Бельзедор опустил взгляд и обнаружил хозяйку покоев, прекрасную принцессу Дарен. Невысокую восемнадцатилетнюю девушку с округлыми плечами, широкими бедрами, высокой упругой грудью, несколько коротковатыми рыжими волосами, затянутыми в хвост, большими карими глазами, длинными ресницами, нежной кожей, ярко-красными губами, идеальной белизны зубами. Одета она была в простой охотничий камзол, а на лице чувствовался перебор с косметикой — довольно темной, нанесенной так, что это казалось боевой раскраской.
А еще принцесса держала шпагу, упирая ее прямо в живот Бельзедору.
— Могу ли я попросить не тыкать в меня этой штукой? — вежливо попросил тот, отводя кончик шпаги пальцем.
— Не можешь, — холодно ответила Дарен, возвращая ее на место. — Не знаю, кто ты такой, но иди на край, пока я не разозлилась.
— Э… мм… — смутился Бельзедор. — Хм… Я Темный Властелин вообще-то. Извините.
— Да мне-то какое дело, кто ты там такой? — ответила Дарен, не моргнув и глазом. — Немедленно убирайся из моей комнаты, или я тебя заколю.
— Меня невозможно убить. Еще раз извините.
— Не держи меня за страбара, гобло.
Какого кира тебе тут надо?
— Девица благородных кровей, а ругается, как пьяный орк, — покачал головой Бельзедор. — Ты точно принцесса?
— Отсоси у эльфа! — сверкнула глазами Дарен, делая резкий выпад.
Разумеется, шпага лишь звякнула о доспех. Дарен ткнула снова, потом в третий раз — все тщетно. Бельзедор спокойно стоял и смотрел, как его пытаются заколоть, в задумчивости размышляя, долго ли еще это будет продолжаться.
Упорства принцессе было не занимать. Она навалилась на рукоять всем телом и яростно запыхтела, давя что есть мочи.
— Если вы приложите еще немного усилий, ваше высочество, шпага обязательно сломается, — предупредил Бельзедор.
— Это лучшая хетавская сталь!..
И тут клинок со звоном переломился. Не удержав равновесия, Дарен подалась вперед, едва не клюнув Бельзедора носом, но тут же выпрямилась и растерянно уставилась на оставшийся в руке обломок.
— Ну вот, я же говорил, — пожал плечами Бельзедор.
Принцесса раздосадованно топнула ногой, отшвырнула сломанную шпагу и выхватила из-за пояса кинжал. Вполне убедившись в прочности доспехов Бельзедора, она ударила в неприкрытое место — горло. Точнее, попыталась ударить. Бельзедор возвышался над Дарен как башня — даже подняв руку, она едва дотянулась до его шеи. Нанести нормальный удар никак не получалось.
Снова топнув ногой, Дарен окинула взглядом комнату, метнулась к стоящему у тумбочки стулу, приволокла его к Бельзедору, взобралась и опять ударила кинжалом. Бельзедор все это время стоял недвижимо, с любопытством наблюдая за этим мельтешением.
Проткнуть голую кожу принцессе тоже не удалось. Дарен скрипела зубами, кряхтела, давя что есть мочи, однако кинжал пружинил, но не мог войти в шею. То же самое повторилось и с щекой, и с виском — за несколько секунд принцесса буквально истыкала лицо Бельзедора.
— Что у тебя с кожей? — обиженно спросила Дарен. — Она что, из железа?
— Не знаю, — виновато ответил Бельзедор. — Она всегда такая была.
Принцесса спрыгнула со стула, бросилась к стене с оружием и принялась снимать один клинок за другим. Она хватала очередную саблю или рапиру, подбегала к Бельзедору, безуспешно пыталась его убить — и мчалась обратно.
— Кажется, у меня где-то тут была алебарда… — пробормотала Дарен, когда поражение потерпел зазубренный ятаган.
— Может быть, достаточно? — попросил Бельзедор.
— Нет, я хочу еще попробовать!
— Ну ладно, последний раз. Вот, давайте я наклонюсь, чтобы вам было удобнее.
Дарен торжествующе ухмыльнулась, не без труда поднимая алебарду, и со всей силы шарахнула ею по шее Бельзедора. С тем же успехом она могла бы рубить наковальню — на коже цвета старой бронзы не осталось даже царапины.
После этого принцесса наконец угомонилась. Она уронила тяжелую алебарду и с печальным вздохом посмотрела на свои ладони. От всей этой кутерьмы кожа Дарен пострадала куда сильнее, чем Бельзедор.
— Не расстраивайтесь, ваше высочество, — попросил Бельзедор. — Обычное оружие меня не берет.
— А волшебное? — прищурилась Дарен.
— Волшебное берет. Но я все равно потом оживаю, так что это тоже бесполезно.
— Вот дерьмо.
— Вот дерьмо. Чтоб ты сдох.
— Боюсь, как раз это не получится.
— Поняла уже.
Устало плюхнувшись в кресло, принцесса въедливо прищурилась, разглядывая Бельзедора с головы до ног. Тот ответил чистым и спокойным взглядом.
— Говоришь, ты Темный Властелин? — уточнила Дарен. — Тот самый Темный Властелин, который правит Империей Зла?
— Я самый и есть, — кивнул Бельзедор.
— Надо же, — фыркнула Дарен. — Однако папочка уже совсем впал в маразм. Не думала, что он отправит ко мне самого лорда Бельзедора.
— Здесь какое-то недоразумение, ваше высочество. Я не знаком с вашим почтенным батюшкой, и он меня сюда не отправлял.
— Правда, что ли?
— Мне нет резона вам врать. А отчего вы вообще так подумали?
Дарен с сомнением посмотрела на Бельзедора, все еще не уверенная, что тот говорит правду. Но ей явно хотелось выплеснуть на кого-то раздражение, и она принялась громко чихвостить своего отца, славного императора Лерармео Девятого. Бельзедор внимательно слушал, выуживая из потока брани и обвинений полезные сведения.
Выяснилось, что принцесса Дарен — паршивая овца среди детей гарийского императора. Его самое большое разочарование в жизни. Ее старший брат — образцовый принц, отцовская гордость. Умен, благороден, храбр, имеет два высших образования — тактическое и экономическое. Нечего и желать лучшего наследника престола.
Младшие сестры Дарен тоже очень хорошие девушки. Принцессе Агалтис недавно исполнилось семнадцать, а принцессе Кари уже почти шестнадцать. Их обеих уже просватали за ривенского и козанского принцев. Однако по гарийским традициям младшие дочери не имеют права выходить замуж вперед старшей. Соответственно, принцессам Агалтис и Кари придется оставаться в девичьих светелках, пока свадебное платье не наденет принцесса Дарен…
А Дарен наотрез отказывается выходить замуж. Она очень красива и потому является завидной невестой, но все женихи, которых для нее находил отец, вылетали от принцессы быстрее стрелы. Дарен грязно их оскорбляет, издевается, даже дуэлирует. А поскольку шпагой принцесса владеет получше многих гвардейцев, женихам приходится несладко. После того как наследный принц Гримрайи получил колотую рану пониже спины, Гарии пришлось выложить немало золота, чтобы замять дипломатический скандал.
С тех пор поток женихов иссяк.
— Кажется, я понял, — кивнул Бельзедор. — Но почему вы так не хотите выходить замуж, ваше высочество?
— Что за идиотский вопрос?! — вспылила Дарен. — Предлагаешь мне жить с нелюбимым мужем? Целый день видеть рядом с собой ненавистного человека? Быть обязанной любить его, подчиняться ему, ублажать его? Нет, даже в Паргороне еще не придумали более страшной кары.
— А чего же ты хочешь от жизни? — приподнял бровь Бельзедор. — Остаться старой девой? Или уйти в монастырь?
— Я жду своего рыцаря в блистающих доспехах. Того, за кого я сама захочу выйти замуж.
— И долго ждать собираешься?
— Сколько потребуется. Кстати, а если ты не жених — чего сюда приперся? Я тебя в гости не приглашала.
