Я не находил никаких причин для подобного крика: собирать мне было нечего, а король не самолёт, мог и подождать.
Пока мы добирались до апартаментов Аматия, я порядочно взмок. Мало того, что на каждом шагу спрашивали пароль и меня (на Пьера это правило не распространялось) обшаривали внимательные руки. Пьер Абан же только пожимал плечами: мол, такова жизнь, мой друг. Все окна, без исключения, закрывали толстые решётки, двери были закованы в железо, и все, буквально все, комнаты охранялись ребятами Пьера. В завершение утомительной процедуры обысков и паролей в последней комнате мне приказали раздеться.
Я немного поворчал, но подчинился. Тем более, что буквально все обращались со мной, как с большим вельможей. Вообще-то я им и был, о чём незамедлительно сообщил Пьеру.
— Дружище Пьер! Тут такое дело! Не стоит называть меня дворянскими титулами.
— Я думал, что тебе это доставит радость.
— У меня уже есть титул.
— Интересно, какой?
— Ты забываешь, что я почти женат на королеве Иннее.
Пьер замер на месте и хлопнул себя ладонью по лбу.
— Какой же я дурак. Ведь ты же король!
— Ну, не совсем, — скромно потупился я.
— Это не играет никакой роли хотя бы потому, что можно было свести всю эту процедуру до минимума. Ведь ты же король!
— Без свиты.
На этот довод Пьер долго не мог найти ответа.
— В этом мире творятся и не такие вещи.
Но всё равно, — продолжал он твёрдо, — я представлю тебя как короля.
— Как хочешь, но сначала сделай вот что.
Мне нужно, чтобы ты не сидел как на иголках. Между нами не должно быть никаких секретов. Это касается моей встречи с Шимес.
Я открылся, и Пьер получил возможность увидеть все подробности моей встречи с сводной сестрой Аматия.
— А она ничего, — задумчиво сказал варркан, когда всё закончилось. — Она красива.
О, как хорошо я знал это чувство. Варркан, лишённый возможности иметь жену и семью, лишён и главного, что есть в жизни — счастья.
И бывают такие минуты, когда даже самые холодные и безразличные варрканы становятся сентиментальными и мягкими, словно воск. И тогда…
Короче, похоже на то, что он втрескался в эту стерву.
Я уже пожалел, что показал Пьеру Шимес в таком виде. В том, что этот великан воспылал страстью к своему врагу, не было ничего удивительного, я вспомнил свои эмоции при виде обнажённой Шимес. Из этой ситуации существовал только один выход. Или убить одного из них, или заставить Шимес полюбить Пьера Абана.
— Э, Пьер! Что с тобой?
Пьер очнулся и потряс головой.
— Да так! Лезет всякая ерунда в голову.
Угу. Сначала это кажется ерундой, а потом хоть вешайся. Эх, варркан, варркан, что же я с тобой сделал?!
Так мы идём к королю? — толкнул я Пьера, так как тот снова впадал в прострацию.
— А мы, собственно, уже пришли.
Воины распахнули тяжёлые двери и захлопнули их за нашими спинами.
Я ожидал увидеть комнату с игрушками и прочей детской амуницией. Но передо мной была большая библиотека. Кровать с балдахином, несколько кожаных кресел, стол просто терялись среди огромного количества книг.
Даже в библиотеке Корч я не видел столько.
В самом углу комнаты сидел маленький мальчишка. Он забрался с ногами в кресло и читал. Меньше всего он напоминал короля. Он соскочил с кресла и стремительно подошёл к нам, остановился напротив меня и принялся внимательно изучать мою внешность.
Я заглянул ему в глаза и увидел в них взрослую заботу. О королевстве, о разваливающейся империи, о своих бедах. Что ещё может заботить короля? И я понял, что предстоит далеко не детский разговор.
— Садитесь. Прошу вас.
Король показал на кресла, и мы с Пьером опустились в их мягкие чрева. Я подумал о том, что и голос у Аматия совсем как у взрослого.
Короли быстро взрослеют. Власть старит.
— Так это вы побили Пьера?
В голосе короля не было ни намёка на смех или на что-либо подобное, только голая констатация фактов.
— Да.
— Вы сильнее?
— Просто в этот раз мне повезло больше.
— Как вы сумели победить варркана?
— Я такой же, как и он.
— Варркан?
— Да.
Аматия, казалось, удивил мой ответ. Он задумался, и я заметил, как на его лбу проступили преждевременные морщинки.
— Аматия! — я вздрогнул от того, что Пьер назвал короля только по имени. В любой стране за это сразу бы сравняли плечи с шеей. Но сам король довольно равнодушно отнёсся к этому факту.
— Что, Пьер?
— Позволь, я расскажу тебе немного об этом человеке.
— Я только что хотел попросить его об этом.
— За него это сделаю я.
— Хорошо, Пьер. Мне всё равно.
Пьер Абан поудобнее устроился а кресле, и я понял, что рассказ будет приятным и долгим.
Я был не прочь послушать про себя.
— Этот человек, — Пьер кивнул на меня, такой же варркан, как и я. Он тоже воспитывался в замке Корч и совершил много подвигов. Ты, наверное, помнишь, как я тебе рассказывал о варркане по имени Файон?
— Да, Пьер. Он сейчас где-то в другом мире сражается с нечистой силой.
При этих словах я чуть было не подпрыгнул. Впервые такое слышу.
— Да, именно о нём я и говорю. Он убил чёрного дьявола, разгромил его армию, избавил наш мир от Безоры.
— Я это помню. В книгах про это много написано. — О! Есть ещё и книги. Скоро про меня будут снимать публицистические очерки. Успеть бы гонорарчик стрясти.
— Но и это ещё не все, — разливался Пьер, он женился, — кто? Я уже женился? — на прекраснейшей женщине нашего мира и забрал её с собой.
— Пьер! — прервал варркана король, — всё это я прекрасно знаю, но какое отношение это имеет к этому человеку?
— Тьфу ты,… я же о чём тебе толкую полчаса? Это и есть Файон!
Глаза короля округлились, а рот раскрылся. Наконец-то он стал похож на обыкновенного мальчишку.
— Ух ты-ы! Ты — Файон?
Я кивнул.
— Тот самый Файон, который в одиночку убил клона?
А кто ещё это мог сделать? Я снова кивнул.
— А расскажи, что ещё случилось с тобой.
Делового разговора не получалось.
Делового разговора не получалось. Я вздохнул, взглянул на мило улыбающегося Пьера, и начал говорить.
Мы болтали примерно часа три. Вернее, говорил я один. Пьер, который все это уже слышал, завалился спать тут же в кресле. Аматия интересовало всё. Иногда он спрашивал о таком, о чём даже я сам не помнил. А этот мальчишка рассказывал мне все в деталях.
Особенно его заинтересовал рассказ о моём приключении в замке Шимес. Сначала я и не хотел ничего говорить, но потом всё же решился. Лёгкая насторожённость Аматия постепенно исчезла, и он снова стал беззаботно задавать вопросы, желая знать все этапы моей нелёгкой биографии.
Он перебрался ко мне в кресло, и когда я начал было рассказывать о своих отношениях с Ило, то вдруг заметил, что маленький король спит. Я посмотрел на эту спящую невинность и подумал, что Шимес слишком плохо знала варрканов и меня.
В этом положении меня и застал проснувшийся Пьер.
— Ну что, проснулся? А я тут не знаю, что и рассказывать. Давай-ка перенесём его в кровать.
— А я и не спал! — губы варркана растянулись в ухмылке.
— Ты не спал? — вот же сволочь! А ещё говорит, что верит мне. — Ты полагал, что я воспользуюсь случаем и убью его?!
— Не обижайся. Всё-таки я личный телохранитель короля, и это моя работа. Разве ты не поступил бы точно так же?
Мне пришлось согласиться. Каждый делает то, что он должен делать. Мы осторожно перенесли короля на кровать и вышли.
