— Я смотрю, ты всерьез взялся за дело? — обратился к нему Стик, передавая блюдо с дымящимися кусками мяса.
— Да, — опустив глаза, ответил Дерри, — Я никому ее не отдам.
— В каком смысле? — улыбнулся Стик.
— Я никому не позволю ее обидеть ни словом, ни жестом, ни действием, — почти дословно повторил Лайтнинг клятву, которую давали телохранители, нанимаясь на службу.
— А… — несколько неудовлетворенно протянул Стик, — А я думал, в каком другом смысле.
— В каком другом, Стикур? — холодно поинтересовался ксари. — О каком другом смысле может идти речь в подобных обстоятельствах? Время и место совсем не подходящие, для других обстоятельств.
— Дерри, я никогда ни кичился тем, что старше тебя, но хоть один раз выслушай мой совет, не как совет друга, а как совет старшего. Для любви не бывает плохих мест или плохих обстоятельств. Для любви важно только наличие двоих и их чувства. Потом может быть поздно. В других обстоятельствах появятся другие люди. Ты просто можешь упустить свой шанс.
— Вот и хорошо, — упрямо отозвался ксари. — Свой шанс я упустил много лет назад. Точнее его у меня отобрали, когда мне было 16 лет, а может и до рождения, тогда когда наградили фиолетовыми глазами, но когда именно — это уже не важно. Важно то, что любовь, как ты выразился, чувство не для меня. Храни боги тех, кого я ненавижу, но пуще, храни тех, кого я люблю, в особенности, если эта любовь не безответна, — произнеся это, Дерри развернулся и, не дав Стику больше сказать ни слова, скрылся за дверью. Он перевел дыхание и на минуту закрыл глаза, отгоняя ненужные сомнения, зародившиеся в душе после разговора со Стикуром. Из головы не выходили, «те другие», которые неизбежно появятся у Анет, после того как все завершится, но Дерри, давно все для себя решил и не собирался ничего менять. Проще даже не начинать, чем потом испытывать горечь утраты и разочарование. То, что его ждет разочарование, Лайтнинг не сомневался. Ей богу, ему было бы во сто раз легче, если бы он знал, что после выполнения миссии девушка вернется в свой мир, а не останется на Арм-Дамаше. Дерри было бы проще, считай он, что через некоторое время Анет уйдет из его жизни навсегда. Мысль о том, что она будет где-то рядом, на расстоянии вытянутой руки, ослабляла уверенность ксари.
Но он не хотел рисковать вообще, и своей душой в частности, он боялся быть отвергнутым и не надеялся на ответную любовь. Девушки охотно заводили с ним романы, а некоторые самоотверженные особы, были готовы даже разделить с ним жизнь. Благо жизнь эта обещала быть вполне обеспеченной. Но любили ли они его? Нет, даже Лина. Для всех он был получеловеком — ущербным и недостойным любви. Красивым и не прирученным зверем. Боялся Дерри так же того, что любовь и привязанность сделает его уязвимым перед людьми Сарта. Они убили по его вине Лину, и Лайтнинг знал, что подобная участь может постигнуть и Анет, если о его чувствах станет известно. Ксари боялся умереть сам, доставив этим непереносимую боль близкому человеку. — Воистину, Адольф во многом прав, — горько усмехнулся про себя Дерри, взгромождая почти остывшее блюдо на стол. — Да, что во многом, во всем. Даже умирать, когда ты один, сподручнее.
Скрипнула дверь, и громко переговариваясь в проеме, появились Дир и Калларион. Унюхав запах еды из разных углов избы, моментально выползли Анет и гхырх, чуть позже зашел Стик. Наконец-то все собрались в спокойной обстановке за столом, получив возможность поделиться впечатлениями, рассказать новости и изучить карту. Оказалось, что до входа в горы Кенташ осталось совсем немного — дневной переход или чуть больше, если окажется, что напрямую через лес не пройти. Услышав это, Анет загрустила, понимая, что развязка близка, и отвлеклась от разговора, начав по старой привычке примитивно себя жалеть. Очнулась девушка от своих печальных мыслей только тогда, когда Дерри принялся красочно живописать то, как она уложила троллей в таверне и билась с трупами на набережной. Анет не считала свое поведение героическим или хоть сколь-либо заслуживающим уважения. По ее мнению, так она, просто, примитивно спасала свою шкуру и шкуру человека, от которого зависела ее жизнь. Но Дерри рассказывал красиво, поднимая ее не очень высокий авторитет в их отряде. Даже вечно недовольный Стикур заслушался.
— Да, ты Анет, просто саламандра, — высказал свое мнение Дир. — Я еще не видел ни одного мага, способного так играючи управляться огнем. Нет, конечно, такие маги есть, но их мало и они в свое время прошли длительное и невероятно сложное обучение. А ты — какой-то феномен. Точно саламандра.
— Ну, до саламандры, конечно, далековато, — не поддержал его Стик, — Так, саламандрочка, но все равно — молодец. А может и саламандурочка.
— А что, мне нравиться, — улыбнулся Дерри. — Саламандурочка.
Ну, вас, — отмахнулась Анет. — Со страху и не такое натворишь.
— Да уж! — заржал в полный голос Дир. — ты, точно, со страху можешь натворить все, что угодно. Например, разнести на пару с пухой лагерь за считанные минуты.
— Отстаньте от меня! Пользуетесь тем, что я не знаю ваш мир, а потом издеваетесь, как можете, — покраснела девушка и, залезая на печь, добавила. — Плохие вы, злые. Спать я пойду, чтобы не выслушивать ваши издевательства.
Девушка, пыхтя залезла на лежанку и устроилась поудобнее, положив руку под голову. Снизу, из комнаты, слышались тихие голоса ребят, обсуждающих что-то. Они старались говорить тише, чтобы не мешать девушке, но сон к Анет, все равно, не шел. Она забралась на печь, просто потому, что ей не хотелось ни с кем разговаривать. Слишком неприятно было у нее на душе. Вот и лежала девушка молча, на соломенном тюфяке, разглядывая едва различимые в темноте потолочные балки. Уже давно затихли голоса ребят, внизу завозился, устраиваясь по удобнее Дерри, а Анет все никак не могла заснуть. Она-то проваливалась в какую-то непонятную дрему, то вновь выныривала из нее, понимая, что спала от силы минут пятнадцать-двадцать. Девушке быстро надоело крутиться с боку на бок без сна.
Все тело затекло, глаза закрывались, но сон все равно не приходил, заставляя ворочаться на лежаке. Где-то к середине ночи, Анет смирилась с мыслью, что уснуть ей видимо не удастся, уселась на печи, потянулась и начала спускаться вниз, надеясь, что не наступит спящему Дерри на голову. Она недоумевала, что это он выбрал такое странное место для ночлега, можно сказать, кухню. Анет-то прельстилась высокой и удобной печкой, а он чем? Все ребята ушли в просторную комнату с удобными лежанками. Почему ксари не последовал их примеру?
— Ты куда? — настойчиво спросил из темноты, тихий, властный голос и Анет чуть не свалилась от неожиданности с шаткой лесенки, ведущей на печь, но крепкие руки успели поймать ее и поставить на пол.
— Ты, что меня так пугаешь? — шепотом спросила Анет у стоящего рядом Дерри — он, похоже, тоже не спал.
— Я тебя не пугаю, я просто спрашиваю, куда ты намылилась посредине ночи?
— Не спится что-то, — зевнула девушка, присаживаясь к столу. — Вот и решила хоть размяться, а то все тело занемело. Уж лучше воздухом подышать или тут посидеть, чем ворочаться всю ночь с боку на бок. А сам-то, что не спишь? По-моему, Стик же сказал, что охрану сегодня выставлять не надо?
