— Тогда зачем вы мне нужны? Кто вас послал, я и так знаю. Ну, убью, допустим, я вас. Какой с этого прок? Мой враг наймет другого. Но вас я уже знаю в лицо, а нового знать не буду. Еще один довод, чтобы сохранить вам жизнь.
— Ты странный, — заметил убийца. — Ты знаешь, теперь я постараюсь убить тебя только для того, чтобы вернуть уважение к себе? Я не могу допустить, что бы меня победили два подростка, один из которых даже не человек.
— Я ведь могу и передумать. Вы так настойчиво стараетесь меня переубедить.
— Нет. Мне кажется, ты не из тех, кто меняет свое решение.
Мужчина отвесил мне легкий полупоклон, взмахнул плащом и вышел. Эльвинг проследил, действительно ли он ушел из гостиницы. Я высунулся в окно и подал знак Дину.
— Зря ты его отпустил, — заметил Эльвинг.
— Возможно. — Я устало опустился на стул.
Через некоторое время в комнату осторожно вошел Дин с моей кольчугой.
— Милорд, я видел того человека. Ну того, который заходил в вашу комнату. Он только что вышел из гостиницы. У меня оказался друг поблизости, мы с ним всегда играем. Я попросил его проследить за тем человеком.
Мы с эльфом переглянулись и расхохотались.
— Я что-то не так сделал? — обиженно и одновременно испуганно спросил мальчишка.
— Нет-нет, — успокоил я его.
— Нет-нет, — успокоил я его. — Все правильно, ты молодец. Только, Дин, это ведь может быть опасно. Если тот человек заметит твоего друга…
— Пфе. Чтобы кто-то заметил Рона, если тот этого не хочет? Да ни в жисть.
— Ну, если так… Когда твой друг вернется, мне бы хотелось с ним поговорить. А пока держи, заслужил, — я кинул ему двадцать терхемов.
Дин просиял.
— Благодарю, милорд. Как скажете, милорд. — И быстро выскочил за дверь.
— Милорд.
Меня сильно удивило официальное обращение эльфа.
— Я должен вам сказать. Я поклялся быть вам верным спутником и теперь должен вам все рассказать. Почему я один…
— Эльвинг, если ты не хочешь рассказывать, не надо…
— Не хочу, но надо. И… если вы меня прогоните, я пойму и приму это как должное.
— Да что с тобой?
— Милорд, меня выгнали из племени. Я убийца.
— Ты!?
— Да. Я убил соплеменника. Нет, не в гневе и не в драке, а ножом, ночью.
Услышанное совершенно не вязалось с тем, что мне уже довелось узнать об эльфе. Его можно было представить вызывающим врага на бой, но не крадущимся темной ночью с ножом в руке. Нет, на хладнокровного убийцу он совсем не походил.
— Как это случилось?
— Это было около года назад. Мы спасли умирающего от голода человека. Он сказал, что его ограбили разбойники и бросили умирать. Ему все поверили, но у меня он вызвал сомнения. Мне показалось, что он врал. Некоторые человеческие маги могут обмануть эльфа. И я подумал, что он как раз один из таких. Я стал следить за ним и, в конце концов, разоблачил как шпиона Сверкающего. Его имя было Лонтар.
— Лонтар? — вскрикнул я.
— Вы знаете его?
— Прекрати мне выкать. Я даже не старше тебя. — Имя Лонтар меня крайне заинтересовало. — Продолжай.
— Когда Лонтар понял, что разоблачен, то поклялся мне отомстить. Я посмеялся над его угрозами. Но однажды ночью я проснулся, взял нож и пошел. Я совершенно не мог сопротивляться желанию убить. Я знал, что не должен этого делать, знал, что поступаю чудовищно, но бороться не было сил. Словно какой-то туман окутывал мой мозг. Я подошел к спящему Виту и вонзил в него нож. Я тут же очнулся, но было уже поздно. Вит был мертв.
— Очень похоже на то, что какой-то сильный маг взял его под контроль и управлял им, — сообщил мне Мастер.
— Но вы же говорили, что амулеты могут защитить от подобного? Неужели у него не было амулета?
— Людей. Людей, но не магических существ. Эльфам амулеты не нужны. Они сами обладают силой и могут защищать себя без помощи подручных средств.
— Тогда почему Эльвинг не смог защититься?
— Потому что в мыслях он хотел убить этого Вита, и его сопротивление магической атаке оказалось сломлено.
— Что вы такое говорите?! — возмутился я.
— Энинг, вспомни себя. Сколько раз в своей жизни ты мысленно говорил: я убью тебя, чтоб ты умер. А если какой-нибудь человек постоянно насмехается над тобой? Неужели у тебя нет таких знакомых, которых ты готов убить, и тебя останавливает только разум и совесть?
Я вспомнил о Петрове и пристыжено замолчал.
— В этом то и дело, — продолжил Мастер, — что любое разумное существо контролирует свои чувства и не идет на поводу у них. В случае с Эльвингом Лонтар воспользовался его подсознательным желанием и снял контроль сознания. Ручаюсь, что в тот момент кроме этого Вита эльф никого больше убить бы не смог.
— Меня обвинили в убийстве, но поскольку я был еще молод, тогда мне только-только исполнилось четырнадцать, меня приговорили не к смерти, а к изгнанию. Так я остался один, и уже скоро год как живу в этом городе.
— Ты же не виноват. Это Лонтар подчинил тебя своей воле.
Эльвинг нерешительно поднял на меня глаза.
— Я так и сказал, но мне ответили, что если бы я сам этого не хотел, то никто не смог бы меня подчинить.
— Никто не может быть настолько безгрешным! — зло воскликнул я. — Они должны были не судить тебя, а научить контролировать свое сознание и подсознание. Если бы они это сделали, то никто не смог бы против твоей воли подчинить тебя!
— А это возможно? — нерешительно спросил он.
Я посмотрел ему в глаза. Интересно, после того, что мне сейчас стало известно, можно ему доверять? А не придет ли ему в голову мысль убить меня? Снова выбор, и снова никто не сможет дать мне совет. Но если теперь начать опасаться Эльвинга, то можно стать законченным психом, боясь, что Сверкающий подчинит таким образом любого прохожего.
— Я могу научить тебя… если хочешь?
Эльвинг удивленно раскрыл глаза.
— Мне… я… да, хочу… спасибо.
— Вот и замечательно, — удовлетворенно кивнул я.
Эльвинг неуверенно взглянул на меня.
— Кстати, — вдруг заговорил он. — Это изгнание и предсказал мне Винер, когда однажды я побывал в городе с семьей. Так я с ним и познакомился. Уже после изгнания я иногда исполнял для него разные мелкие поручения…
В этот момент кто-то усиленно заколотил в дверь.
— Ну кто еще там? — рассердился я на несвоевременных визитеров.
— Милорд! — раздался с той стороны двери возбужденный голос Дина. — Рон вернулся. Он стоит рядом со мной!
Эльф взглянул на меня, быстро подошел к двери и открыл ее. В комнату ворвался Дин, таща за собой какого-то паренька, очевидно, того самого Рона. Этот второй мальчишка был полной противоположностью Дина, как по одежде, так и по внешности, очевидно и по характеру тоже. Дин был в нарядной гостиничной униформе, чистенький и приглаженный, а его друг стоял в рваной холщовой рубашке, драных штанах и босиком. Светлые волосы мальчишки были в совершенном беспорядке, а глаза с каким-то дерзким вызовом смотрели на меня. Я невольно почувствовал уважение к этому пацаненку. На первый взгляд ему было лет десять, ну, может, немного больше, но он явно уже многое испытал в жизни. Он быстро подскочил к двери, захлопнул и закрыл ее на ключ. От подобной наглости мы с Эльвингом слегка обалдели, но быстро получили объяснение подобного поведения: в дверь осторожно постучали.
— Милорд, на этаж проник какой-то хулиган. К вам никто не заходил?
