— Что, не знаешь, чем кормить свою обезьяну?
— Не смешно, Вик…
— Я не собираюсь тебя веселить, придурок. Ладно, что у тебя?
— Я сейчас около дома Ямады…
— Того мерзкого парня?
— Да, того самого мерзкого парня. Я хочу задать ему несколько вопросов. Мне кажется… Есть вероятность, что он каким?то образом замешан в том убийстве… Ну, в клинике…
— С чего бы это?
Слишком долгим получался разговор. Я торчал на этой улице уже пять минут.
— У меня нет времени все объяснять, Вик, — чуть громче сказал я. — Просто выслушай и сделай так, как я скажу, хорошо?
— Ну? — Она был явно недовольна. Удивительно…
— Ты можешь время от времени звонить мне? Скажем, каждые два часа. Если я два раза подряд не отвечу, позвони в полицию. Пусть едут сюда.
Я как мог объяснил, где находится дом Ямады.
— Запомнила?
— Вроде да…
— Вик, черт тебя дери! Если все так, как я думаю, у меня могут быть большие неприятности. Очень большие… Этот чокнутый маньяк вполне может оказаться тем самым парнем, который уродует трупы. Ты понимаешь?
— С чего ты…
— Вик!
— Все, все… Я запомнила.
— Ты сделаешь?
— Сделаю… Все равно не спится.
— Спасибо, — выдохнул я.
— Пошел ты!
Она бросила трубку.
Я привалился спиной к воротам. Они тихонько скрипнули.
Так, это улажено. Правда, полной безопасности я себе не обеспечил, но хоть что?то… В случае чего, будет не так обидно умирать.
По спине пробежал холодок. Я вдруг осознал, где нахожусь и что собираюсь делать.
Действительно придурок. Вик тысячу раз права. Мелькнула трусливая мыслишка бросить все и уйти. Поехать к Вик…
Но это не решит мои проблемы. Скорее, наоборот. Сейчас у меня есть хоть один союзник. Не самый хороший, конечно, но все же союзник. Завтра его может уже не быть. Я останусь один в этом дерьме.
Нет, сейчас у меня есть единственный шанс. И упускать его нельзя. Я снова выругался. Как бы ты не осознавал необходимость совершения харакири, легче тебе не будет, когда кишки вывалятся на татами.
Время, время…
Я еще раз прошел вдоль забора, пытаясь найти способ перебраться через него. Не позвонить ли Ямаде? «Ямада?сан, я рядом с вашим домом. Хочу узнать, не вы ли зарезали тех ребят в клинике. Откройте, пожалуйста, ворота. У вас чертовски высокий забор». Я нервно хихикнул.
Никаких лазеек не было. Отличный забор. Гладкий, как голова буддийского монаха. Я понял, что придется рисковать. Если разбежаться, можно подпрыгнуть и ухватиться за верхний край ограды. Потом дело техники. В школе такие трюки я делал лучше всех в классе. Правда, заборы были пониже. И не было необходимости оставаться незамеченным… Но другого выхода я не видел.
Я застегнул пиджак, удобнее пристроил бутылку виски в кармане, проверил, не вывалится ли телефон, и отошел на несколько шагов от забора на освещенную часть улицы. Вокруг никого не было видно. Потом коротко разбежался, подпрыгнул, воткнув одну ногу в стену и хватаясь руками за край забора… И чуть не свалился. Верх ограды был утыкан битым стеклом. Маньяк! Такие штуки нормальные люди делали полвека назад.
Стиснув зубы и шипя, как разъяренный страдающий от ожирения кот, я подтянулся на руках, лег грудью на осколки, потом поставил на них сначала одно колено, затем второе. И замер, прислушиваясь. Наверное, я был похож на мутировавшую летучую мышь. Что?то вроде Бэтмена. Только очень неуклюжего.
Сигнализация, если она и имелась, либо не сработала, либо запищала в самом доме. Я изо всех сил надеялся, что этого не произошло.
Убедившись, что никто не бежит ко мне с криками: «Вон он!», — я спрыгнул вниз. В подвернутую ногу будто вбили огромный гвоздь. Пришлось вцепиться зубами в рукав, чтобы не закричать. Судя по всему, хромать я буду очень долго. Черт с ним, главное, чтобы нога не подвела меня сегодня.
Дождавшись, когда боль немного утихнет, я проверил остальные части многострадального тела. Им тоже досталось. Из левой руки я вытащил два осколка, из правой один, но большой. Ладони были липкими от крови. Рубашка на груди изодрана в клочья. На коленях глубокие царапины.
Хорошее дело! Меня уже сейчас можно было госпитализировать. А ведь самое сложное еще впереди. Я снова пожалел, что не поехал к Вик.
Вспомнив о ней, я спохватился и проверил, на месте ли телефон. Тот уютно лежал в кармане. Ему не было никакого дела до забот хозяина.
Переведя дух и немного успокоившись, я принялся рассматривать дом. Темные окна. Уже далеко за полночь. Ямада, наверное, видит десятый сон. Хотя мне почему?то казалось, что такие психованные парни вообще не спят, а вынашивают по ночам свои коварные планы…
Горела лишь лампочка над крыльцом. Дом Ямады был построен на европейский манер. Два этажа, балкон, мансарда… Хороший дом. Я не силен в архитектуре, но, по?моему, это было что?то в стиле неоклассицизма. Да, судя по всему, ничего подобного у меня уже не будет.
Эх, Вик, Вик…
Прячась за деревьями, я приблизился к дому.
Эх, Вик, Вик…
Прячась за деревьями, я приблизился к дому. Нога болела нестерпимо, и я старался не ступать на нее. Если Ямада не захочет вести переговоры, а попытается применить силу, мне придется туго.
Теперь нужно было решить, что делать дальше. Вопрос, прямо скажем, непростой. Лезть в окно? Взламывать дверь? Нет. Конечно же нет… В конце концов, я хочу просто поговорить с ним. Так что, наверное, самое лучшее — войти, как входят все нормальные люди. То есть позвонить в дверь и дождаться, пока хозяин откроет. Разумеется, было бы очень здорово использовать эффект неожиданности на все сто. Прокрасться, как ниндзя из комиксов, через какое?нибудь слуховое окно в дом, пройти по потолочным балкам и мягко тряхнуть спящего Ямаду за плечо. «Ку?ку, пора ответить на пару вопросов, босс»… Это было бы очень эффектно. А главное — эффективно. Но я не ниндзя. Я всего лишь парень, сочиняющий рекламные тексты.
Поэтому остается постучать в дверь. И надеяться, что Ямада не станет звонить в полицию, едва поймет, кто к нему пожаловал.
Чем яснее я понимал, что это единственный способ попасть в дом, тем меньше мне хотелось это делать. Глупейшее положение… Хорош я буду, если Ямада вообще не имеет никакого отношения к убийству в клинике. Что, кстати, вполне возможно. То, что он так жаждет вывести меня на чистую воду, вовсе не свидетельствует о его вине. Кто?то выбивает по ночам футон, кто?то хочет покончить с собой, кто?то разговаривает с обезьяной, а кто?то выводит на чистую воду подчиненных. Выводит, не считаясь ни с чем…
И все?таки, ведь не просто так я оказался здесь, в саду Ямады. Что?то заставило меня прийти сюда. И наверняка не простое любопытство. Тот тон, которым он говорил со мной по телефону… Это был не тон поборника нравственности.
Я посмотрел на часы. Прошло уже пятнадцать минут сидения в кустах. Пора было что?то делать. Иначе у меня будет прекрасная возможность проводить шефа на работу.
Ступая как можно тише, я подошел к крыльцу. Внизу живота резко заныло. Во рту было сухо и противно, как при хорошем похмелье. Колени мелко дрожали, ноги так и норовили подогнуться.
Крутой сукин сын…
Скажи сейчас кто?нибудь мне в ухо: «бу!», — и я обделаюсь.
Крутой сукин сын.
Мне стало жаль, что рядом нет Вик с фонариком в хрупких руках. С ней было бы куда проще… Я вытащил из кармана бутылку виски, которая чудом не разбилась, и ухватил ее так, чтобы можно было использовать в качестве дубинки. Какое?никакое, но оружие. В фильмах хорошие парни управляются им довольно ловко.
