— Шаману тоже, — встрял Бол.
— И шаману тоже, — согласился богатырь. И приберитесь тут децил. А то трупы, в натуре, покупателей отпугивают.
— Пора вставать, — эльф проснулся мгновенно, обернулся на голос. Томагавка улыбнулась, задорно подмигнула ему. — Ну, и здоровы вы поспать, остроухие! Небось, всю ночь свои звезды считал?
— Не всю, — возразил эльф. Следовало бы также добавить, что звезды вовсе не его, и что он их отнюдь не считал. Но этого Лониэль делать не стал. Потому что был у Томагавки один талант — любое возражение с легкостью превращать в яростный спор.
— Завтракать будем? — поинтересовалась девушка. Она еще спрашивает! Он бы и от ужина не отказался, если б не это ее идиотское правило — не есть на ночь. А любование звездами, между прочим, пробуждает просто жуткий аппетит.
Позавтракали молча. Девушка была явно не в настроении, разговаривать не хотела. Эльф тоже молчал. За прошедшее время он уяснил точно, потревожить Томагавку «не в настроении», означало нарваться на неминуемую грубость. А также он понимал, что сейчас вот она приложится к своему мерзкому пиву, и настроение у нее сразу поднимется. Если, конечно, пиво не прокисло.
Пиво не прокисло. Хмурые морщинки на лбу девушки немедленно разгладились уже после второго глотка, а после пятого в глазах появились шкодливые огоньки. Лониэль не придал этому значения, и совершенно напрасно. Свою ошибку он осознал позже, когда оседлали коней и двинулись в путь. Эльф достал свою флягу вина и сделал глоток…
Во фляге оказалось пиво! Мерзость какая! Лониэль поспешно выплюнул то, что не успел проглотить и старательно зажевал неприятный вкус мясом со специями. Проклятая девчонка подменила фляги! Лониэль кинул на нее злобный взгляд, изрядно развеселивший Томагавку. Вот дрянь, она еще и смеется! Хорошо же…
— Эй, эй, что ты делаешь? — спохватилась девушка.
— Освобождаю флягу для воды, — невинно ответил Лониэль.
Томагавка с сожалением посмотрела на пивную лужицу.
— Вот и делай эльфам хорошее, — вздохнула она.
— Коня своего пивом пои, — отрезал Лониэль.
— Коня мне жалко, — сообщила Томагавка. — Да и пива у меня столько не будет. А почему, собственно, вы пиво так не любите?
— Потому что гадость, — пожал плечами эльф. — Мне вот непонятно, что вы, люди, в нем находите. Вино же куда вкуснее!
— Что бы ты понимал, — в сердцах сказала девушка, доставая новую флягу.
— Пивом запахло, — сказал Боресвет, осаживая коня.
— Я ничего не чувствую, — Бол потянул носом воздух, но присутствия пива не обнаружил. Да и откуда взяться ему здесь, посреди степи?
— Это потому что ты вчера, в натуре, пил мало, — возразил Боресвет. — Ничто не обостряет чутья к пиву лучше вчерашнего похмелья.
Бол промолчал. Может быть, богатырь и прав. В конце концов, кто здесь специалист по похмелью?
— А вон и лужица пивная, — заметил Боресвет. — Ишь ты, только что пролили, даже в землю уйти не успела. В натуре, братан, давай поспешим, нагоним этих, с пивом. Чует мое сердце, сего напитка у них много.
В натуре, братан, давай поспешим, нагоним этих, с пивом. Чует мое сердце, сего напитка у них много.
— С чего ты взял? — возразил Бол. — Может, они последнее вылили?
Боресвет посмотрел на него с сожалением.
— Молод ты еще, братан, жизни не видел. Иначе, в натуре, не гнал бы такую пургу. Да если б последнее вылили, тут бы еще труп валялся.
Трупа действительно не наблюдалось, и Бол был вынужден согласиться с оппонентом. Боресвет поторопил коня, и они помчались по следу из примятой травы.
— Нас преследуют, — Томагавка оглянулась назад и признала правоту эльфа. Действительно, преследуют. Двое, кажется. Не так уж и много. Эльфу обоих положить — все равно, что кружку пива выпить. Даже проще, если вспомнить, как эльфы к пиву относятся.
— Всего-то двое, — хмыкнула девушка. — Давай грохнем их по-быстрому, и дальше поедем.
— Нет, — Лониэль поджал губы. — Если они не враги, я не хочу их убивать. Мертвых, знаешь ли очень трудно оживить.
— Да я и не собиралась, — съязвила Томагавка. — Делать мне больше нечего, жмуров оживлять. Только вот, благородный эльф, если они сами нас убьют, оживлять тоже не станут.
Лониэль не ответил. С одной стороны, девушка была абсолютно права, в самом деле, зачем-то же эти двое их преследуют? Не за тем же, чтобы пива попросить?
С другой стороны, эльфы никогда не любили отнимать жизнь, хотя порой и приходилось. Защищая свою жизнь, или чужую жизнь. Лониэль просто не мог преступить это правило. Тот, кто без должного почтения относится к жизни — не эльф. И если ему довелось родиться в Саро, неминуемо становился изгоем.
— Если они нападут, будем защищаться, — решил он. — Но первыми атаковать не станем.
— Ну и напрасно, — разочарованно сказала Томагавка. — Всего-то и надо, две стрелы пустить. Ой, а может, коней у них подстрелить?
— Кони вообще ни в чем не виноваты.
— Ты прав, ничего это не даст, у них заводные есть. Ладно, убивать не надо, просто прострели каждому обе руки. Можно еще и ноги, для надежности.
— И в кого ты такая кровожадная? — печально поинтересовался эльф.
— В двоюродного дядю, — сообщила ему девушка.
Двоюродным дядей Томагавки был Блин. Тот самый. Если хорошенько подумать, то ничего удивительного, что девушка была столь кровожадной.
Хорошенько подумать Лониэлю не дали.
— Эй, братаны! — донеслось сзади. — Погодь! Куда это вы так подорвались? Да не боись, не тронем мы вас, реальные пацаны по понятиям поступают!
— Знакомый голос, — эльф попридержал коня. — Где-то я его слышал.
— Это голунянин, — обрадовалась Томагавка. — Эй, Боресвет! Ты что ли?
Богатырь остановил коня.
— Я, что ли, — ответил он, ощупывая девушку подозрительным взглядом. — А вот ты кто, в натуре? Не жена, часом?
— Творец миловал, — искренне ответила Томагавка. — А ты что, свою жену в лицо не знаешь?
— Я от нее конкретно сбежал, — потупился богатырь. — Давно уже. Сразу после свадьбы. Пытался до — не удалось, поймали. Так кто ты деваха, колись давай.
— Что, не признал? Эх ты, а еще боевой друг!
— Лани? — ахнул богатырь. — Как же ты изменилась!
— Нет, на Лани не похожа, — встрял Бол.
— Даже волосы не того цвета. И фигура другая… хотя тоже ничего…
— Вот как врежу сейчас! — взбеленилась Томагавка.
— За что? — спросил Бол, поспешно скрываясь за широкой спиной Боресвета.
— За ничего!
Боресвет почесал шлем, раздумывая над загадкой. А может, просто вспоминал всех более-менее знакомых дам. Бол сообразил быстрее, что и не удивительно, ученик мага, как-никак.
— Томагавка? — неуверенно позвал он.
— Ну, наконец-то хоть кто-то догадался. Привет, ребята!
Боресвет выпучил из-под шлема глаза. Нашли-таки! Теперь бы придумать, как ее обратно в топор превратить. Хотя, девчонка ладная, может, не торопиться?
— А что это за мужик с тобой? — подозрительно поинтересовался он.
— А ты и его не узнал? — поразилась Томагавка. — Лониэля помнишь?
Лониэля Боресвет помнил прекрасно. Только вот опознать гибкого белокурого эльфа в этом мужике брюнетного вида оказалось ему не под силу.
— Братан, что с тобой жизнь-то сделала, а? — всхлипнул он от избытка чувств.
— Парик надела, — раздраженно бросил эльф. — Замаскирован я, понятно? Не забыли еще, как синерясые в Ледании к эльфам относятся?
