— Домой, — сказал Люк Анно кучеру, с позднего вечера дожидавшемуся «короля». Экипажем правил старший сын Малыша, только наследнику можно было доверить секрет дома на улице Монгольфьер. — Шесть утра, можно будет часа три поспать…
Экипаж двинулся в сторону Рю де Тюрбиго. Малыш привычным движением отправил скромные карманные часы в карман жилета и вдруг замер. «Счастливого» наполеондора на месте не оказалось. И, судя по всему, потерялась монета еще вчера — как можно было такое не заметить!..
* * *
— Благодаря новой сенсации статьи о похищении мадемуазель Чорваш благополучно переместились на третьи полосы, — заключил Джералд, пролистывая за завтраком пухлую «Ля Паризьен». — Кстати, Ева, почему бы вам не связаться с безутешным отцом? Он беспокоится о вашей судьбе!
— Я вчера попросила мсье Анно отправить телеграмму.
— Что же, прямым текстом? — поразился Тимоти. — С ума сошли? Вас ищет полиция всей Европы, они обязательно начнут копать, кто, как и откуда послал сообщение в адрес господина Чорваша!
— Не надо считать меня круглой дурой, — жестко сказала Ева. — Членами правлений крупных банков и предприятий для срочной телеграфной связи используются шифры, о которых знает весьма ограниченный круг. Спросите у мадам де Монброн, она наверняка знает… В Будапешт на имя отца должна прийти самая невинная депеша о положении на текстильном рынке Голландии, а использовав шифр, он моментально поймет, что со мной все благополучно и я вне опасности. Обычная практика, разве в Америке по-другому?
О'Донован только вздохнул — знатно его отшили! Эта девица неплохо разбирается в тонкостях бизнеса!
— «Дерзкое ограбление Луврского музея» — продолжил изучение заголовков милорд. — «Полиция в растерянности». Знаете, что украли? «Джоконду» авторства Леонардо да Винчи и два полотна Караваджо. [22] Страховая стоимость картин оценивается в пять миллиардов франков.
— Ого! — воскликнул доктор Шпилер. — Вот это размах! Достойно уважения.
— Грандиозный скандал, — улыбаясь, согласился Джералд. — Бесследно пропали двое охранников, подчиненных дирекции музея, и один из жандармов префектуры, дежуривший ночью у входа для работников музея со стороны крыла «Денон», не исключается их соучастие.
[22] Страховая стоимость картин оценивается в пять миллиардов франков.
— Ого! — воскликнул доктор Шпилер. — Вот это размах! Достойно уважения.
— Грандиозный скандал, — улыбаясь, согласился Джералд. — Бесследно пропали двое охранников, подчиненных дирекции музея, и один из жандармов префектуры, дежуривший ночью у входа для работников музея со стороны крыла «Денон», не исключается их соучастие. Свидетели отсутствуют. Каково, а?!
— Новостей о других ограблениях нет? — немедленно отреагировала Евангелина, бывшая в курсе дела. — Или только Лувр?
— Ни единой заметки, — покачал головой Джералд, внимательно изучив первые страницы газеты. — Никаких сомнений, всю эту неделю пресса будет обсуждать только невероятную кражу из Лувра — о нас прочно забудут.
— Не мы в этом спектакле играем главные роли, — напомнила Ева. — Однако меня пока более чем устраивает позиция безликого статиста. Не люблю громких слов, но мсье Анно — гений.
— Расскажите, хватит недоговорок! — взмолился доктор. — Что за таинственность? В конце концов, я, Тимоти и Ойген являемся полноправными членами концессии! Робер пока может оставаться в счастливом неведении, чем меньше он знает, тем лучше — юноша излишне впечатлителен!
Джералд в общих чертах обрисовал коллегам изумительный план Малыша еще вчера, однако предпочел подождать с подробными объяснениями до исполнения первой части замысла. Люк Анно предупредил: все узнаете из газет — будь то провал или громкая победа.
Гениальность протеже мадам Монброн проявлялась в умении мгновенно оценить возможности противоборствующих сил и принять решение, наиболее соответствующее интересам заказчика. В случае с обладателями проклятого клада кратчайший путь, если не к победе, то к паритету с опасным противником (а Малыш расценивал Приорат как очень серьезного врага), должен быть проложен не силой, а хитростью и феерической наглостью — наглостью, которой никто не может ждать от таких дилетантов, как Джералд Вулси и компания! Ну и фактор неожиданности, разумеется…
— Аббат Клаузен претендует на сокровища, верно? — безмятежно-уверенным голосом вопрошал Люк Анно. Милорд попытался было дополнить, что уродливого священника интересовал не столько клад, сколько заключенное в нем Проклятие Фафнира, но Малыш сразу понял, что разговор сейчас вернется в прежнее неконструктивное русло и поднял руки ладонями вперед в предостерегающем жесте: — Опустим мистическую составляющую, она не входит в сферу моих интересов. Аббату нужно золото Нибелунгов, так?
— Так, — кивнул Джералд. — Точнее, какая-то конкретная вещь, в которой содержится сила Фафнира.
— О Господи… — Малыш поднял очи горе, но от ненужной язвительности удержался. — Вы можете достаточно подробно описать, какие вещи и предметы находятся в ящике, который вы вывезли из Германии?
— Конечно! Помню наперечет, разве что количество монет не смогу точно указать!
— А какие именно монеты — тоже помните?
— Я слышал от мистера Роу названия… Византийские безанты, солиды императора Феодосия, персидские деньги, некоторые из Индии. Все выпущены до шестого века по Рождеству.
— Отлично! — восхитился Малыш. — Замечательная нумизматическая коллекция. Только золото или было серебро?
— Очень немного.
— Дальше? Оружие, доспехи, украшения?
— Зачем это вам, мсье?
— Узнаете! — Люк Анно повернулся к мадам Жюстин. — В доме есть каталоги музеев и частных собраний древностей?
— Н-нет, я этим не интересуюсь, — слегка растерянно сказала госпожа де Монброн.
— Скверно, — нахмурился бодрый толстячок, без разрешения подошел к бюро, взял бумагу, перо и быстро набросал на листке несколько уверенных строчек. — Отправьте служанку в книжный магазин Д'Ансени, это рядом. Там должны быть нужные издания, пусть она покажет бумагу книгопродавцу, хозяин разберется.
Незамедлительно появившаяся Ванесса исчезла вместе с листочком и несколькими крупными купюрами, выданными на покупки мадам, — расходы, как обычно, за счет человека, предложившего контракт.
— Не нужно сердить влиятельных людей, а особенно людей, помешанных на некоей сверхценной идее, — наставительно сказал Малыш Джералду, погрозив коротким и пухленьким указательным пальцем. — Я имею в виду Сионский Приорат, милостивый государь. Вы лишили их клада и укра… гм… одолжили некие документы, верно? Давайте вернем и то, и другое! Вкупе с вашим извинительным письмом.
— Исключено, — милорд выпрямился и сверкнул глазами. — Золото Нибелунгов теперь принадлежит нам! И мы несем ответственность за пробуждение Проклятия!
— Проклятие-шмаклятие, — невежливо проворчал мсье Анно, едва не сплюнув на персидский ковер, украшавший рабочий кабинет Жюстин. — Да ради бога, оставьте настоящий клад себе и делайте с ним все, что захотите! Подсуньте Сионскому Приорату фальшивку и дело с концом! С манускриптами сложнее — если вы не хотите с ними расставаться, покаяние не будет выглядеть искренним и не позволит выиграть время. Нужно сделать копии!
