Шимес, насладившись наказанием, повернулась к остальным нелюдям и твёрдым голосом известила:
— Если вы не хотите почувствовать на себе мою карающую руку, то должны беспрекословно выполнять все мои приказы.
— Мы повинуемся тебе, наша госпожа! — спины гордых боболоков согнулись ещё сильнее.
— Найдите мне двух варрканов! Если они не согласятся прийти добровольно, убейте их. Хотя я думаю, что для вас самих будет лучше, если вы уговорите их. Не забывайте, что один их них — ваш старый друг Файон!
Рёв неприкрытой ненависти разнёсся по всему залу, и я понял, что в этой стране ни на какую любовь рассчитывать не приходится.
Слишком много неприятностей я принёс нечистой силе.
Пьер подполз ко мне и сдавленным голос сообщил:
— У меня есть план!
— Отлично придумано, дружище! Кстати, в чём он заключается?
— Я попробую отсюда убить Шимес!
Мысль интересная, но несколько преждевременная. Пока я не знаю, где Илонея, я ни за что не допущу, чтобы Шимес была убита. Если с моей будущей женой что-то случилось, то убить ведьму должен только я. А если Илонея жива, то…
— Ты же не хотел убивать её так сразу?
Пьер поморщился, как от зубной боли.
— Тогда что ты предлагаешь?
Что могу предложить я? У меня было только одно предложение, и я не знал, настолько ли оно хорошо, чтобы его поддержал Пьер.
— Мне кажется, нам стоит воспользоваться её приглашением. Рано или поздно нелюди отыщут нас, и тогда не получится того эффекта, который мы ожидаем. Мы достаточно сильны, чтобы сражаться с этой командой. Только мне сначала нужно немного отдохнуть и набраться сил. Твоё спасение — слишком энергоёмкое дело.
А после мы нанесём визит к нашей прекрасной даме. Кстати, как она тебе живьём?
Я спросил это не потому у что меня интересовало мнение Пьера. Просто я видел, какими жадными глазами он смотрит на Шимес. Может быть, он действительно становится опасным спутником? Вряд ли. Я не имел никаких оснований не доверять Пьеру. А Шимес была действительно привлекательной женщиной, которой мог бы увлечься и не такой парень, как Пьер.
На мой вопрос Пьер ответил со всей прямотой, на какую был способен варркан.
— Она очень красива, и будет весьма жаль, если она умрёт.
В остальном варркан был со мной согласен, и мы, забравшись почти на середину балки, прилегли отдохнуть. Широкая каменная колонна надёжно защищала нас от любопытных взглядов снизу. А единственной доступной тропинкой к нашему пристанищу являлось окно, добраться до которого непросто любому нелюдю.
Довольно улыбаясь столь удачно выбранному месту, я закрыл глаза и погрузился в состояние столь далёкое ото сна, как звезды далеки друг от друга.
Сознание принялось бродить по закоулкам моего тела, выискивая ненужные порции энергии и направляя их в реку жизни. Занятие неблагодарное, потому что приходилось тщательно все взвешивать, прежде чем отобрать от одного места и направить в другое драгоценный сгусток энергии. Никогда не знаешь, что понадобится в следующую секунду — голова или что-то другое.
Когда я закончил своё занятие и открыл глаза, то увидел, что Пьер свесился вниз и внимательно наблюдает за Шимес.
В данное время она сидела в кресле и принимала многочисленные доклады поисковых групп. Я присоединился к варркану и, немного поглазев, поинтересовался:
— Не нашли?
— Не нашли, — ответил Пьер и усмехнулся.
— Кажется, Шимес начинает нервничать.
— Значит, полетят новые головы. Об Илонее ничего?
— Пока нет. А вот Милах появлялся уже два раза.
— Вот как?! — удивился я. — Ну и что же с нашим другом?
— Похоже, он впал во временную немилость.
Шимес обращается с ним довольно бесцеремонно. А вот, кстати, и он, собственной персоной.
И в самом деле! В зал вошёл Милах в сопровождении двух боболоков. По его виду нельзя было сказать, что он доволен своей компанией. Хмурый и недовольный всем на свете, он приблизился к импровизированному трону и склонился в учтивом полупоклоне.
— Почему варрканы ещё не найдены? — тон Шимес не предвещал Милаху ничего хорошего. Очевидно, он и сам понимал это, но держался довольно неплохо для потенциальной жертвы.
— Поиски продолжаются, моя госпожа. Но пока никаких результатов.
— Должны же остаться следы, или мои подданные уже потеряли способность выслеживать людей?
— Следы обрываются в центральном коридоре. Исчезло два охранника. Я думаю, что…
— Мне неинтересно, что думаешь ты! — прервала его Шимес, и даже с этого расстояния было видно, как краска злости разливается по лицу бывшего начальника стражи и главнокомандующего. Мне показалось, что Милаха можно было бы назвать и бывшим любовником.
Хотя, кто его знает?
— В данный момент, меня интересует, о чём думает Файон! — продолжала Шимес свой разнос. — Ты прекрасно понимаешь, чем грозит его приход сюда. Я не совсем уверена, что он справится со мной, а вот ты, дорогой Милах, очень сильно рискуешь. Чем быстрее ты его найдёшь, тем больше шансов у тебя остаться в живых.
Иди. И не возвращайся, пока не найдёшь их.
Милах, красный как варёный рак, развернулся и пошёл к дверям. Уже у самых дверей голос Шимес заставил его остановиться.
— Не забывай, дорогой Милах, если ты не найдёшь Файона, то немедленно займёшь его место.
Милах кивнул и скрылся за дверью.
Из всего сказанного нельзя было сделать абсолютно никаких выводов, кроме одного: Милах займёт моё место при каких-то неизвестных мне обстоятельствах.
Пьер толкнул меня в бок.
— Не пора ли начинать?
Я проверил ещё раз своё состояние и, найдя его удовлетворительным, согласно кивнул.
Не сговариваясь, мы оба погрузились в себя, чтобы подготовиться к встрече.
Я довёл себя до состояния, когда все мышцы беспрекословно чувствуют и мгновенно выполняют приказы, отданные сознанием. Клетки тела завибрировали, но постепенно подстроились под единый ритм и теперь представляли собой единый механизм, способный действовать в любой обстановке без сбоев и досадных накладок.
Сознание заставило где-то в глубине души застучать маленькие барабаны, и бой их постепенно становился всё более оглушительным. По всему телу разлилась единая волна боевой песни варрканов.
Я знал, что в эту минуту в душе Пьера происходит тоже самое. Немного приоткрыв заслоны, я нащупал протянутые ко мне щупальца сознания Пьера, и мы заставили звучащие в нас барабаны грохотать в такт. Для того, чтобы не общаться друг с другом посредством голоса, мы оставили тоненькую нить, посредством которой наше общение переходило на более высокий уровень мысли.
Такой способ применялся среди варрканов очень редко, так как подразумевал бесконечную веру друг в друга. Любая мысль, пришедшая к одному, тотчас же становилась известной другому. А так как большинство варрканов были довольно-таки подозрительными личностями, то становилось понятно, почему они без особой необходимости старались избегать такого способа общения.
Всё было готово, и Пьер послал мне мысль, которая означала примерно следующее:
— Как спускаться?
— Прыгнем! — ответил я.
— Высоко!
— Не на пол, на кого-нибудь.
— Ждём.
Ждать пришлось недолго. Очередная поисковая группа остановилась как раз под нами и склонились перед Шимес.
— Ничего, наша госпожа. Весь старый замок обыскан.
Шимес нервно принялась грызть красные ногти.
— Где Милах?
