— Кого-нибудь убили? — сокрушенно осведомился Робер, вспомнив выстрелы, звучавшие за стенками тюремной кареты.
— Одного я задел в бедро, полгодика похромает и снова бегать начнет. Другого приласкали дубинкой по черепушке. Ничего, отлежится. Кучер наложил в штаны и сбежал без дополнительных просьб. Вот и вся история. Просто, как бином Ньютона.
— Ты еще помнишь бином Ньютона со времен колледжа? — усмехнулся Джералд. — Тогда согласен, ты — гений.
— Но куда… — вновь завел старую песню Робер и отхватил новый подзатыльник.
— Ни-ку-да, — раздельно произнес Тимоти. — Пока никуда. Просто вверх по реке. Робер, ты как, отдохнул?
— Отдохнул, — насторожился Монброн, чувствуя подвох. — А что?
— Снимай сюртучок и беги в машинное, вместе с Ойгеном. Пошуруйте уголек. Команда на «Карле» маленькая — один капитан и один матрос, так что ваша помощь будет неоценимой.
— Но…
— И никаких «но»! Тебе полезно сбросить жирок. Живо!
Монброн в отчаянии посмотрел на Джералда и доктора, однако те не оказали никакой моральной поддержки, сделав вид, что пристально изучают содержимое жестяных кружек.
«Карл Великий» выбрался на фарватер Рейна и целеустремленно продвигался в сторону альпийских предгорий.
* * *
Бегство, которое осторожный в словах лорд Вулси предпочел именовать просто «отъездом», доселе не было четко спланировано — диспозицию вырабатывали наспех, не просчитывая различных вариантов и только предполагая, что неприятностей так или иначе не избежать.
Обсудили три возможных пути. Первый — вверх по реке, до Страсбурга. На время затеряться в городе. Джералд инкогнито сходит в британское консульство и отправит телеграмму в Лондон, в министерство иностранных дел — Форейн-офис давно являлся своеобразной вотчиной семейства Вулси. Отец Джералда, сэр Артур Слоу, в эпоху королевы Виктории служил по министерству полные тридцать лет, достиг должности начальника департамента Вест-Индии и статс-секретаря, да и сам милорд (до истории с кладом Нибелунгов) несколько лет был причастен к внешней политике правительства Его величества. Отсюда — множество влиятельных друзей и знакомых, способных дать предписание посольству в Страсбурге выдать новые паспорта и препроводить странную компанию во Францию, где концессионеры станут недоступны для тевтонского правосудия.
Следующую версию предложил доктор Шпилер, ставший полноправным членом компании. Плыть не на юг, а на север, до города Кобленца, где в Рейн впадает полноводный и вполне судоходный Мозель. Река течет с запада, между двумя высокими хребтами — Айфелем и Хунсрюком — минует Трир, отошедшие после франко-прусской войны 1871 года к Рейху Эльзас и Лотарингию, выходит к границе великого герцогства Люксембург, а за ним — рубежи долгожданной Франции. По Мозелю можно добраться и до Меца, и до более крупного Нанси, столицы самого восточного департамента Республики.
По Мозелю можно добраться и до Меца, и до более крупного Нанси, столицы самого восточного департамента Республики.
Тимоти стоял за третий вариант. Вниз по Рейну (течение реки заодно увеличит скорость судна), через Кельн, Дюссельдорф и Дуйсбург, и далее до границы Нидерландов. Затем река сама приведет компаньонов в Роттердам, из гавани которого пароходы отправляются в Америку не реже, чем из Ливерпуля или Саутгемптона. Между прочим, самой крупной голландской пароходной компанией «Холланд — Америка лийн» владеет американец, знаменитый миллиардер Джон Пирпонт Морган, так что проблем не возникнет. Корабли этой компании ничуть не хуже британских или немецких, разве что время в пути до Нью-Йорка почти на сутки дольше. Как идея?
— Нет, такой способ, увы, не подходит, — отказался Джералд от двух последних проектов. — До Страсбурга по реке не более шестидесяти миль. При скорости нашего катера в шесть-семь узлов, доберемся за десять часов, если, правда, не будем останавливаться, чтобы пополнить запас угля. А вот до границы Нидерландского королевства сто восемьдесят миль. Если двигаться без задержек — что невозможно, не хватит топлива для котлов! — получается около полутора суток. Предполагаете, нас не станут ловить на реке? Телеграф в Германии работает также хорошо, как и в прочих государствах Европы. Давайте исходить из худшего, джентльмены.
— Я уверен, депеши с нашим подробным описанием уже разосланы в большинство полицейских управлений прирейнских городов, — согласился доктор. — И не будем забывать о двух других факторах: аббате Теодоре и… И нашем неприятном грузе. От обоих я не могу не ждать приятных сюрпризов.
— Вы, док, с самую суть попали, — отозвался захмелевший Тимоти. — Я груз имею в виду. Ночь близится, боюсь нечисть, живущая в нашем ящике, в полной мере даст прикурить без всякого соблюдения этикетов. За нас я не опасаюсь — не хочет Оно кушать милорда и остальных… причастных. Хоть убей, мы, наверное, невкусные. А вот на реке… Помните буксир? С наступлением темноты тварь вылезет и запросто утопит «Карла». Или кого другого. Но при чем тут кривомордый святоша из монастыря?
— Верно, — искоса взглянул на доктора лорд Вулси. — Неужели вы поверили в сказки о Сионском Приорате и заговоре Меровингов? Это же смешно!
Доктор, причмокнул губами, глубоко вдохнул, побарабанил пальцами о мелко трясущийся изрезанный стол и ответил:
— Помните, я говорил, будто увлекался в Гейдельберге эзотерическими науками? Со временем я понял, что имею дело с чистейшей воды бредом, однако… В мистических кружках и сообществах упорно бродили слухи об этой организации, о Сионском Приорате. Ничего точного, достоверного, но все-таки страшные шепотки имели место. Не бывает клякс без чернил. Джералд, если вы точно передали мне разговор с аббатом, и его слова действительно имеют под собой основание — мы, как выражается Тимоти, влипли. Замечу: некоторые сведения, сообщенные отцом Теодором, достоверны. Летопись Хильдебера, указывающая на клад, документы Беранже Соньера, о котором я кое-что слышал…
— Вот как? — несколько взбодрился Джералд. — Этот деревенский кюре — не выдумка и не легенда? И он вправду разбогател благодаря манускриптам забытых Меровингов?
— В Гейдельберге, в магическом обществе, состоящем в основном из скучающих аристократов и романтических студентов, говаривали, будто мсье Соньер весьма оригинальный человек, — Шпилер пожал плечами. — Возможно, это порождение чьего-то болезненного воображения, но ходили упорные слухи, будто кюре стал невероятно популярен в самых высших сферах, в приличном обществе — его навещали государственные чиновники, модная писательница Андре Брюгер — читали романы? — маркиза де Боза, графиня д'Артуа, и даже эрцгерцог Иоганн Габсбург, двоюродный брат австрийского императора!
— Беранже Соньер — только лишь ловкий авантюрист и мистификатор, — уверенно заключил Джералд.
— Если кюре обнаружил манускрипты, оказавшиеся у нас в руках и читал их, то теперь попросту цедит сведения по капле, а все мистики слетаются на запах тайны, как мухи на мед. Однако я обязательно прочту бумаги, — милорд кивком указал на валяющуюся рядом черную папку. — Когда-нибудь.
— Когда-нибудь? — поднял бровь доктор. — Тогда зачем вы ездили днем в библиотеку вормсского бургомистра и взяли эти книги? Странный набор.
