— Ничего плохого не случится, если ты встретишься с ним и узнаешь, что он думает.
— О'кей, это хорошая мысль. Я согласен.
Вечером Билли попытался вообразить, о чем они будут разговаривать с писателем. Он представил, как выглядит этот человек. Наверно, одет в твидовый пиджак и курит трубку, как Артур. Писатель должен обязательно жить в Нью-Йорке или в Беверли-Хиллз. Почему доктор Кол рекомендовал именно его? Надо быть осторожным. Гэри говорил, книга может принести много денег. И еще кино — интересно, кто будет исполнять главную роль?
Всю ночь Билли ворочался в постели, взволнованный и напуганный мыслью о предстоящем разговоре с настоящим писателем, по чьей книге даже снят фильм. Когда он наконец уснул на рассвете, Артур решил, что Билли не способен выдержать беседу с писателем. Пятно должен занять Аллен.
— Почему я? — спросил Аллен.
— Ты прирожденный манипулятор. Кто еще сможет быть настороже и не позволить надуть Билли?
— Чуть что, меня зовут, — проворчал Аллен.
На следующий день, когда Аллен встретился с писателем, он был поражен и разочарован. Вместо высокого, обаятельного писателя он увидел маленького худощавого человечка с бородой и в очках, в вельветовой спортивной куртке рыжевато-коричневого цвета.
Доктор Кол представил их друг другу и предложил свой кабинет для предстоящего разговора. Аллен сел на кожаное канапе и закурил сигарету. Писатель сел напротив и закурил трубку — прямо как Артур. Они немного побеседовали о том о сем, затем Аллен перешел к сути беседы:
— Доктор Кол сказал, что вы заинтересованы получить права на написание моей истории. Как думаете, сколько это будет стоить?
Писатель улыбнулся и выпустил дым.
— Это зависит от многого. Я должен буду узнать о вас побольше, чтобы быть уверенным, что написанная книга заинтересует издателя. Узнать больше того, что было уже написано о вас в «Тайм» и «Ньюсуик».
Кол усмехнулся и сплел пальцы на животе:
— Это уж точно.
Аллен нагнулся вперед, положив локти на колени.
— Ясно. Значительно больше. Но я не собираюсь откровенничать задаром. Мои адвокаты в Коламбусе говорили мне, что очень многие хотят получить права. Даже из Голливуда приходил парень, они хотят снять кино и прокрутить по телевизору. На этой неделе прилетает один писатель с предложением и контрактом.
— Это звучит многообещающе, — ответил писатель. — При той известности, которую вы получили, я думаю, очень многие хотели бы прочитать историю вашей жизни.
Аллен улыбнулся и кивнул. Он решил еще немного прощупать этого человека.
— Я бы хотел почитать что-нибудь из того, что вы написали, чтобы иметь представление о вашей работе. Доктор Кол говорит, что по одной из ваших книг был снят фильм.
— Я пришлю вам экземпляр, — сказал писатель. — Прочтите его, и в случае вашей заинтересованности мы сможем продолжить разговор.
Когда писатель ушел, доктор Кол дал совет: прежде чем продолжать переговоры о книге, Билли должен найти себе местного адвоката, который позаботится о соблюдении его интересов. Государственные защитники из Коламбуса не смогут больше представлять его.
В течение недели Аллен, Артур и Билли по очереди читали роман, присланный писателем. Когда они закончили чтение, Билли сказал Артуру:
— Я думаю, он и должен писать книгу.
— Вполне согласен, — сказал Артур. — Должен заметить, он с большим мастерством описывает внутренний мир главного героя. Хотелось бы, чтобы и наша история была рассказана не хуже. Если люди хотят понять проблему Билли, о ней нужно рассказать «изнутри». Писатель должен встать на место Билли.
Тут появился Рейджен:
— Я возражаю. По-моему, не нужно никаких книг.
— Почему? — спросил Аллен.
— А ты не понял? Билли будет болтать с этим человеком, да и вы все будете болтать. Вы можете рассказать ему что-нибудь такое, за что меня опять обвинят, — что-нибудь о других преступлениях.
Артур задумался.
— Мы не должны рассказывать об этом.
— Кроме того, — сказал Аллен, — у нас есть выход, и в любое время мы сможем его использовать. Если во время бесед выплывет что-то, что может повредить нам, Билли всегда сможет дискредитировать книгу.
— Как это?
— Все отрицать, — объяснил Аллен. — Я могу сказать, что притворялся множественной личностью. Если я скажу, что все это выдумка, никто не купит книгу.
— Брось, кто этому поверит? — сказал Рейджен. Аллен пожал плечами:
— Какая разница? Какой издатель возьмется за книгу, если человек, о котором она написана, говорит, что все это ложь?
— В этом есть некоторый смысл, — сказал Артур.
— Так же можно поступить и с любым контрактом, который Билли может подписать, — добавил Аллен.
— Ты хочешь сказать, сделать вид, что он неправомочен подписывать его? — спросил Рейджен.
Аллен улыбнулся:
— «Невиновен по причине безумия», верно? Я говорил об этом с Гэри Швейкартом по телефону. Он сказал, я всегда могу сказать, что был совсем сумасшедшим, подписывая этот контракт, что я это сделал под давлением доктора Кола. И контракт окажется недействительным.
Артур кивнул:
— Полагаю, можно предложить писателю подыскивать издателя для книги.
— А я все-таки думаю, что это глупо, — сказал Рейджен.
— Мне кажется, очень важно, чтобы наша история была рассказана миру, — возразил Артур. — Есть другие книги о множественных личностях, но не было еще истории, похожей на историю Билли. Если люди смогут понять, как возникают такие явления, тем самым мы внесем вклад в психиатрию.
— А еще, — сказал Аллен, — мы загребем кучу денег.
— Первая человеческая мысль за сегодняшний день — проворчал Рейджен.
— Одно из самых интересных противоречий в Рейджене, — сказал Артур. — это то, что убежденный коммунист так любит деньги.
— Я всегда отдаю бедным то, что остается от уплаты счетов.
— Надо же, — засмеялся Аллен, — может, нам скостят налоги за благотворительность?
• 4 •
19 декабря редактор местной газеты «Афинз мессенд-жер» позвонил в клинику с просьбой организовать интервью с Билли Миллиганом. Билли и доктор Кол согласились.
Кол привел Билли в комнату для совещаний, где представил его редактору Хербу Амею, репортеру Бобу Эки и фотографу Гелу Фишеру. Кол показал им рисунки Билли, а Билли ответил на их вопросы о своем прошлом, о надругательствах, о попытке самоубийства, о том, что другие личности доминируют над ним.
— А как насчет насилия? — спросил Амей. — Могут ли жители Афин быть уверены, — если вам позволят свободно выходить, как это делают большинство пациентов этого отделения, — что вы не будете представлять угрозу ни им, ни их детям?
— Я думаю, — сказал Кол, — на вопрос о насилии должен отвечать не Билли, а одна из его личностей.
Он вывел Билли из комнаты и повел в свой кабинет. Усадив его, он сказал:
— Вот что, Билли. По-моему, ты должен установить хорошие отношения с прессой в Афинах. Людям надо показать, что ты не представляешь опасности. В один прекрасный день ты захочешь, чтобы тебе разрешили выйти в город без сопровождающего — купить принадлежности для рисования, сходить в кино или съесть гамбургер. Эти газетчики явно симпатизируют тебе. Я думаю, что надо дать им возможность поговорить с Рейдженом.
Билли сидел молча, губы его шевелились. Потом он наклонился вперед и пристально посмотрел на доктора:
