— Благодарствую, однако, землячок…
Соловей так же свысока сунул Илье свою лапищу, развернулся и зашагал в лес. По его спине, однако, было хорошо заметно, что внимание Ильи ему польстило. Местные сельчане и дружинники минуту-две оторопело глядели ему вслед, затем спохватились и, похватав дубье и колья, бросились следом.
— Уйдет,- хмыкнул Алеша.- Не впервой гаду.
Кузнецов небрежно бросил вещмешок на дощатую платформу карусели и слегка просел на правую ногу- на плечо его легла тяжелая рука Ильи.
— Слышь, Колян, не обижайся, ты, конечно, мужик свойский, но, если ты еще хоть раз Сивку в свои оперативные игры втянешь, я тебе ноги выдерну. У Бурки моего тридцать девять задержаний на девяти пространственно-временных порубежьях. Он у меня таких гоблинов… гм-м, топтал, что тебе еще двести лет до него ветеранить… Понял?
Кузнецов молча кивнул и кинул взгляд на безмятежно пасущегося поодаль Бурку. Конь недовольно фыркнул, коротко и ехидно заржал, нагловато подмигнул Кузнецову лиловым глазом и растворился в репейнике.
— А вообще-то ты, Колян, молоток, есть хватка. Будет из тебя толк. Научу я тебя рубить супостата по-македонски, поднаберешься опыта, и цены тебе не будет. Реальность эта заштатная нам вообще-то и не нужна была, да только комиссар наш просил тебя в деле пощупать. Таперича, однако, мы тут — будь покоен — закрепимся, да и разгулов-затрапезников осадить стоило. Опять же над ушкуйниками нашими лукоморскими контроль тут надобен.
Карусель скрипнула, и над безмятежной речкой Смородиной поплыли знакомые слова песни «То не грозное небо хмурится, не сверкают в степи клинки…».
Илья довольно хмыкнул. Выпрыгнувшая из реки русалка легко сделала над Калиновым мостом в воздухе безукоризненный кульбит, махнула дружинникам рукой и без всплеска вошла в воду.
«Десять баллов!» — вздохнул Попович, оценивая опытным взглядом то ли прыжок блондинки, то ли ее бюст, и привычно прикрыл глаза. Ярмарочные карусели он ненавидел с детства. От монотонного кружения на одном месте и пестрой лубочной росписи Алешу, как правило, тошнило.
Глава 3
ТАИНСТВЕННЫЙ ОСТРОВ
— …А потом они поймали господина Соловья в мэрии, где товарищи Попович и Никитич держали его за руки, а товарищ Муромец прилюдно выбил ему вставные золотые зубы. Счет от дантиста нам уже поступил. Так что товарищеский суд гражданину Муромцу на этот раз обеспечен. И никакие прежние заслуги, Илья Тимофеевич, вам не помогут… Трое суток домашнего ареста всем троим. Так. Закончу хорошей новостью.- Командир резко повеселел и, ласково прищурившись, обвел взглядом враз насторожившиеся лица.
В штабной палате, расписанной суровыми ликами ветеранов а-ля палех, моментально установилась кладбищенская тишина.
— Ну-с, орлы… Или никому не интересно, что за праздник пришел на нашу улицу?
Ответом было злобное молчание. Наученные горьким опытом предыдущих совещаний, все знали, что хорошие новости были глобальным и законченным свинством, которое им обычно пытались преподнести в наиболее удобоваримом виде.
— Итак, господа и товарищи, нам ввели новую штатную единицу — командующий военно-морскими силами.
— Бегущий по волнам,- донеслось из угла палаты.
— Кто-то хочет дать развернутый комментарий на гауптвахте? — поинтересовался начальник отряда.
Желающих не нашлось.
— Какие будут предложения? Естественно, конструктивные,- уточнил командир.- Или вы сговорились в молчанку играть? Я же не с потолка взял эту должность. Это приказ.
С этими словами начальник отряда выразительно кивнул на потолок, а потом зачем-то заглянул под стол.
— А зачем нам отдел военно-речных сил? — спросил вольный сын казахского народа Батырбек.
— Военно-морских сил,- поправил командир.- И я очень рад, что хоть кто-то радеет за общее дело. Будем считать вашу кандидатуру утвержденной. Спасибо, Батыр, что вызвались добровольцем. Начальника штаба попрошу оформить приказ по отряду и довести до всего личного состава.
— Православные! Что творится-то? — неожиданно для всех истошно запричитал вольный сын степей.- Грех на душу берете! Не простится вам…
После этих необдуманных слов неотвратимо, как цены на горючее, из-за стола стал подниматься насупленный Малюта.
— Воздержитесь, товарищ Скуратов,- строго осадил командир маэстро заплечных дел.- Не надо братоубийства.
— Не брат он мне… — хрипло выдохнул Скуратов.
— Я не умею плавать, не умею эта… ходить под парусом,- канючил Батыр.- Я в степи вырос, кумысом вспоен, верблюжьей колючкой вскормлен.
— Жизнь научит. Да и мы поможем, не так ли, товарищи? Навалимся всем миром,- приободрил новоиспеченного флотоводца Задов.
— Не надо наваливаться, лучше отправьте на передовую,- выл Батыр.- Знаем мы вашу помощь. Костей потом не соберешь.
— Отправим, отправим. Даже не сомневайтесь. Всему свое время. Кстати о парусе… Он вам, пожалуй, не понадобится, как и прочий такелаж.
— Знаем мы вашу помощь. Костей потом не соберешь.
— Отправим, отправим. Даже не сомневайтесь. Всему свое время. Кстати о парусе… Он вам, пожалуй, не понадобится, как и прочий такелаж. Отдел снабжения подберет что-нибудь понадежнее. На дне достаточно раритетов.
— «Титаник» сгодится,- донесся из дальнего угла озвученный знакомым голосом доброжелательный совет.
— Да кто ж там не угомонится-то! — в сердцах бросил командир.- Все. От имени и по поручению поздравляю нашего начвоенмора с высоким назначением. Даже не сомневаюсь, что он справится. Свободны, орлы. А вас, товарищ Скуратов, я попрошу остаться.
Первым из штабного зала вышел Батырбек. Он демонстративно попытался хлопнуть дверью.
Но во всем нужна практика. А так как в юртах вместо дверей только полог, то для Батыра демонстрация обернулась унижением. Он пребольно прищемил себе пальцы и теперь остервенело дул на них, раздумывая, не взять ли больничный лист. За обозленным военмором, весело переговариваясь, потянулись остальные. Более всего народ недоумевал по поводу будущего нового транспортного средства. В конце концов все решили, что карусель собираются поставить на давно обещанную профилактику.
* * *
— Докладывайте!
Малюта Скуратов вытащил из планшета карту океана, испещренную крестами и знаками вопроса, и расстелил ее перед командиром. Начальник контрразведки не отличался особым красноречием, справедливо полагая, что специфика службы придает его словам особый вес.
— Так что подобрали для нашего Батыра-морехода?- обеспокоился командир и внимательно посмотрел на Малюту.- Имейте в виду, пока нам ни черта не ясно. Задание на острове Буян из серии «поди туда, не знаю куда». Точных координат мы не знаем. Остров видели те, кто в четверг после дождя двигался курсом на свист раков. Упоминают еще какие-то Стеклянные рифы.
— Что от нас-то надо? — мрачно поинтересовался Малюта, с младых ногтей не выносивший туманные намеки.
— Задача-миниум — высадить десант. Он будет действовать на месте по обстановке. Более конкретного ничего нет. Реальность эта нетронутая. Видели остров считаные единицы. Единственным, кто осмелился высадиться на нем, был какой-то поморский рыбак Ивашко Дуйдоветру. Он-то и оставил известный вам берестяной мемуар о Стеклянных рифах.
— До рифов еще добраться надо,- веско заметил Малюта.
