— А вы давно в этом городе?
— Я родилась в этом городе, — сказала женщина. — Или ты имеешь ввиду, давно ли я знаю? Давно, — она жарко прошептала Анастасии в ухо. — Так давно, что никаких секретов от меня уже не скрывают. Ну никаких. Сказать?
— Скажи, — тоже шепотом ответила Анастасия.
— Глупости все это — насчет веков. Веков не осталось. Остались недели, считанные. Видела прибой? Нет? Что же ты так, неужели не интересно? Ну, все равно, дело твое. Считанные недели остались, знаю совершенно точно. Жуткое будет зрелище, как подумаешь, что пришлось бы его с земли наблюдать…
Она бормотала что?то непонятное уже, бессмысленное. Анастасия не слушала. Кажется, достаточно и того, что услышала. Странное дело — удивительно легко, без малейших усилий и натяжек эта пьяная болтовня сочетается с тем, что уже известно. Совпадение? Чересчур зловещее совпадение… Ее мягко тронули за плечо. Ярл стоял над ней:
— Пойдем.
Анастасия поднялась, деликатно отстранив руки женщины, лепетавшей что?то в пьяном умилении.
Они прошли еще через несколько комнат, где никто не обращал на них внимания, остановились перед закрытой дверью.
— Сюда, — сказал Ярл.
Но сам остался снаружи. Анастасия помедлила, однако в распахнувшейся двери увидела самую обычную комнату и человека в кресле — одного. На ловушку это никак не походило. И она решительно переступила низкий порог. Дверь тихо затворилась за ее спиной.
— Садись, пожалуйста, — сказал человек.
Анастасия села напротив него, положила ногу на ногу, покачивая носком сапожка, переплела пальцы на колене и откровенно разглядывала хозяина, Человек тоже был не такой.
В одежде балтов, но не похож на них. И волосы, короткие, с первой сединой, подстрижены чуточку не так, и цвет лица иной, оно не столь бледное, как у живших под землей балтов. И выражение лица другое, и черты, даже ногти на руках как?то не так подстрижены, даже поза, и часы на руке очень похожи на часы Капитана… Обострившимся, почти звериным чутьем Анастасия понимала — этот другой. Он не отсюда. На миг ее даже покинула уверенность в себе, на миг, не более.
— Неплохо для девочки, еще вчера игравшей с мечами и гербами, — усмехнулся он. И выговор у него другой.
— Ты о чем? — спросила Анастасия. Он улыбнулся и протянул ей бокал с рубиновой жидкостью:
— Ты хорошо держишься.
Или уже знаешь кое?что?
— Ничего я не знаю. — Анастасия приняла бокал. — Просто я не падаю в обморок при виде чудес. Я их насмотрелась по дороге, когда ехала сюда.
— Из Империи?
— Из Империи.
— Серьезное путешествие. Хочешь о чем?нибудь спросить?
— Я и так знаю, что услышу, — сказала Анастасия. — Что это чересчур для меня сложно. Все почему?то повадились называть меня прекрасной дикаркой.
— Но ты и в самом деле прекрасна. И в самом деле в какой?то степени дикарка. Дикарка по сравнению с теми, кто жил до… неважно, как это назвать. Жил до.
— Я глупее? Более жестока? Более зла? Или у вас дикарем человек считается только потому, что с детства не видел вот этих штук? — она указала в угол, где стояло что?то блестящее, непонятное, все в прозрачных цветных колпачках и прозрачных окошечках.
— Не сердись.
— Я и не сержусь, — сказала Анастасия сердито, отпила из бокала почти до дна и пожалела — было еще крепче, чем вино Ярла, она даже поперхнулась. — Просто слишком многие хотят мной играть, как вещью.
— Прекрасной вещью, — мягко поправил он. — И умной, — тут же поторопился добавить. — А это — нечто иное. Такую вещь берегут. Прости… Я просто неудачно пошутил. Не умею шутить.
— Это сразу заметно.
— Девочка, втяни коготки. У меня не было намерений тебя оскорбить. Я не стал бы тебя приглашать только за этим.
— Понятно, — сказала Анастасия.
— Да нет, не совсем понятно, прелестная моя Анастасия.
— Вот только не ваша. Своя.
— Ну хорошо. — Он с видом крайнего добродушия поднял ладонь. — Каюсь, я и в самом деле, услышав, что в наши края прибыла некая прелестная синеглазая княжна, велел привести тебя сюда. И мысли у меня были самые недвусмысленные. Признаюсь, они такими и остались. Но теперь я вижу, что ты не просто красивая игрушка. Ты умна. И это меня отнюдь не удручает. Наоборот, радует. Глупенькие игрушки скоро надоедают, их слишком много. А умная подруга, чей ум стоит развивать — вещь ценная.
— Все?таки вещь?
— Прости, оговорился. Знаешь, когда можешь из этого кресла управлять судьбами мира и его обитателей, начинаешь немножко… чувствовать под собой Олимп, что ли.. Ты знаешь, что такое Олимп?
— Не знаю, — сказала Анастасия.
— Неважно. Узнаешь потом. Как видишь, я хочу быть с тобой предельно откровенным. Ты мне понравилась. Сразу. А когда оказалось, что ты еще и неглупа… — он упругим кошачьим движением встал, сделал два шага и остановился над ней, положил ей руки на плечи. Анастасия напряглась. — Не бойся. Силой я от тебя ничего не буду добиваться. С тобой так не стоит. Ты достойна лучшего.
— Это и есть предложение руки и сердца?
— Вот именно. Руки и сердца бога. Анастасия подняла голову, посмотрела в его массивное властное лицо, усмехнулась:
— Везет мне на сумасшедших богов…
— Что?
— Так, шутка, — сказала она с улыбкой.
— Я не сумасшедший. И не бог. Но мощью располагаю большой. И знаниями тоже. И вдобавок, мне очень не хочется, чтобы ты погибла со всем этим миром. Может быть, ты не поверишь или не поймешь, но на этот мир надвигается страшная катастрофа.
— Я знаю. Луна падает, — сказала Анастасия.
— Ого! Какие?нибудь местные звездочеты?
— Да, — сказала Анастасия. — Это великая тайна жрецов.
— А ты представляешь, как это будет выглядеть?
— Это будет что?то жуткое, — сказала Анастасия.
— Не то слово. Из жалких обломков того, что останется, нормальную жизнь построить удастся не скоро. И произойдет это через несколько недель. Считанные недели. Ты же не хочешь остаться здесь, когда на земле начнется ад кромешный? — он проницательно глянул на нее. — Наверняка ты, прознав о жреческих тайнах, отправилась искать спасения, ты же умна…
— Да, — сказала Анастасия. — Но где же я могу спастись?
— В небесах. Это долго объяснять… Словом, в небе тоже живут люди. В таких… летающих городах. Люди, которых после гибели мира не коснулось пятьсот лет назад то, что внизу получило название Мрака и Хаоса. И живут эти люди так, что ты себе и представить не можешь. Владеют знаниями, о которых ты и понятия не имеешь. Но тоже можешь ими овладеть.
Плывущие Звезды? — чуть не выпалила Анастасия, но вовремя сдержалась, не стоит выглядеть чересчур уж умной. Хороший игрок никогда не выложит все козыри сразу, нужно приберечь что?то для себя, на потом… В нем чувствовалась недюжинная сила ума, соединенная с неизвестными ей знаниями, и Анастасия не решилась затевать какую?нибудь рискованную игру. Самое разумное, что можно и нужно сделать — выбраться отсюда поскорее и посоветоваться с Капитаном. Вот если бы взять этого типа в плен… Но даже если она его благополучно оглушит, как доставит в шатер, как минет стражников у ворот подземного города? Как по улицам протащит? Нелепо…
— Прекрасно, — сказала Анастасия. — Значит, ты меня покупаешь. Только не золотом — спасением. А все остальные люди, на этой земле живущие?
— Всем не хватит места там, у нас. И большинство из них — тупое стадо. А менять решение и все же отбрасывать Луну… — Он резко оборвал речь. — Не говори глупостей. Вовсе я тебя не покупаю. Неужели ты думаешь, что я тебя брошу здесь, если ты откажешься? Вот уж нет. Ты мне нужна. Я тебя спасу, хочешь ты этого или нет, Анастасия, — он усмехнулся. — Потому что второй такой можно и не встретить, и не стоит рисковать… Но мне почему?то кажется, что ты будешь умницей. То, что ты увидела в этом доме — мелочи: Помещение для слуг. Есть чудеса, которых ты себе и представить не можешь.
