Пол не назовешь особенно грязным — прихвостни за этим следят. Вчера управляющий велел им оставить пока что тронный зал в покое, но сколько там успело запачкаться за один день?
Другое дело — стены. Следуя традициям, их никто не трогает, позволяя свободно копиться пыли, грязи и копоти. Кроме магических светильников тронный зал освещают и простые смоляные факелы — а от них чад, от них дым. Местами видны следы засохшей крови — свидетельства битв славных героев и Темного Властелина. Кое-где их пересекают потеки окаменевших экскрементов — когда-то под этим потолком жила целая стая летучих мышей. Да и лорд Фекалий пару-тройку раз украшал стены своими чудесами — украдкой, когда никто не видел.
— Это война, — решительно сказала Дарен, надевая на лицо повязку. — Войн без грязи не бывает. Нельзя победить, если боишься запачкаться.
Ньенна молча намочила губку. Она не собиралась уступать сопернице.
Бельзедор зажег Всевидящее Око. Поискав немного, он наткнулся на концерт Машрута Рёка — одного из лучших певцов в мире, по неизвестной причине всегда выступающего в маске. Божественный голос мгновенно заполнил помещение — Бельзедор откинулся на троне, отхлебнул из бокала с «Жидким Злом» и принялся с любопытством наблюдать за уборкой.
Дело у принцесс продвигалось медленно. Им катастрофически не хватало опыта. Дарен орудовала шваброй, как двуручным мечом, постоянно обо что-то задевая. Ньенна держала влажную губку двумя пальчиками, страдальчески ойкая каждый раз, когда брызги попадали на кожу.
Специально для них прихвостни расставили на столах грязную посуду, развесили на спинках стульев грязную одежду. Бедные девушки не один час мыли, скребли, стирали и чистили, добиваясь везде абсолютного блеска.
В конце концов осталось только вынести мусор. Его набралось аж два увесистых мешка. Принцессы взялись каждая за свой и с пыхтением поволокли их к выходу.
Дарен сразу вырвалась вперед. Ньенна, в жизни не поднимавшая ничего тяжелого, чуть не плакала, пытаясь догнать эту помешанную на оружии мужланку. Однако получалось у нее плохо.
Через несколько минут Дарен совсем скрылась из виду. Тяжело дышащая Ньенна остановилась и выпрямилась. Она ужасно устала и сильно сомневалась, что у нее хватит сил добраться до места назначения.
Тут из-за поворота послышались размеренные бухающие шаги. Ньенна обрадованно улыбнулась — она сразу узнала эту походку.
— Господин Проглот! — воскликнула она.
— Мир вам, господин Проглот!
— И тебе мир, худая человеческая женщина, — степенно ответило чудовище, проходя мимо.
— Подождите, господин Проглот! Вы ведь можете съесть все что угодно?
— Конечно.
— А можете съесть вот этот мешок?
— Клади мне его в рот, — распахнул громадную пасть Черный Пожиратель.
Ньенна с пыхтением попыталась приподнять свой мешок, но тот даже не шевельнулся. Принцесса растерянно посмотрела на Проглота, однако тот уже и сам догадался, что попросил о невозможном. В воздухе промелькнул страшный язык, заставив Ньенну испуганно вздрогнуть, и мешок бесследно исчез.
— Странный вкус, — задумчиво произнес Проглот. — Что там было?
— Мусор, — виновато ответила Ньенна.
— Он совсем не питательный. У тебя есть еще?
— Пока нет. Но когда будет, я обязательно вам принесу.
— Не забудь.
Когда Дарен вернулась в тронный зал и узнала, что Ньенна вынесла мусор быстрее, то позеленела от злости. Сама-то она честно тащилась до ближайшего моста, а там уже швырнула мешок в огненную пропасть.
Бельзедор долго совещался с приспешниками, решая, кому присудить победу в первом туре. Выбор был трудным — несмотря на приложенные старания, обе принцессы справились с заданием из рук вон плохо. Ни в одном доме не взяли бы на работу столь неумелых горничных.
В конце концов Бельзедор записал что-то у себя в блокноте и предложил переходить ко второму туру. Оценок он объявлять не стал, пообещав сообщить результаты в самом конце.
Второй частью конкурса оказалась готовка. Пока Бельзедор и остальные ожидали в тронном зале, управляющий проводил принцесс на поварню, показал им, где что лежит, и попросил приготовить какое-нибудь кушанье. Любое, по собственному выбору. Победит та участница, чье блюдо больше понравится лорду Бельзедору.
Принцессы растерянно переглянулись. Им никогда в жизни не доводилось стряпать. Ньенна умела только заваривать и подавать чай — это входит в курс воспитания благородной шевларийской девицы.
Дарен не умела даже этого.
— Ты что собираешься готовить? — как бы невзначай спросила Дарен.
— Не знаю… — удрученно ответила Ньенна. — А ты что?
— Не скажу.
На время конкурса все повара, кухарки и даже посудомойки удалились, оставив принцесс одних. Громадная поварня Цитадели Зла предоставляла участницам любые продукты и утварь. Даже нгелтианский Король Поваров не побрезговал бы кашеварить в таком месте.
Дарен вспоминала все блюда, которые видела в жизни, пытаясь решить, какое из них легче всего приготовить. Наконец ей вспомнился любимый завтрак отца — вкусня. Действительно очень простая штука — жарится яичница из трех яиц, и туда добавляются маленькие кусочки белого хлеба, предварительно размоченного в молоке и слегка обжаренного в масле.
Как-то раз в детстве Дарен уже пробовала ее приготовить — правда, большую часть работы сделала дворцовая повариха, но тем не менее вкусня удалась на славу. Помнится, папа съел все без остатка и даже похвалил. А если этим кушаньем остался доволен гарийский император, оно непременно понравится и Темному Властелину.
Глядя, как Дарен режет хлеб, Ньенна изо всех сил старалась тоже что-нибудь придумать. Однако кулинария никогда не была ее сильным местом, и на ум ничего не приходило.
Однако кулинария никогда не была ее сильным местом, и на ум ничего не приходило. Она могла только приготовить чай со сладостями и закусками… а почему бы и нет?
Определившись с целью, Ньенна запорхала между шкафов, ларей и морозильных сундуков. Она быстро нашла превосходный желтый чай из родной Шевларии, нашла сахар, печенье, пахлаву, леденцы, мармелад и безмерное количество других сладостей. Также она сноровисто наделала множество крошечных бутербродиков на один укус и умело вскипятила воду в чистого золота самоваре.
Дарен тем временем жарила яичницу. Она не стала возиться с разведением огня, просто воспользовавшись жаркамнем — их на поварне был целый ящик. Этот удивительный минерал Ильдланда обладает свойством нагревать все вокруг себя с необычайной силой, что делает его превосходной заменой печам и грелкам. Никто не знает, откуда муспеллы достают жаркамни, равно как никто не знает, где хримтурсы берут хладкамни, — видимо, некое тайное волшебство.
Ньенна вскипятила воду тоже с помощью жаркамня. Она положила в самовар всего один, совсем крошечный, но этого вполне хватило.
Дарен беспокойно поглядывала в сторону соперницы. Ее первая яичница получилась крайне неудачной — попробовав крохотный кусочек и содрогнувшись всем телом, принцесса втихаря соскребла ее со сковороды и выбросила в помойную трубу. Этот широкий каменный рукав вел в огромное помещение под поварней, кишмя кишащее гулями — кто-кто, а эти создания всегда находили применение объедкам.
Однако яичницу Дарен они есть отказались. Та с минуту недоверчиво смотрела, как гули один за другим подходят к странному месиву, придирчиво обнюхивают его, морщатся и отбегают в сторону, не желая даже попробовать.
