— Ух, травоядное, — выдохнул Хорт, опуская лук.
— Скорее древоядное, — усмехнулся маг.
Подтверждая слова Родомиста, псевдо?крот дожевал дерево, издал долгий рыгающий звук и с хрустом ухватил огромной пастью следующий ствол. От громадины шел мощный запах мокрой земли. За тяжелым телом в снегу оставалась глубокая колея, настоящий ров. Виднелись полосы вспаханной земли, чьи?то разрушенные норы.
Оставив чудище наслаждаться трапезой, путники двинулись дальше. Солнце уже клонилось к закату, а идти оставалось еще много.
Старик
Родомист чувствовал себя выжатой половой тряпкой. Использование магии обошлось недешево. Сначала битва с местными жителями, потом схватка с мерзкой подземной тварью, когда заклинание исказившись причудливо, вышло из?под контроля. Силы потратил немало, но зато все живы. Вон Леслав, немного помятый, но живой. Да и Хорт после воды из Сиреневого озера идет бодро, не вспоминая об одышке.
Для ночлега выбрали поляну, похожую на ту, где провели предыдущую ночь. Вновь пришлось зажигать магический костер. Получилось лишь с третьей попытки. Первый раз из центра предполагаемого костра пророс и зацвел красивый розовый куст, во второй — дрова разбросало в стороны вихрем. Лишь затем пламя, грозно шипя, принялось грызть древесину и кидаться искрами.
Первыми сторожить выпало вновь Родомисту, с охотником в придачу. Ночь тянулась не столь темная и безмолвная, как на прошлом привале.
Первыми сторожить выпало вновь Родомисту, с охотником в придачу. Ночь тянулась не столь темная и безмолвная, как на прошлом привале. Лес здесь жил. Среди стволов бродили странные звуки: разговоры, всхлипы, плач. Иногда доносилось нечто, похожее на смех. Над снегом витали запахи гари.
Маг видел, как нервничает Хорт, вслушиваясь в совсем не свойственные чаще звуки. Когда охотник повернулся к магу, лицо его белело даже сквозь мрак:
— Откуда это? Я больше не могу! — охотник трясся так, что костер, испуганно зашипев, отпрянул.
— Успокойся, Хорт, — Родомист положил руку ему на плечо. — Это очередной морок.
Но охотник так и сидел, вздрагивая каждый раз, когда очередной каскад невместных для нормального леса звуков обрушивался на людей.
— Откуда все это берется? — задал он новый вопрос, немного справившись с собой.
— Это память, — ответил Родомист серьезно. — То, что осталось от людей, которые жили здесь до Катастрофы. Они умерли мгновенно, но мучительно, и Сила данной местности хранит немногое, что от них осталось: звуки, тень звуков. Ты держись, паника нам не к чему.
— Я держусь, — Хорт нервно облизнулся. По лбу его, несмотря на холодную ночь, стекали крупные капли пота. — Если мы слышим это, значит, тут было селение?
— Да, под нами громадное кладбище, — ответил маг, но договорить ему не дали. Увесистый булыжник вылетел из тьмы и, чудом разминувшись с головой Хорта, с шипением упал в костер. За ним последовали другие.
— Буди их, нас догнали! — крикнул Родомист и вскочил, поспешно выстраивая магический щит. Несколько камней успели проскочить, один ударил Хорта по спине, другой подкатился к самым ногам мага, но затем голубоватый купол Силы накрыл людей. Летящие из мрака камни бессильно отскакивали от него, словно от стены.
Охотник
Ратан вскочил быстро — от легкого прикосновения. Леслава, по обыкновению, пришлось долго расталкивать. Пока ученик мага зевал да протирал глаза, воин успел оценить обстановку.
— Мокроносые? — спросил он у Хорта. Тот молча кивнул.
— Как, нас нашли? — удивился Леслав, пытаясь отыскать короткий меч, который в последние дни незаметно стал его собственностью.
— Нашли, а ты думал, — Хорт нервно улыбнулся, проверяя натяжку тетивы. На пояс привесил топор.
Родомист стоял, воздев руки, и что?то шептал. Снаряды врагов не могли добраться до людей. Ратан, быстро вооружившись, подошел к магу:
— Ты долго продержишься?
— Не знаю, — сквозь зубы ответил Родомист. — Но до рассвета точно нет.
— Худо, что этих бестий не видать, — сказал Хорт. — А то бы я их пощелкал, как зайцев.
Камни, правда уже не так густо, продолжали лететь из темноты.
— Слушай, маг, а сквозь этот твой заслон в ту сторону стрела пролетит? — после некоторого размышления спросил Хорт.
— Думаю, что да, — несколько изумленно ответил Родомист.
— Вот и отлично, — охотник повернулся к Леславу, отдал ему тул со стрелами. — Рви на тряпки запасную рубаху, обматывай острия, а Ратан пускай поджигает. Попотчуем их огненными стрелами.
Вскоре первые пламенеющие снаряды, похожие на метеоры, помчались туда, откуда камни летели всего чаще. Маленькими солнцами неслись они в ночь, выхватывая из мрака деревья, кусты, и притаившихся обитателей Темнолесья.
Ветви запылали почти сразу. Пламя, сначала неохотно, а потом с большим и большим аппетитом принялось пожирать черную древесину. Все же не простой огонь горел в костре, пусть немного, но магический.
Когда сделалось достаточно светло, у Хорта осталось не так много стрел, зато он мог хорошо целиться.
И стрелы, уже не горящие, а самые обычные, одна за другой поражали цель. Притихший с началом схватки лес огласился яростными криками раненых и хриплыми стонами умирающих.
Темнокожие вскоре поняли, что за деревьями им не отсидеться и, подбадривая себя визгливыми криками, пошли в наступление. Нестройно воя, толпой выметнулись они на поляну и помчались к людям. В этот самый миг силы оставили Родомиста, он пошатнулся и опустил руки. Магический купол с легким шипением растаял.
Хорт выпустил последние две стрелы, с удовлетворением отметил, что обе они нашли цель, отложил лук. Топор, верный друг, удобно лег в ладонь, и охотник кинулся в бой, прикрыть мага. Тот сейчас — беззащитнее ребенка. Около учителя — Леслав, глаза сверкают яростно, машет мечом, как граблями, но одного его не хватит. Где?то в стороне Ратан уже сцепился с противником, слышатся мокрые встрески, когда меч его врубается в плоть, и стук, когда отражает удары палок.
Хорт столкнулся с налетевшим на него темнокожим, взмахнул топором. Гибкий, словно змея, противник, отскочил, зарычал злобно, вздувая пузырь на месте носа. Хорт ударил второй раз, третий. Противник все ускользал и ускользал. Охотник завелся, и тут обжигающий удар пришелся на предплечье — второй враг подкрался сбоку. От неожиданности Хорт выронил оружие и теперь стоял безоружный перед двумя беспощадными тварями.
Из?за спины вылетели один за другим два сгустка алого пламени, ударили в темнокожих. Те в ужасе заверещали, начали кататься по снегу, пытаясь сбить занявшееся пламя. Хорт оглянулся. Маг пришел в себя, пламенеющие ветви хватал из костра прямо голыми руками, швырял в противников. Тем огонь не нравился, заставлял отступать и гневно плеваться. Ощутив за спиной поддержку, Хорт подхватил топор. Заревел, словно тур, и кинулся на врага. Голова одного из темнокожих лопнула, словно перезрелый плод, в лицо охотнику брызнуло горячим. Второй попытался спастись бегством, но не успел. Хорт с наслаждением услышал хруст костей, перемежающийся хлюпаньем, когда лезвие врубилось куда?то в область ключицы, если она, конечно, есть у столь странного создания.
Вытащив топор, Хорт кровожадно оглянулся. Первый раз с ним случилось такое. Ранее в драках не участвовал, мешала болезнь, и, вот тебе, попал в настоящий бой. Азарт горячил кровь, заставлял вздуваться мускулы, расширять ноздри, вдыхая сладкий аромат крови врага. Почти сразу на Хорта кинулись трое противников. От двух ударов он увернулся, третий пришелся по плечу, но охотник его даже не почувствовал. В протяженном прыжке метнулся вперед, застав противников врасплох. Оказавшись среди врагов, широко взмахнул топором. Один из темнокожих рухнул, удивленно глядя на отсеченную руку, на бьющий из нее фонтан крови. Другому тоже досталось, краем глаза охотник заметил, как прямо в страшное лицо ударила горящая ветка. Третий попытался атаковать, но Хорт длинным, ловким движением вывернулся из?под падающей палки и ударил в бок, заранее зная, что удар — смертелен. Затрещали ломаемые ребра, жалобно вздулось разрываемое легкое.
