* * *
…Утро первого дня месяца апреля началось сравнительно безмятежно. Милорд, пробудившись, обнаружил, что благополучно проспал весь вчерашний вечер и полную ночь, так и не реализовав намеченные планы. Разбудить главу концессии «часа через полтора» никто не удосужился или не осмелился. Сейчас рассветное солнце робко заглядывало в меблированную комнату гостиницы, показывая слепящий краешек из-за черепичных крыш домов с другой стороны улицы. На соседнем диване посапывал Доктор Шпилер, круглый стол на гнутых ножках Украшали остатки импровизированного обеда и недопитая бутылка с вином…
— Черт! — милорда подбросило с постели. Он вспомнил. Клад! — Доктор, поднимайтесь! Немедленно!
— Что произошло? — Шпилер со встревоженным и заспанным видом высунулся из-под пледа.
— Джералд. не суетитесь. У нас новые… э… трудности?
— Пока не знаю, — лорд Вулси спешно натягивал неудобную сутану поверх брюк и рубашки. — Уверен, наши почтенные друзья, как и мы, беспробудно почивали, забыв про все на свете. Знаете, господин Шпилер, я опасаюсь выходить из комнаты — не хочется заново видеть последствия трудов хранителя сокровищ… Идемте, взглянем. Если Нечто в действительности устроило новое побоище, придется немедленно бежать!
Милорд и доктор едва не галопом промчались по коридору в сторону лестницы, спустились в холл, но ничего страшного не заметили. Возвышавшиеся напротив стойки гигантские напольные часы в черном деревянном корпусе начали отбивать половину восьмого утра.
Замещавший хозяина консьерж мирно дремал, полусонная обслуга вяло прибиралась, чисто символически обмахивая пыль с поеденной жучком мебели, некрасивая темноволосая горничная несла поднос с чайным прибором — картина мирная и патриархальная. Никаких следов паники или воплей о совершенном убийстве.
— Навестим мистера О'Донована и его теплую компанию, — решил Джералд, сворачивая в полутемный боковой коридор. — Уверен — спят, будто сурки в норках.
«Деревенщинам», сопровождавшим «священника и доктора» досталась тесная комнатушка первого этажа, выходившая единственным узким окном во двор. Неудобно, но несколько дней потерпеть вполне можно.
Лорд Вулси благовоспитанно постучался, не получил никакого ответа и просто толкнул дверь. Так и есть — на кровати справа храпит Тимоти, слева — Монброн. Ойген отсутствует.
— Хоть у одного хватило ума сторожить фургон, — сказал Джералд. — Доктор, очень вас прошу, разбудите этих бездельников, а я прогуляюсь наружу и взгляну на багаж. Заодно поищу Ойгена.
Последний обнаружился мирно спящим во чреве фургона, рядом с драгоценным ящиком. Замотался в тонкое шерстяное одеяло по самую макушку, под головой — укрытые рогожкой сапоги, рядом лежит швейцарский кинжал в гладких ножнах. Идиллия.
— Ойген, ночью что-нибудь происходило? — допытывался Джералд, когда ему удалось растормошить австрийца. — Понимаешь, что я имею в виду?
— Не заметил, — Ойген протер глаза и уперся недовольным взглядом в коричневые стенки ящика. — Заснул. И сны недобрые. Все хорошо, сэр?
— На первый взгляд — хорошо, — задумчиво ответил лорд Вулси, оглаживая ладонью подбородок. — Значит, Оно не решилось нас беспокоить. Признаться, я удивлен. Посторонние люди грузом не интересовались?
Получив на все вопросы отрицательные ответы, Джералд немного успокоился и, позвав Ойгена, отправился наверх, где теплая компания уже приступала к обильному завтраку, заказанному доктором Шпилером на кухне.
— Я улегся в два часа ночи, — повествовал Тимоти, одновременно поглощая пироги с сыром и грибами, по-немецки громоздко называвшиеся «Pilzkasekuchen». — Ойген остался сторожить во дворе. И ничего — демон сидел смирно в своей коробке, не высовываясь. Может, понял, что в большом городе лучше не шалить?
— Не уверен, — отозвался Шпилер, бегло просматривавший взятую у консьержа «Страсбургер нойе цайтунг». — Газета, как отмечено, вышла из типографии в семь утра, городские новости набирались рано утром. Пишут презабавные вещи.
— Почитайте! — хором потребовали Монброн и Джералд.
— О нас, вероятно, позабыли — свежие новости гораздо интереснее. Извольте, господа: «Страсбург в огне» — это громкий заголовок, набран довольно крупно. Цитирую. «Городские пожарные команды и полиция провели тяжелую ночь… По сообщениям из весьма благонадежных источников вскоре после полуночи в Страсбурге одновременно вспыхнуло девять пожаров…» Подробности пока пропустим. А, вот! «Две драки возникшие в пивных «Бюргерброй» и «Гроссбройхауз» закончились грубой поножовщиной, убито не менее четырех человек, несколько ранены. Одновременно с этим, полицейские чины заявили, будто в районе речной гавани найдено три мертвых тела, принадлежавшие возвращавшимся с вечерней смены докерам и публичной девице, имя которой выясняется. Давно пора поставить вопрос перед бургомистром и магистратом города о запрете работы пивных в ночное время, ибо это нарушает спокойствие добропорядочных горожан… Питейные заведения, где собираются подонки общества и разыскиваемые властями преступники…» Дальше не интересно. Попрошу заметить — автор статьи утверждает, будто все события имели место по наступлению ночи. Минимум семь смертей и девять пожаров! Вот, пожалуйста: «Несмотря на старания конных пожарных команд, частные дома на Кирхенштрассе, Блюменхоф и возле казарм Двенадцатого полка инфантерии выгорели дотла; бесспорно, имеются погибшие, количество которых невозможно будет определить до времени, пока завалы не остынут и не будут разобраны». Сообщается, будто ничего подобного в Страсбурге не происходило со времен семилетней давности, когда вспыхнули беспорядки, вызванные подстрекательством агитаторов, состоящих в запрещенных организациях социалистского толка». Каково?
— А вы говорили — ночь была спокойной, — Джералд укоризненно посмотрел на Тимоти и Ойгена. Те лишь развели руками. — Не верю я в такие совпадения. Можете рубить мне правую руку, но это — проклятие Фафнира. Оно начало действовать куда разнообразнее, чем прежде!
— Ты преувеличиваешь, Джерри, — не согласился Робер, говоря через набитый рот. — В любом городе мира случаются кабацкие драки, пожары и убийства. Наше чудовище нигде не показало явного следа, а Око любит покрасоваться — обязательно осталась бы визитная карточка в виде разорванного мертвеца.
— Мы приезжаем в Страсбург и первой же ночью происходят события, равных которым не замечалось семь лет? — скептически отозвался Тимоти. — Не-ет, наш бесплотный красавчик просто нашел обширное поле деятельности! И проявил себя во всей красе.
— Не во всей, — мрачно сказал Джералд. — Аббат утверждал, будто мы наблюдаем «мелкие шалости пробуждающегося монстра». Если это — мелочь, то каковы же шалости крупные? В дрожь бросает. Оно научилось прятаться от нас. Пытается сделать все, чтобы мы его не заметили. Бесчинствует на стороне.
— А еще аббат говорил, будто «проклятие» воплощено в одну конкретную вещь, находящуюся среди сокровищ, — невзначай припомнил доктор. — Если эту вещь найти и вышвырнуть, допустим, в океан, то…
— Здравая мысль, — лорд Вулси нахмурился, допил чай и встал. — Если доберемся до Парижа, вскроем ящик и попробуем отыскать средоточие мистической силы, если таковое существует. Надеюсь, Хаген поможет.
