Следом потянулись обычные ходоки. Тут были жалобщики и просители, были прожектеры всех мастей, были замаскированные убийцы — за время аудиенции случилось три покушения, причем одно даже оказалось успешным. Восстав из пепла, Бельзедор уважительно кивнул растерянному убийце и предложил ему место в своей гвардии.
Последним был довольно странный субъект в фиолетовом балахоне и дикого вида шляпе — явно сшитой собственноручно. Он назвался первосвященником церкви Темного Властелина — правда, тут же оговорился, что, кроме него, в этой церкви нет ни души. Бельзедор с большим удивлением понял, что этот тип поклоняется ему как божеству — причем делает это с немалым рвением.
— Нам нужно возродить былые традиции, Властелин! — брызгал слюной и сверкал глазами первосвященник. — Культ! Культ Властелина! Нужно построить храмы по всему миру! Как можно больше кровавых жертв!
— Былые традиции?.. — повернулся к управляющему Бельзедор. — У меня что, раньше уже был культ?
— Был когда-то, — спокойно ответил управляющий. — Но потом, увы, заглох и зачах.
— Почему?
— Ну, он вообще просуществовал не очень долго. Вы… простите мою дерзость, но вы тогда чуточку перебарщивали с жертвоприношениями, Властелин. Причем в жертву приносили не кого-нибудь, а собственных жрецов. Самые пылкие фанатики со временем просто закончились, а более умеренные решили, что больше любят жить, чем вас, и разбежались. Так культ и заглох.
— И я хочу его возродить! — выкрикнул первосвященник, падая на колени и подползая к трону. — Я всю жизнь тайно служил требы Тебе, о Властелин! Молю, позволь мне насладиться Твоим ликом! Молю, позволь мне прильнуть к Твоим стопам! М-ма!..
— Эй, он мне сапог обмуслякал! — выдернул ногу Бельзедор. — Уберите его!
— Прикажете принести его в жертву? — с готовностью предложил управляющий.
— Не отвергай меня, о Властелин! — взмолился первосвященник, дико вращая глазами. — Дай мне присягнуть тебе!
— Хорошо, — смилостивился Бельзедор. — Ты поцелуешь под хвост моего кота. Так ты присягнешь мне на верность.
Леонард и первосвященник приняли это с равным смирением.
Глава 22
Дверь камеры люкс тихонько скрипнула, выпуская в коридор двух девушек. Дарен держала в руках кракемарт, а Ньенна дрожала у нее за спиной. Ей было страшно выходить из комнаты, но еще страшнее — оставаться там одной, без новой подруги.
— А замок они так и не починили, — задумчиво произнесла Дарен. — Своих слуг я бы за это высекла.
— Зато нас никто не охраняет… — пискнула Ньенна.
— А смысл нас охранять? Как будто мы можем куда-то сбежать. Ты вообще знаешь, сколько от Империи Зла до твоей Шевларии?
— Не знаю. Сколько?
— Я тоже не знаю. Но до Гарии — двадцать пять тысяч вспашек. А от Гарии до Шевларии — сорок тысяч.
— Откуда ты знаешь?
— Измеряла в атласе. Циркулем.
У Ньенны хватило такта не спрашивать, зачем Дарен понадобилось узнавать расстояние между Гарией и другими странами. Она просто засеменила следом за подругой — та шла решительно и уверенно, словно по собственному палисаднику.
Однако на самом деле Дарен понятия не имела, куда идти. Вчера она лишь по счастливой случайности набрела на тронный зал — и совсем не была уверена, что сумеет это повторить. Да еще все прихвостни, как нарочно, куда-то запропастились. Пару раз вдалеке мелькали силуэты, но они исчезали, стоило подойти поближе.
Принцессы встретили лишь одного уборщика — татуированного ямстока с собачьей костью в носу. К сожалению, он говорил только на билетанди, а на парифатском знал всего три слова — «привет», «мясо» и «Властелин». Их он и сказал напуганным принцессам — отчего те, естественно, напугались еще сильнее.
Удирая от растерявшегося уборщика, который и не помышлял за ними гнаться, Дарен и Ньенна забрели в совсем уж далекие закоулки. Они прокрались по кладовой, полной глиняных табличек с древними письменами, прошли через оранжерею, полную шевелящихся синих цветов, растущих прямо из пола, и оказались в длинном темном зале, вдоль стен которого высились прямоугольные каменные постаменты. На каждом лежало покрытое чешуей чудовище — клыкастое, когтистое, с парой коротких крыльев и задранным хвостом.
Все они крепко спали.
Даже Дарен при виде этого зрелища опешила. Но потом собрала в кулак всю храбрость и на цыпочках зашагала вперед, тяня за собой Ньенну.
— Я боюсь!.. — прошептала та. — Может, не надо?..
— Трусиха, — дрожащим голосом ответила Дарен. — Иди за мной и не бойся.
— А если они проснутся?..
— Убежим.
Принцессы шагали предельно тихо, едва касаясь пола подошвами. Кажется, их сердца стучали громче, чем туфли. Ньенна не отпускала рукав Дарен, а та в свою очередь держала ладонь на рукояти кракемарта.
А потом Дарен вдруг чихнула. Зал оказался ужасно пыльным.
Принцессы в ужасе замерли. Ближайшее к ним чудовище медленно открыло глаза и уставилось на двух перепуганных девушек. Какую-то секунду оно лежало неподвижно, а затем… широко зевнуло и спросило:
— Вам кого?
— Мы… мы ищем лорда Бельзедора! — тоненько пискнула Ньенна.
— Прямо по коридору, потом налево и по лестнице, — указало лапой чудовище. — А там спросите.
— Спа… спасибо!
— Обращайтесь, — кивнуло чудовище, снова закрывая глаза.
Следуя указаниям, Дарен и Ньенна благополучно добрались до тронного зала. Однако их задержали в приемной — Темный Властелин принимал посетителей.
Однако их задержали в приемной — Темный Властелин принимал посетителей.
Робея и смущаясь, принцессы уселись на краешке скамьи для ожидающих, стараясь держаться как можно дальше от ждущего аудиенции приспешника. И любой бы на их месте постарался держаться подальше от лорда Фекалия — вонь в приемной стояла такая, что можно было вешать топор. Ньенна достала откуда-то крошечный пузырек с розовым маслом и помазала себе под носом, а потом, увидев умоляющий взгляд Дарен, — и ей.
Лорд Фекалий приветливо улыбнулся юным принцессам. Дарен мысленно взмолилась, чтобы он не вздумал поцеловать ей руку.
— Кажется, с вами мы еще не знакомы, прелестная барышня, — сверкнул белоснежными зубами Фекалий. — Я лорд Фекалий из рода Компостов, всемирно известный специалист по дерьму и моче. Возможно, вы обо мне слышали?
— Я не слышала, — недружелюбно ответила Дарен. — А ты?
— Я тоже не слышала, — подтвердила Ньенна.
— Удивлен вашим незнанием, — огорчился Фекалий. — Неужели вы никогда не слышали гордую фамилию Компост?
— Никогда.
— Никогда.
— Странно. Клянусь Двадцатью Шестью, это довольно странно.
— А что, мы должны были о вас слышать? — скривила губы Дарен.
— Мой род довольно знаменит, знаете ли, — слегка обиженно ответил Фекалий. — Мой отец был знаменитым героем.
— Героем?.. — хмыкнула Дарен.
— О да! Не слышали? Прославленный по всему миру Человек-Говно! Он мог завонять любого злодея, он забрасывал какашками целые армии! Он всеми силами боролся со злом и везде вершил правосудие!
— Но почему же вы не пошли по его стопам, лорд Фекалий? — удивилась Ньенна.
— О, это довольно грустная история… — сокрушенно произнес Фекалий. — Несмотря на все благие намерения отца, люди все равно не любили его… Они зажимали носы при одном только его приближении. Они гнали его от себя и не желали, чтобы он их спасал. Однажды отец спас целый дилижанс с детьми и котятами, но дети бежали от него с плачем, а котята попытались закопать. Это было очень грустно и обидно. А окончательно отец разочаровался в избранной стезе после одного печального случая. Он пытался спасти девушку от разбойников, но вместо этого нечаянно погубил ее…
