— Не помню, — мне пришлось разнообразить ответы.
— Это было не так давно. Неужели вы можете этого не помнить?
— Да.
— Послушайте, — сказал Рейчу. — Мы можем пригласить вас к себе. Нам было бы так удобнее. Но не думаю, что вы будете в восторге. Мы пошли вам навстречу. Почему бы и вам не проявить любезность? А?
— Вы меня в чем?то подозреваете?
— По?моему, он смотрел очень много детективов, — усмехнулся Пикачу, глядя мне в глаза.
— Ага, — кивнул Рейчу, — он просто насмотрелся дерьмовых фильмов. И теперь считает себя самым умным.
Похоже, покемоны разозлились. Но я никак не мог заставить себя испугаться. Пока они не создают серьезных проблем. Неприятности — да. Но к неприятностям я уже начал привыкать.
— Так что, вы предпочитаете поехать с нами? Или все?таки напряжете память?
— Да. Припоминаю. Я там действительно был. И именно в ту ночь. А что?
— Что вы там делали?
— Я обязан отвечать?
— Нет. Но ответить придется, — сказал Пикачу.
Рейчу кивнул и почесал кончик носа.
— Развлекался.
— Не самое подходящее место для развлечений.
— Кому как. — Я пожал плечами.
— С вами была девушка, так?.
— Да. Это?то и было развлечение.
— Кто она?
— Мне бы не хотелось отвечать на этот вопрос.
— Почему? — в один голос спросили покемоны.
У них одинаково приподнялись брови.
— Это личное. И, кстати, почему вообще вы спрашиваете меня об этом? — несколько запоздало возмутился я.
Они отметили эту задержку.
— Этой ночью, недалеко от того места, где вас видели, произошло убийство. Возможно, вы слышали о нем в новостях. Мы опрашиваем свидетелей. Только и всего, — сказал Пикачу.
— Только и всего, — повторил Рейчу.
— Только и всего, — зачем?то промямлил и я.
— Так вы скажете, кто эта девушка и что привело вас в этот район?
— Неужели это так важно? — попробовал возмутиться я.
— Поедем к нам? — спросил Пикачу.
— Хорошо, скажу. Девушка — проститутка. Мы приехали к ней. У меня, понимаете, принцип. Женщин к себе в квартиру не привожу.
— Проститутка? — переспросил Рейчу.
— Ну да. Женщина, которая отдается за деньги.
— Не смешно, — заметил Пикачу. Рейчу согласно кивнул.
— Да чего уж тут смешного, — покачал головой я. — Скорее, грустно. Я каждый раз, снимая проститутку, думаю, что же толкнуло ее на этот шаг? Ну, в смысле, продавать свое тело… Не поверите, но мне их даже немного жаль.
Я очень надеялся, что издевка будет не слишком заметна. Совсем не издеваться я не мог. Кто?то тянул меня за язык. Этот «кто?то» первый раз выглянул из моего нутра, когда я бил Вик. Доктор Джекил и мистер Говнюк.
Покемоны снова озадачились. Правда, ненадолго. Эти парни хорошо знали свое дело. Сбить их с толку было не просто.
— Это точно была проститутка? — спросил Пикачу.
— Она взяла с меня деньги за… ну, вы понимаете. Так поступают только проститутки. Вернее, принято считать, что только проститутки.
— Хорошо, — очень спокойно произнес Пикачу. — Вы не могли бы сказать, как ее можно найти?
— Вряд ли это получится. Я нашел ее по одному из тех объявлений, которыми обклеены все остановки по вечерам. Бумажку с телефоном, естественно, тут же выбросил. Я вообще?то не очень люблю проституток. Так, иногда, от случая к случаю… Поэтому и не храню телефоны агентств. Так, может быть, теперь вы скажете, к чему все эти вопросы? Я ведь могу сейчас закрыть дверь и пойти спокойно ужинать. А вам придется…
— Мы знаем, что нам придется делать, — сказал Рейчу. Судя по всему, у него нервы были послабее.
Второй покемон многозначительно посмотрел на него. Словно говорил: «Пока еще рано». Рейчу насупился.
— Вопрос у нас, собственно один, — сказал Пикачу. — Не видели ли вы что?нибудь подозрительное, когда были там, около клиники.
— Я не был около клиники. Я был в нескольких кварталах от нее… Если судить по сведениям в новостях.
Рейчу вскинул брови, но промолчал. Слово опять взял Пикачу:
— Хорошо, допустим… Ну, а там, где вы были… Ничего интересного не видели?
— Только банду подростков.
— Банду?
— Подростков. Просто подростков. Они нехорошо смотрели на мою машину. Этим мне и не понравились. Вполне возможно, что это были обычные школьники.
Я заметил, что говорю слишком много. Так они могут запросто меня поймать. Опыта общения с полицейскими у меня не было. Но я был уверен, что, стоит им заподозрить меня во лжи, они возьмут меня в оборот.
— А куда вы направились после того, как оставили машину?
— В квартиру… проститутки. Куда же еще?
— И где эта квартира?
— Этого я не могу сказать точно. Было темно. Кроме того, у меня не было задачи запомнить маршрут, чтобы потом сообщить его полиции. Уж извините.
— Значит, — решил подвести итог Пикачу, — вы ничего не видели. Очень жаль.
— Мне тоже очень жаль, — сказал я. Немного холодности в голосе, старательно подавленный зевок. Получилось вроде неплохо.
— Вы ведь никуда не собираетесь уезжать из города в ближайшее время?
— Кажется, нет.
— Хорошо. Мы к вам обратимся, если у нас возникнут еще вопросы? Не будете возражать? — со смирением буддийского монаха спросил Пикачу.
Мы к вам обратимся, если у нас возникнут еще вопросы? Не будете возражать? — со смирением буддийского монаха спросил Пикачу.
— Конечно, конечно. В любое время.
— Вы не дадите свой рабочий телефон?
— Можно подумать, вы его не знаете.
— И все?таки…
— Хорошо.
Я продиктовал номер. Рейчу, выхватив блокнот, записал его с совершенно невозмутимым видом. Парни были неплохими лицедеями. Впрочем, в их работе это необходимо.
— Что ж, — сказал Пикачу. — Спокойной вам ночи. Спасибо, что уделили нам время.
Он произнес это так, словно прощался с лучшим другом.
Покемоны повернулись, чтобы уйти. Я потянул на себя дверь, с трудом подавив вздох облегчения. В последний момент Рейчу вдруг развернулся и вставил носок ботинка в щель. Трюк, который я видел в кино раз сто. Своей эффективности он от этого не потерял.
— Мы тебя достанем, засранец, — тихо сказал он. И убрал ногу.
Я захлопнул дверь. Мне вспомнился разговор с Ямадой. Вернее, тот резкий переход от вежливого давления к откровенной грубой угрозе. Очень похоже.
И неожиданно. Даже от полицейского. Конечно, ожидать от этих ребят исключительной вежливости не стоит. Но немотивированная грубость… Это чересчур. Даже для них.
Я вернулся на кухню. Постоял немного перед открытым холодильником. Потом захлопнул его. Аппетит ушел вместе с покемонами.
От нечего делать я отправился в комнату и включил телевизор. Странно. Никаких убийств в новостях. Я пощелкал пультом. По одному из каналов показывали документальный фильм про отряд 731. Врачи?убийцы времен последней войны. Опыты над людьми и все такое. Через пятнадцать минут рассказов о вскрытии живых людей меня замутило, и телевизор пришлось выключить.
В истории каждой страны был такой отряд. И каждая страна теперь клеймит позором тех, кого раньше награждала. Интересно, почему? Что изменилось? Мораль? Или то, что морально в условиях войны, аморально теперь, в мирное время? А случись война сейчас? Стали бы опять создавать подобные отряды? Наверное, стали бы. И через пятьдесят лет снова отреклись бы. Человеческая нравственность — величайший конформист.
От философствования меня отвлек телефон. Это была Вик. Иногда мне казалось, что она следит за мной. Как только случалось что?нибудь такое, о чем можно было ей рассказать, звонил телефон, и в трубке звучало ее вялое «привет». Будто скрытые камеры в моей квартире установила …
