Это не значит, что Дрона был отважен. Это значит… Закон должен быть соблюден, Польза должна быть несомненна, а остальное — чепуха, призрак, видение города гандхарвов над утренним озером.
Это значит… Закон должен быть соблюден, Польза должна быть несомненна, а остальное — чепуха, призрак, видение города гандхарвов над утренним озером.
— Наши воеводы тебя плохо учили?! — повторил Друпада, и щеки Панчалийца порозовели от прилива крови.
Дрона ответил чуть погодя, с интересом оглядываясь по сторонам.
Друпада последовал его примеру.
Узловатые стволы деревьев-калек стояли здесь редко, смотрясь отдельными памятниками всем мученикам Трехмирья. Безумное переплетение ветвей над головой, скрученных двойными спиралями, вниз свисают лианы-дурманки, поросшие бородой серо-зеленого мха, землю устилают гнилые плоды чернильного ореха и миробалана, резкий аромат исходит от островков травы Вишалья-Карани — лучшего средства от змеиного яда…
И птицы почему-то молчат.
— У панчалов прекрасные воеводы, царевич. Но никто не в силах отдать больше, чем имеет сам. Я благодарен им, но хочу большего.
— Ну, допустим, — не отставал Друпада, все же слегка обидевшись. — Обойдешь ты Вселенную, выучишься… А потом?
— Потом я осяду на одном месте и займусь делом, положенным брахману. И буду копить духовные заслуги для следующих воплощений.
— Следующие воплощения! — фыркнул царевич. — Впереди целая жизнь, а он о следующей думает! Вот я, к примеру, стану царем, укреплю нашу державу, процвету… в смысле добьюсь процветания… В этой жизни, в этой, и ни в какой другой! Слушай, а иди-ка ты ко мне родовым жрецом-пурохитой! Я — царь панчалов Друпада Великий, ты — Идущий Впереди, Дрона Мудрый! Здорово! Прижмем Грозного к ногтю, загоним его в Слоноград, заключим союз с Шальвой, взбунтуем «Десять Крепостей», потом кашийцев… Стану я Чакравартином-Колесовращателем, а ты при мне главным советником! Заслуг накопим — на сотню райских миров хватит, не то что на следующее воплощение!
— Благодарю, царевич! Но твои слова мне кажутся опрометчивыми. Заботясь о сиюминутном, не следует забывать: впереди у каждого из нас долгий путь! И он зависит от сказанных нами слов не меньше, чем от совершенных поступков.
— Отлично сказано, парень! — рыкнули в ответ из чащи.
Кусты затрещали, и на поляну выбрался зверь. Нет, человек. Нет, все-таки зверь! Или…
— Ты кто такой, невежа? — надменно поинтересовался Друпада, как и подобает наследнику престола. — И зачем вторгаешься в чужую беседу?
При этом царевич, однако, зашарил на поясе, ища рукоять ножа. И придвинулся поближе к Дроне.
Сын Жаворонка, в свою очередь, с интересом разглядывал пришельца и, сам того не замечая, взвешивал на руке дротик.
Который умел возвращать обратно после метания.
— Это я у вас должен спросить, кто вы такие! — рявкнуло существо, присев на задние лапы. — Приперлись, понимаешь, в мой лес, невежей дразнятся… вопросы задают, умники! И дротиками грозятся… Ты мне еще помаши этой ковырялкой, помаши, я ее тебе в глотку запихаю! Понял?! Запомните, бродяги: вопросы здесь задаю я! А насчет дротика — это мы мигом исправим…
И существо скороговоркой забормотало себе под нос какую-то несуразицу.
Дрона сразу узнал жертвенную формулу из Яджур-Веды, но он и не представлял, что ее можно так перекрутить и исказить. Похлеще, чем перекручены над головой ветки-уроды! Он даже шагнул было вперед, чтобы вслушаться в хриплое бормотание, понять, разобраться… но не успел.
Друпада с удивлением и тревогой взглянул на своего товарища: тот вдруг застыл, словно окаменев, и, казалось, даже дышать перестал.
— Порядок! — удовлетворенно рыкнул незнакомец, облизываясь.
Язык у него был на редкость длинный и розовый. Сокровище, не язык.
— Пор-р-рядочек! Ну, как вам мой замечательный яджус? Обездвиживает любого смертного, рожденного женщиной! Постой, герой, постой, подержи свой дротик… Ну а с тобой, кр-расавчик, мы сейчас поговорим. — И хозяин леса направился к попятившемуся Друпаде.
По дороге незнакомец все время менялся. Вот еще на предыдущем шаге он больше всего напоминал здоровенного тигра, который удосужился встать на задние лапы и нацепить на полосатые плечи человеческую голову. А сделал шаг, и тело у него почти человеческое, разве что шерстью поросло, зато башка уж точно тигриная — скалит в усмешке желтоватые клыки, сверкает глазищами-топазами… Махнул когтистой лапой — глядь: а это уже обычная рука, зато теперь хвост тигриный по траве волочится, и не поймешь — то ли в глазах рябит от черно-рыжих полос, то ли майя-иллюзия морочит, насмехается…
— Кимпуруша [22] — сдавленно прошептал царевич, Упираясь спиной в корявый ствол.
— Он самый! — радостно оскалилась ему в лицо пасть. — Узнал, красавчик?! Итак, я жду ответа: кто вы такие и чего шляетесь в моем лесу?
Друпада благоразумно решил на время забыть о Гордости и ответить кимпуруше.
К чему понапрасну злить оборотня?
— Мы из Шальвапурской обители. Спутника моего зовут Дрона, сын Жаворонка, а я…
— Птенчик, стало быть, — хмыкнул кимпуруша перебив Друпаду и опуская на плечо царевичу тяжкую лапищу, отчего Друпада невольно присел. — Ладно птенчик пускай постоит там, а с тобой мы побеседуем красавчик! Кто здесь вопросы задает, еще помнишь?
— Помню, — честно ответил Друпада. — Ты.
— А кто на них отвечать будет, знаешь?
— Понятия не имею. — Друпада слегка осмелел решив: раз оборотень вступил в беседу, то возможное поедание двух юношей отменяется.
Или по крайней мере откладывается.
— Сейчас поимеешь! — раскатисто захохотал кимпуруша. — Ты и ответишь, красавчик! С чувством, о толком, с расстановкой! Дошло?!
Дошло не сразу. Сбивало обращение «красавчик». Знаете ли, с таким неприятным «р-р-р» и финальным «чик!».
Будто ножом по горлу.
— Я?! А… о чем ты хочешь спрашивать?
— О вечном! — торжественно сообщил оборотень, убрал лапу с плеча царевича и отодвинулся на пару шагов.
Видимо, чтобы лучше разглядеть собеседника.
Стоит ли с ним о вечном толковать?
— Было мне вчера, понимаешь, видение. Или вещий сон. А ежели тебе такие слова не по нутру, то считай знамением и бросай моргать, красавчик! Привиделось, понимаешь, что в прошлом рождении был я повелителем вольных гандхарвов по имени Вишвендра, потомком великого Вишвавасу [23] . Но за преступную связь со многими замужними женщинами, богинями, демоницами, а также самками различных зверей…
Кимпуруша мечтательно облизнулся и всхрапнул от удовольствия.
— Короче, был я проклят божественным мудрецом Лучшеньким. Вот не помню: то ли я жену у него отбил, то ли дочку, то ли корову Шамбалу… Ладно, оставим! Был я, понимаешь, проклят и осужден родиться на земле в облике кимпуруши. Вот в таком… — Оборотень придирчиво оглядел себя с ног до головы и, похоже остался удовлетворен осмотром. — Да, именно в таком.
— Ну и?.. — не выдержал церевич.
— Ну и?.. — не выдержал церевич.
— Не нукай! Не запряг, — огрызнулся оборотень. — Так о чем это я? Ах, да! Вот, значит, теперь в таком облике и живу.
— А ты точно был гандхарвом? — на всякий случай поинтересовался Друпада, чуявший, что весь этот разговор кимпуруша завел неспроста. — Мало ли чего по ночам снится! Может, переел на закате, вот оно и сказалось!
