— Простите, — прорычал он. — Я не хотел…
— Ничего страшного, — вежливо ответила Эйра. Показала Тингору, что больше не нуждается в его помощи, и чрезмерно близко подошла к зверю, подметая пол длинным тяжелым подолом теплого платья. Воин громко засопел от такого проявления бездумной смелости, но возражать на этот раз не решился.
— А ты молодец, — прошептала Высочайшая. Безбоязненно положила руку на голову зверя, пробежалась пальцами по густой жесткой шерсти. — Ты меня приятно удивил. Скажи, как это — колдовать в теле перекидыша?
— Это… иначе, — лаконично отозвался Нор. — Тяжело объяснить…
— Высочайшая. — Ронни поспешил вмешаться в разговор, увидев, что Эйра желает продолжить расспросы. — Мне сдается, что мальчику очень нелегко разговаривать, будучи в теле зверя. Быть может, сначала позволим ему сменить облик?
— Ах да, конечно. — Эйра смущенно пожала плечами. — Я как-то об этом не подумала. Полагаю, мне вновь стоит отвернуться?
— Да, — обронил перекидыш. — Прошу.
Высочайшая лукаво улыбнулась своим мыслям, словно напроказившая девчонка. Повернулась спиной к зверю и неторопливо отправилась к креслу.
Тингор чуть слышно выдохнул с нескрываемым облегчением. Наверняка те недолгие минуты, которое его хозяйка провела рядом со зверем, ему показались вечностью.
Обратное превращение не заняло у Нора много времени. Эйра не успела сделать и пару шагов, как зверь исчез, сменившись растрепанным и очень растерянным Нором.
Тот сразу же кинулся за своей одеждой. Моментально натянул на себя штаны и рубашку и лишь тогда позволил себе перевести дух, покосившись в сторону Высочайшей. Та как раз успела дойти до кресла и сесть в него.
— Итак, — проговорила она, с интересом разглядывая бледное лицо младшей гончей. — Надеюсь, теперь ты сможешь ответить на мой вопрос. Легче или сложнее колдовать в теле зверя?
— Это тяжело объяснить, — уклончиво сказал он. — Перекидыш не мыслит как человек. Он видит окружающий мир красками и запахами. Для него нет понятий «плохо» или «хорошо». Есть только «опасно» и «можно». Когда призываешь магию, ты не контролируешь себя. Не знаешь, сколько вкладываешь в заклинание сил. Ты просто видишь перед собой цель и хочешь, чтобы она исчезла.
— Интересно, как выглядела бы в исполнении перекидыша целебная магия? — задумчиво протянул Ронни.
— Надеюсь, мне не надо будет вновь превращаться, чтобы вы получили ответ на этот вопрос? — Нор несколько измученно улыбнулся. — Честное слово, я бы сейчас с гораздо большим удовольствием съел что-нибудь. Давненько таким голодным не был.
— Бедный мальчик, — протянула Эйра, с сочувствием кривя тонкие губы. — Тингор отведет тебя на кухню. Думаю, для гостя Высочайшей там найдут что-нибудь в столь неурочный час. После трапезы возвращайся. Мы как раз все подготовим для ритуала.
Нор вежливо поклонился и вышел в сопровождении воина, который только теперь убрал руку с перевязи. В просторном помещении с тихим хлопком погасло большинство огней, исключая лишь небольшой кусочек пространства около кресла Высочайшей. Казалось, будто в углах зала тотчас же ожила тьма. Беспокойно заворочалась, завздыхала, клубясь чернильным мраком за пределами освещенного круга.
— Значит, ты сделала свой выбор, Высочайшая? — спросил Ронни, едва за Тингором и его спутником закрылась дверь. — Не пожалеешь? Нор мало похож на будущего хозяина рода Младшей Богини.
— Вот как? — Эйра язвительно изогнула тонкую бровь. — Если ты так считаешь, то почему спровоцировал мальчика на превращение? И Далион тебе помог в этом, кстати. Зачем? Вы же прекрасно понимали, какое решение я тогда приму.
— Почему спровоцировал? — Ронни пожал плечами. — Потому что теперь наша затея превращается из самоубийственной в просто опасную, но выполнимую. Ты права, в последний день весны Нору придется столкнуться с императором лицом к лицу. Вряд ли мы сумеем пробраться незамеченными в зал, где будет проходить ритуал, и помочь ему. Один перекидыш против Дэмиена — ничто, пустое место. Перекидыш с силой Высочайшего — уже что-то. И потом, сдается мне, Далион сам не в восторге занять твое место. Так ведь?
Неожиданный вопрос застал старшую гончую врасплох. Мужчина растерянно кашлянул, но все же глухо ответил, решив быть честным до конца:
— Да. Я не хочу становиться Высочайшим.
— Почему? — В глазах Эйры впервые промелькнуло любопытство. — Насколько я поняла, на Запретных Островах ты был старшей гончей. Наверняка уже привык к власти и повиновению подчиненных. Неужели можно по доброй воле отказаться от этого? Или желаешь в случае удачного окончания дела вернуться на Острова? Ведь в империи ты никто.
— Если боги будут милостивы к нам и нашей задумке, то я хотел бы найти себе тихий и спокойный уголок где-нибудь на окраине Рокнара, — тихо признался Далион. — Где люди добры и приветливы, а солнце особенно ярко светит в безоблачном небе.
— Где люди добры и приветливы, а солнце особенно ярко светит в безоблачном небе. Где так легко прожить всю жизнь бок о бок с любимым человеком…
— А ты уверен, что Эвелина согласится на такую судьбу? — Эйра хрипло рассмеялась. — Ты, верно, сошел с ума! Моя внучка не предназначена для подобной жизни. Она должна стать матерью величайшего ребенка на свете. Ребенка, который завоюет весь мир. А ты хочешь предложить ей прозябание в какой-то деревне, из которой она с таким трудом в свое время выбралась.
Слова Высочайшей заставили Далиона поморщиться. Они диссонансом ворвались в радужную картину, нарисованную неуемным воображением. Сердце кольнула тупая игла дурного предчувствия. Что, если Эйра права? Если Эвелина лишь рассмеется в ответ на его предложение? Она все детство провела на Лазури — маленьком архипелаге, так напоминающем место из его мечтаний. Тогда ей пришлось весьма и весьма нелегко. Захочет ли она жить там, где все будет напоминать о несчастливом детстве? Но даже не это главный вопрос. Удастся ли им обмануть пророчество? Согласятся ли боги оставить Эвелину в покое, или вновь попытаются заставить участвовать в играх по их правилам?
— Ты слишком далеко заглядываешь, — внезапно пришел на помощь товарищу Ронни. — Давай решать проблемы по мере поступления. Скоро вернется Нор. Пока его нет, я хочу обсудить другую проблему. Райя.
— Райя? — удивленно переспросила Эйра. — А что с ней не так? Или на самом деле она отсутствовала здесь по причинам более важным, чем обычная головная боль?
— Она беременна, — сухо проговорил Ронни. — От мальчишки. Удалец оказался весьма скор в деле продолжения рода.
— И что? — достаточно равнодушно поинтересовалась Высочайшая. — Печально, конечно, что столь умная и способная девочка не знает элементарных мер предохранения. Но всегда есть и более радикальные способы. Конечно, Райе несколько дней придется провести в кровати, но все лучше, чем плодить нежеланных детей.
— Я думаю, ни Нор, ни Райя не пойдут на подобный шаг. — Ронни холодно усмехнулся. — У меня нет никаких сомнений, что Нор хочет появления ребенка на свет. Уж слишком близко к сердцу он воспринял слова о возможной угрозе подруге со стороны перекидыша. И тут перед нами встает одна очень неприятная проблема.
— Какая? — Эйра презрительно скривила губы. — Что будущий Высочайший моего рода был настолько нечистоплотен, что завел на стороне сомнительную интрижку? Это немыслимый позор — иметь незаконнорожденного ребенка! Особенно наместнику бога на земле!
