правом «свободной охоты» по всему миру. Она позволяла следить за радиопереговорами в Соединенных Штатах Америки, в Южной Америке, на Ближнем и Среднем Востоке. Еще одна первоклассно оснащенная радиостанция была создана в 1938 г. в Вене после присоединения Австрии. Отсюда теперь можно было охватить радиоразведкой всю территорию Балкан.
Необходимый для этих радиостанций персонал подбирался из числа радиолюбителей. В результате был создан штат таких первоклассных специалистов в этой области техники, каких можно было только пожелать. На радиостанции в Вольдорфе близ Гамбурга обслуживалось одновременно до 20 передатчиков. В то же время здесь работали 24 приемных устройства. Передающие и принимающие установки были удалены друг от друга примерно на 2,5 км. На случай выхода из строя основных линий электроснабжения имелся подземный дизельный силовой агрегат. Вольдорфская радиостанция не обслуживала связь ни с какими инстанциями вермахта; она работала исключительно в интересах связи с агентами, прошедшими специальную подготовку в гамбургском отделении абвера и отправленными на задания по всему миру. Подготовка таких агентов осуществлялась в одном из пригородов Гамбурга. «Почерк» каждого агента, т. е. стиль, в котором он работает ключом радиоаппарата, записывался на пленку. Тогда тот, кто впоследствии принимал на условленной частоте первые позывные какого-то агента, должен был тщательно сопоставить запись с идущими сигналами, чтобы удостовериться, что работает именно данный агент, а не радист противника. Немецким изобретателям удалось к тому же создать такие приемопередатчики, которые помещались в небольшом чемодане вместе с источниками питания. В годы войны эти аппараты позволяли при сравнительно небольшой мощности порядка 20–60 ватт обеспечивать устойчивую радиосвязь на невероятно больших расстояниях.
26 ноября 1936 г. между Германией, Японией и Италией был заключен так называемый Антикоминтерновский пакт, направленный на подрыв военных мероприятий Советского Союза. Это позволило наладить тесное взаимодействие абвера с японской военной разведкой «Кемпейтай», а Канарису — завязать дружеские отношения с японским военным атташе, впоследствии послом в Берлине генералом Осимой. Обе тайные службы стали обмениваться сведениями и опытом, причем абвер был, разумеется, в основном «дающей» стороной.
