— Вот собственно и все,- закончил свой рассказ Кузя.
— Кажется, нам предстоит много работы, да друзья?- спросил я своих соратников, подъехавших к моей повозке, внимательно глядящих на меня.
— Конечно, Алексей, мы найдем этих…
— А как же…
В разнобой ответили четыре моих друга.
— А вам не показалось, что они были слишком уж хорошо организованны и вооружены? Вон даже фузеи у них были, пускай и старенькие, но ведь были же…,- спросил я товарищей.
— Эта мысль не дает нам покоя уже, какой день, вон капитан тоже так думает, вот только Ваше Высочество, у нас нет и намека, кто это мог быть. В последнее время мы перешли дорожку многим, одно то, что ты с государем-батюшкой помирился, да еще как примирился… дорогого стоит, не говоря уже и про все остальное. Да-да именно так. Не смотри на меня так, ты и сам прекрасно знаешь об этом, ведь пока ты в соре с отцом был, многие были в выигрыше теперь же…- не стал договаривать Николай, лишь многозначительно развел руками.
— Ну почему же нет? Вот, к примеру, что это дезертиры отбросим сразу же, плюс ко всему этому они явно не местные, потому что разбойников в той районе вывели уже почитай как полгода.
— Знать бы еще, в каком именно месте этих «работничков» искать…- с сожалением сказал Михаил, сжимая эфес шпаги.
— А вот это, увы, нам пока не известно, но я думаю, мы с этим, что-нибудь придумает, благо у нас теперь время есть,- устало прошептал я и провалился в забытье.
— Надо что-то…- как из-под воды донеслась до меня.
*****
Декабрь 1707 год от Р.Х.
Родимый дом.
Алексей Петрович Романов.
Глаза упорно не желали открываться, хотя я чувствовал, что уже выспался. Но человек такое животное, что перед ним мало, кто может устоять, не говоря уже о собственном организме, и через пять минут боя с самим собой я таки смог открыть глаза.
Мое бренное тело покоилось в спальне дворца, вот только кроме обычных вещей здесь стояло блюдце с какими-то тлеющими травами, или сеном, я что-то не совсем разбираюсь в этом, одно знаю точно, пахли они приторно-горьковатым запахом. В принципе, конечно, можно было бы полежать в кровати еще несколько часов, но мое внутреннее «я» столь бурно протестовало по поводу столь бездарного времяпрепровождения, что лень волей-неволей ушла, обиженно насупившись, в самые тенета разума.
«Да вы батенька, трудоголик!- поздравил сам себя, улыбаясь».
В отличие от моих предыдущих попыток новая оказалась успешной, наконец неподконтрольные мне руки смогли пошевелиться… И уже через полчаса моих мытарств мне удалось, встать с постели. Вот только полностью одеться не успел в этот момент ко мне в комнату вошел барон Либерас, в сопровождении молодой прелестной девушки лет восемнадцати, а может и чуть меньше. Не высокого роста, чуть больше метра шестидесяти, с русыми, слегка завивающимися волосами, и прелестными карими глазами, смотрящими с детской непосредственностью на окружающий мир.
Они шли и тихо переговариваясь, и не замечали меня до самого последнего момента, да и хорошо, что так, а то ведь и без порток стоял перед девушкой. Стыдоба!
— Ваше Высочество вы уже встали?- удивился барон, глядя на меня.
— Да, Артур, как видишь,- ответил я, улыбаясь, слишком уж забавный вид у него был.
— Я же говорила!- победно произнесла девушка.
— Да, да, конечно, извините, что я и не поверил,- ответил барон девушке.
— А в чем дело?- спросил я барона, при этом, продолжая рассматривать девушку, щечки которой под моим взглядом слегка разрумянились, словно на морозе.
— Дело в том, что когда тебя привезли в Рязань, ты неделю лежал в беспамятстве и не желал приходить в себя, даже лекарь Тиробаун не мог помочь, а только разводил руками. Мы уже не знали, что и делать, были готовы на любое лечение, никто не мог помочь….
— И?
— Когда тебе стало совсем плохо, ты еле дышал, твой камердинер сказал, что если нет лекарей, то остается только одно средство …
— Да говори ты, в чем дело?!- рассердился я.
— Никифор сказал, что кто-то из слуг знает одну знахарку, которая может вылечить цесаревича. Мы тут же решили, что лучше уж обратиться к ней, нежели потерять тебя и послали за ней,- ответил барон, виновато глядя на меня.
— Это правда?- с интересом разглядываю ее.
— Да цесаревич,- низко кланяясь, ответила девушка.
— Расскажи мне, что же случилось дальше?- спросил я барона, по-прежнему смотря на девушку.
— Так вот, как только она пришла во дворец, сразу же сказала, что сможет вылечить тебя, мы сначала конечно не поверили, все же маленькая она.
— Так вот, как только она пришла во дворец, сразу же сказала, что сможет вылечить тебя, мы сначала конечно не поверили, все же маленькая она. Да и…- в растерянности развел руками барон, не договаривая.- Но ты упорно не желал идти на поправку, так что, в конце концов, мы решили, что хуже не будет и доверились этой знахарке…
— И правильно сделали, между прочим, если я могу сейчас стою перед вами, в прекрасном самочувствии!
— Теперь я это вижу…, но тогда то никто не знал, кто она и чем занимается.
— Да, кстати, а почему нас до сих пор не представили?- спросил я барона Либерас.
— Позвольте представить вам эту девушку Ваше Высочество, ее зовут Ольга, знахарка- представил мне ее барон.
— И?- я не много был обескуражен таким представлением.
— И все, она категорически отказывается говорить кто она и откуда.
— А сама ты, что мне скажешь?- еще больше заинтересовавшись, спросил я Ольгу.
— Цесаревич, я с радостью бы сказала кто я и откуда, но, к сожалению меня, вырастила моя нянечка, которую я считала своей бабушкой, она никогда не говорила мне кто я. Лишь, когда она умирала, то сказала, что была моей нянечкой, но сказать, кто я на самом деле она не успела.
— Что ж раз так то, я сделаю все возможное, чтобы узнать, кто такая моя спасительница. А так как ты осталась одна, то я просто вынужден настаивать на том, чтобы ты осталось во дворце в качестве гостьи! Предупреждаю сразу, отказы не принимаются!- с улыбкой сказал я ей.
— Если вы хотите, и для вас это будет не обременительно…
— Вот и чудесно! Федор!
В дверь вошел помощник моего камердинера, мужчина средних лет, невысокого роста, держащий левой рукой папку, а правой письменные принадлежности. Все же мое новшество с этими папками значительно облегчило процесс выполнения приказов и распоряжений, не надо было постоянно заботиться о месте хранения и самого написания. Сама папка была и тем и другим.
— Да мой господин?
— Федор, я хотел бы, чтобы вы проводили нашу гостью в ее комнаты и выполняли все ее пожелания.
— Будет исполнено Ваше Высочество,- ответил Федор, кланяясь.- Прошу вас.
— Зовите меня Ольгой, я буду очень вам признательна,- ответила девушка, улыбаясь.
— Как вам будет угодно,- не стал спорить Федор.
— Ваше Высочество я к вам тогда зайду чуть позже, надо осмотреть и обработать ваши раны,- сказала девушка возле самой двери, прекрасно понимая, что пока она не нужна. Тяжелое время миновало, теперь царевич был уже занятым человеком, у которого есть неотложные дела…
— Конечно, как тебе будет угодно Оля,- согласился я.
Дверь за ними закрылась, а я по-прежнему смотрел вслед уходящей девушке, но даже плохое когда-то заканчивается, а что уж говорить о хорошем…
