— Серега, подожди! — остановил его Ширяев. — Ну не могу я ними на остров… Не могу, понимаешь? Пошли кого-нибудь другого!
— Нет, Гриша. Я тебя знаю и верю, как себе. Лучшего защитника им не найти. Шлюпка тоже не гарантия спасения, а мы… Еще посмотрим кто кого! Нам бы только женщин убрать, чтобы не пострадали, а там поможем сэру Джейкобу избавиться от последнего корабля. Ему и доски хватит.
— Тогда тем более никакая охрана в шлюпке не нужна, — убежденно произнес Ширяев. — На бригантине каждый боец на счету. Отправь лучше с бабами своего бывшего шефа. Все равно от него здесь никакого толку. Зато языкам трепать он мастак — с ним они точно не соскучатся.
— У тебя сын, Гриша. — Кабанов заглянул боевому товарищу в глаза. — И ты должен его воспитать
— Как? Вот спросит меня, где я был, когда все с пиратами дрались? Что я ему отвечу?
— Ладно, Григорий. Как знаешь, — согласился Командор. — Наверное, ты прав. А с бабами отправим Лудицкого…
Он поднялся на квартердек и обвел взглядом свою команду. Некоторые мужчины, возбужденные предстоящим боем и выданной чаркой рома, выглядели браво, зато другие откровенно завидовали женщинам.
— Россияне! — Кабанов не любил красивых слов, но решил, что сейчас именно тот момент, когда слово становится оружием. — Нас ждет бой, но это не значит, что мы обречены на гибель! Победа зависит от каждого из нас. И помните, если струсим — пощады не будет никому. Поэтому трусов буду убивать на месте. Держитесь стойко, выручайте товарищей. Двум смертям не бывать! Это наше последнее испытание, так выдержим его с честью! Ура!
— Ура! — отозвались десятки голосов.
На «Вепре» тоже закричали, хотя сэр Джейкоб не произносил речи.
На «Вепре» тоже закричали, хотя сэр Джейкоб не произносил речи. Пираты были возбуждены погоней, и горели желанием сполна рассчитаться со своими обидчиками. Совсем недавно флибустьеры одолели такого грозного врага, что жалкая кучка московитов на небольшом корабле не казалась им серьезным противником.
— К бою!
Бойцы на обоих судах заняли места у орудий и на палубах. Фрегат медленно выходил на левый траверз бригантины, а расстояние между ними едва достигало кабельтова.
— Который из них сэр Джейкоб? — пробормотал Командор, водя стволом карабина.
Раненное плечо уже почти не болело, но Кабанов решил подстраховаться и стрелять с левой руки — для него это на меткость не влияло. Бойцы разложили вдоль борта заряженные мушкеты, разобрали сабли и пистолеты, готовили запасные заряды к девяти бортовым пушкам.
Дистанция сократилась еще больше, и карабин Кабанова громыхнул, отправляя на тот свет заранее намеченную жертву. Кабанов не знал, был ли это сэр Джейкоб, но в первую очередь выбивал тех, кто богаче одет.
Два десятка беглых выстрелов проредили компанию пиратов на юте, и оставшиеся стали искать укрытия. Марсовым спрятаться было некуда, и их перещелкали без труда, как в тире.
— К орудиям! — оторвался от стрельбы Кабанов. — Наводи! Залпом! Товсь… пли!
Девять пушек дружно окутались дымом и лишили стрелявших возможности проследить за полетом ядер.
— Заряжай!
Тренировки оказались не напрасны. Вчерашние пассажиры круизного лайнера, став артиллеристами, действовали достаточно слаженно и быстро. Кабанов ввел еще одно усовершенствование, заметно повышающее скорость стрельбы — в этом веке до него еще не додумались. Бомбардиры пиратов после выстрела прочищали ствол от нагара и засыпали порох совком на длинной рукоятке. От количества пороха зависела мощность и дальность выстрела, поэтому одного совка хватало не всегда. На бригантине же порох был расфасован одинаковыми порциями по зарядным мешочкам, а это ускоряло перезаряжание на пятнадцать-двадцать секунд. Поэтому дым после залпа едва успел рассеяться, как пушки были заряжены и выкачены на места.
— Залпом! Товсь… пли!
Вторая порция ядер обрушилась на фрегат. Ошеломленные флибустьеров промедлили с ответом, а бригантина успела окутаться пороховым дымом в третий раз. «Вепрь» содрогнулся, приняв бортом залп в упор, и многие сердца, не ведавшие до сих пор страха, дрогнули вместе с ним.
— Проклятье! — прорычал сэр Джейкоб. — Похоже, сам дьявол помогает московитам!
Он был обескуражен, и еще больше разозлен. Рядом с ним валялись тела Ледера, Дэвида и еще несколько офицеров, убитых дьявольски метким стрелком. Тела простых флибустьеров никто даже не считал.
— Пли! — «Вепрь» успел дать залп чуть раньше бригантины, но немедленно получил еще девять ядер в ответ.
В просветах дыма Сергей успел заметить, что фрегат торопливо идет на сближение, и крикнул:
— Картечью!
Он торопливо перезарядил карабин и лишь потом быстро взглянул на палубу.
Стрельба из пушек велась с такого небольшого расстояния, что промахнуться было трудно. Ядра флибустьеров в нескольких местах повредили борт, разбили одно из орудий, зацепили рангоут и такелаж. Несколько человек было убито, кое-кто ранен, и им торопливо оказывали помощь.
— Лево на борт! — Флейшман тоже увидел маневр фрегата, и теперь пытался отвернуть.
— Пли! — Выпущенная метров с двадцати картечь смертоносным дождем пронеслась над палубой пиратского судна, где уже стояла наготове абордажная команда, и скосила не менее двух десятков флибустьеров.
Палуба фрегата стала скользкой от крови.
Бригантина успела отойти в сторону, и Сорокин послал пиратам пару ядер из кормовых орудий.
Дистанция между кораблями стала увеличиваться. Теперь лишь Кабанов вел огонь из карабина, остальные зарядили пушки и перевели дух.
Выигран был лишь первый раунд, победа вполне могла достаться противнику, но и после небольшого успеха мужчины на бригантине ликовали. Практически все они впервые побывали в настоящем бою (если не брать в расчет стычки на вершине) и теперь с восторгом ощущали себя непобедимыми героями. За несколько минут сражения все были так заняты, что пугаться было некогда. Дух их был высок, и даже вид убитых товарищей не мог уменьшить возбуждение. Собственная смерть казалась нереальной, а до чужой не было особенного дела.
Флибустьеры тоже не испытывали страха. Они настолько свыклись с близостью смерти, что воспринимали ее как нечто само собой разумеющееся. Да, добыча оказалась не столько легкой, как казалось поначалу. Так что ж? Бывало и хуже. Не бросать же начатое дело из-за такого пустяка, как пять дюжин трупов! И «Мэри» — то своя…
Маневрировать под парусами пираты умели гораздо лучше недавних пассажиров круизного лайнера, и скоро фрегат вновь пошел на сближение с бригантиной. Флейшман немедленно сменил галс, затрудняя противнику задачу, однако людей на бригантине остро не хватало. Будь ночь ближе, а расстояние между кораблями больше, еще можно было бы потянуть время, но сейчас…
Настал момент, когда корабли оказались почти рядом и успели угостить друг друга залпом. Пользуясь пороховыми облаками как дымовой завесой, Флейшман вторично вывел бригантину из-под огня, и решающая схватка была снова отсрочена.
— А ты молодец! — подмигнул своему помощнику Кабанов. — Второй раз утерли нос сэру Джейкобу.
К карабину оставалось два десятка патронов, и Кабанов решил приберечь их для последнего боя. Происходи схватка на суше, он, пожалуй, сумел бы навязать противнику игру по своим правилам и заставил его отступить, но на море действовали свои законы, и превосходство пиратов в калибре орудий и умении пользоваться своим кораблем значило очень много. Абордаж был неизбежен. Несмотря на все потери, сэр Джейкоб все равно сохранял перевес в людях, и шансов одолеть пиратов в рукопашной почти не было.
