Я похромал через улицу за угол к машине. Прижимая большой палец к замку, испытал секундное чувство тревоги — что, если Достойная улица каким?то образом поменяла коды? Наверное, такое можно проделать и на расстоянии, с помощью электроники. Но дверь распахнулась, я проскользнул внутрь и беззвучно поехал.
Не так уж все и плохо. Я направился к мосту, обдумывая ситуацию по пути. Перво?наперво забрать Гомер. Придется успеть до полуночи. Дальше — сложнее. Измененное задание. Выходит, Достойная улица как?то узнала, что пластинка Вильямса исчезла из сумки? Или просто они ждали, пока я проверю свой комп? Мне нужно домой. Нужно найти Боба. Нужно вернуть Вильямса и положить его обратно в сумку перед учетом, который предстоит в конце месяца…
— Поверните направо, пожалуйста.
Я задремал — опять куппер? Я находился в конце моста со стороны Островов. Светофор горит красным светом, а к моему лектро идет служащий моста.
Она постучала по окну своим компом. Я уже собирался открыть окно, когда увидел оранжевый дисплей.
КОНФИДЕНЦИАЛЬНО:
ИЗМЕНЕННОЕ ЗАДАНИЕ.
ПРИ КОНФИСКАЦИИ ПРОЯВЛЯЙТЕ ОСТОРОЖНОСТЬ.
— Поверните направо, пожалуйста, — сказала служащая сквозь стекло, заслонив дисплей так, чтобы я его не видел.
— Конечно, — сказал я, просто чтобы запутать ее. Рванул вперед вместе с другими машинами и оставил ее позади. Я знал, что она не станет преследовать меня. Машина лишилась поддержки электростанции и проедет еще максимум час. Достаточно, чтобы доставить меня на вершину пика. Я прибавил скорости на извилистых улочках в поисках более короткого пути на Небесное шоссе.
Конфискация? Чего? Моего компа? Сумки? (Ни того, ни другого при мне нет.) Лектро? Дела шли все хуже и хуже, но я старался не терять ориентации. В первую очередь самое важное. Гомер! Я безмолвно крикнул: «Держись, девочка!»
Двадцать минут спустя я въехал в облака. Двумя минутами позже добрался до Корпуса домашних животных. Здание представляло собой неясную форму в тумане. Я подбежал к двери и позвонил. В холле никого. Я снова позвонил. Заколотил по стеклу.
— Я посетитель!
Правильно я сказал? Попробовал «клиент». Поменял слова местами. Начал одной рукой звонить, а другой барабанить в стекло. Наконец из тени вышла сестра и приблизилась к стеклу. Ее карточка с именем оставалась закрытой, но я запомнил ее.
— Мне назначено, миссис Кильваре, — сказал я. Полезно называть людей по имени. Но она поняла,
что я лгу. Покачала головой.
— Никаких посещений! — прокричала она сквозь стекло, даже не утруждаясь достать свой казу.
— Пожалуйста! — воскликнул я сквозь стекло.
— Полиция! — закричала она. — Гм?
Она взяла телефон и начала набирать номер.
— Пожалуйста!
— Полиция!
Я спустился вниз напрямую, чтобы сэкономить электричество. По дороге попытался снова позвонить домой, по линия все еще оставалась занята.
Потом ответил мужской голос:
— Охрана.
Охрана? Может, я не туда попал?
— Кто это?
— Не твое собачье дело, — ответил он и повесил трубку.
Кленовая улица названа так в честь огромных деревьев, которые когда?то обрамляли почти каждый жилой квартал в Америке, прежде чем их всех покосила болезнь. Дом, который отец оставил матери, а мать оставила мне, стоял в центре квартала. Едва увидев его, я понял: что?то не так.
Дорога полна машин.
Шторы все опущены.
Я замедлил ход, проезжая мимо дома. Его заполняли тени, силуэты, все мужские. Объехал квартал и вернулся обратно, еще медленнее. На сей раз на крыльце стояли двое мужчин с сигаретами! Они улыбнулись мне, когда я проезжал мимо, один из них помахал рукой, нет, отсалютовал.
Я почти остановился спросить, в чем дело. Потом, но зрелом размышлении, передумал. В лектро осталось достаточно энергии, чтобы дотянуть до вершины холма, до конца Кленовой улицы и назад на бульвар Победы.
Потом начал мигать янтарный огонек, но я не обратил внимания и продолжал ехать вперед. Я едва дышал. Руки тряслись слишком сильно, чтобы вести машину. Дела становились все хуже и хуже с тошнотворной скоростью, мой разум безмолвствовал. Может, сказывается действие куппера? Мне нужно найти место, где можно собраться с мыслями, прежде чем я натворю глупостей, например, постучу в собственную парадную дверь.
К счастью, подобное место находилось всего в паре кварталов от моего дома.
— Где твой мешок, Санта? — спросил Лоу, впустив меня внутрь.
— Где твой мешок, Санта? — спросил Лоу, впустив меня внутрь.
— Отпуск, — пробормотал я. Медленно подошел к бару и с облегчением уселся на свой любимый стул. Мне не хотелось, чтобы Лоу увидел, как я хромаю.
— Какой отпуск?
— Ладно, просто выходной, — сказал я.
И понял, что совершил ошибку. Я не хотел ни с кем говорить, пока не выясню, что происходит, а еще лучше, что делать. Я не хотел говорить Лоу — да и Данте, если он здесь — об измененном задании. Или об отключенном от питания лектро. Или об украденном альбоме. Или о пулевом отверстии в моей ноге. Или о машинах у моего дома. Или о силуэтах внутри.
В то же время я никогда не чувствовал себя таким запутавшимся, таким побежденным, таким несчастным. Нужно было с кем?то говорить, поэтому я сделал странную вещь. Она все еще немного сбивает меня с толку. Я сказал Лоу, что у меня только что умерла собака.
— Черт возьми, — сказал Лоу, разбивая яйцо мне в стакан. — Где он, снаружи, в машине?
— Она. Она в Корпусе домашних животных, на пике Грейт?Киллс. И они не отпустят ее.
— Плохи дела, — заметил Лоу.
— Собираются прислать мне фотографию.
— Но ты хочешь похоронить ее, правда?
— Правда, — согласился я. — Дома.
Я даже не думал о таком раскладе раньше, но звучало все правильно. Я чувствовал такой гнев и такую боль, будто Гомер действительно уже умерла. Как будто смотрел в будущее с тем, чтобы потом на самом деле вступить в него.
— Кто ищет, тот найдет, — прозвучал приглушенный голос из темноты.
— Кто делает что? — спросил я.
— Мой двоюродный брат Вергилий занимается лекарствами, если можно так сказать, — поведал Лоу. — Также подрабатывает старьевщиком. Он продает диг копателям, работающим под Грейт?Киллс. Они платят ему тем, что добывают. Ты знаешь диг? Наркотик?
— Слышал о нем, — ответил я. — Но не понимаю, какое отношение он имеет к Гомер.
— Гора изрыта шахтами, — сказал Лоу. — Там добывают всякую рухлядь для блошиных рынков на западе. Барби, туфли, части мебели, машин, пластик…
Я прикончил бутылку. Он что, меняет тему разговора?
— Я все еще не могу понять, какое отношение гора имеет к Гомер? — повторил я.
И почувствовал себя оскорбленным.
— Туннели подбираются к самой вершине, — продолжил Лоу, с готовностью ставя передо мной еще бутылку. — К Корпусу домашних животных. Понимаешь, что я имею в виду?
— Не приставай к нему, — презрительно проговорил Данте. — Его собаку собираются кремировать, а он и знать ничего не желает.
Я оттолкнул бутылку.
— Ты можешь все устроить?
— Конечно, — сказал Лоу.
— Мой лектро в сервисе.
— Не проблема, — сказал Лоу, набирая номер на своем телефоне. — Они приедут и доставят тебя на место сами.
Пробило два пополудни. Гомер будет жить до полуночи. Я выпил бутылку, которую оттолкнул чуть раньше, и заказал еще одну. Может, все?таки что?нибудь и наладится.
Лоу разбил еще одно яйцо в мой стакан.
— Эй, зачем?
