— Извините, Петр Ильич.
— Извините, Петр Ильич. — Кабанов дождался первой же паузы и поднялся. — Я, с вашего разрешения, пойду обойду лагерь.
— Хорошо, — машинально кивнул Лудицкий, стараясь не потерять нить рассуждений.
Язык часто бывает врагом своего хозяина. Интервью растянулось за полночь, когда даже тренированная Рита больше уже не могла выслушивать бесконечных речей. Наконец ей удалось уйти, и только тогда Лудицкий спохватился и лег спать. Проснулся он поздно от близко звучащих голосов и некоторое время не мог понять, где это он?
Утро уже сменилось ранним днем. Дождя не было и в помине. Более того, облака, два дня подряд закрывавшие небо, заметно поредели, обещая появление долгожданного солнца если и не сейчас, то к полудню. Меняющаяся к лучшему погода и перспектива на скорое освобождение подняли всем настроение. После завтрака мужчины и женщины стали объединяться в команды, чтобы принять участие в объявленных соревнованиях. А вскоре на берегу радостно закричали, и подбежавшие узнать в чем дело заметили далеко на горизонте паруса.
Все смешалось в одно мгновение. Были забыты так и не состоявшиеся соревнования, дела, собственный корабль и все остальное вплоть до управляющего совета. Как и тысячи робинзонов до них, люди с замиранием сердец вглядывались в далекие паруса и гадали, куда же они повернут?
— Вот видишь, мой дорогой друг, — обратился к Пашке Флейшман. — Ценность парусного спорта у тебя прямо перед глазами, а в чем польза от твоей охоты? Забрать нас отсюда пара яхт не сможет, зато на них наверняка должен быть работающий передатчик. Можно даже поспорить, что будет раньше: или наши доблестные мореходы починят свое прохудившееся корыто, или сюда нагрянут корабли со всех ближайших портов и трасс?
В другое время Форинов затеял бы спор, но сейчас он с безмерно-счастливым выражением лица наблюдал за морем и только заметил:
— Там не две яхты, а целых три. Видишь? Нет, даже четыре. Тут что, проходит регата?
— Нет сейчас никаких регат, — возразил Флейшман, тоже всматриваясь в горизонт. — Пятая! Странно…
— Знаток! — с легким пренебрежением бросил Пашка. — Даже не знаешь, что в твоем любимом спорте происходит!
— Бывают же причуды у судьбы! — несколько в стороне от спорящей парочки заметил Кабанов своему шефу. — На дворе конец двадцатого века, а мы, словно наши далекие предки, вглядываемся в незнакомые паруса на горизонте и гадаем, заметят нас, или нет. По мне лучше десяток транспортных вертолетов!
— Какая разница? — благодушно улыбнулся Лудицкий. — Главное, что нас наконец-то нашли. Будут вам вертолеты. И вот еще, Сережа… Я очень благодарен за оказанную мне поддержку. С этого месяца твой оклад увеличивается вдвое. Если есть еще какие-нибудь пожелания — скажи.
— Что вы, Петр Ильич? Я только выполнял свой долг, — немного смутился Кабанов, хотя мысль о деньгах и была весьма приятной.
От шлюпок к ним быстрым шагом шел Валера. После злополучного вечера он сменил форму на обычные свитер и джинсы, и только фуражка да бинокль отличали второго штурмана от столпившихся на песчаном пляже пассажиров. Правда, причиною переодевания был не страх. После похода на вершину брюки местами приняли травянисто-зеленый цвет, да и китель оказался испачканным настолько, что носить его стало неудобно. Белый цвет смотрится неплохо, но на лесные походы явно не рассчитан.
— На радиозапросы корабли не отвечают. В эфире прежняя тишина, — доложил Ярцев Лудицкому, словно тот и в самом деле был начальником.
— А чего вы ждали, Валера? — спросил подошедший Грумов.
— А чего вы ждали, Валера? — спросил подошедший Грумов. — Вряд ли на прогулочной яхте кто-то будет специально дежурить у рации. Люди отдыхают на природе.
— Это не яхты, а парусные корабли типа нашего «Крузенштерна». Взгляните сами. — Штурман потянул через голову ремешок бинокля.
Оптика приблизила неизвестные парусники. Стало возможным разглядеть, что у двух кораблей по три мачты, а у остальных по две. Общим видом корабли больше напоминали сценку из исторического фильма, чем флотилию яхт, на которой состоятельные господа вышли прогуляться по морю.
— Бардак, — выразил свое мнение Кабанов, отрывая бинокль от глаз. — Что это может быть, Валера?
— Откуда я знаю? — вопросом ответил штурман. — Сколько хожу, никогда такого не встречал. Может, киношники стараются? Все, что могу сказать наверняка — два последних — это бригантины. Видите, одна мачта с прямым вооружением, а одна с косым? А остальные точно как из фильма. Да еще у одного, по-моему, не хватает средней мачты. Такой большой промежуток…
— Поворачивают к нам, — заметил завладевший биноклем Лудицкий. — Гадайте, не гадайте, скоро мы и так все узнаем.
Неизвестные корабли и в самом деле повернули к острову. Какое-то время они шли все вместе, но потом одна бригантина ходко пошла за выступающий слева мыс. Один корабль, к радости столпившихся пассажиров, двинулся прямо на лагерь, а три оставшихся направились к неисправному «Некрасову».
Все эти маневры заняли довольно много времени. Перевозбужденные пассажиры успели без особого аппетита проглотить скудный обед, собрать нехитрые пожитки… Дальше им оставалось только ждать.
Шедший к берегу корабль действительно походил на иллюстрации к учебнику истории. Выдающийся вперед бушприт, сильно приподнятый ют, поблескивающая позолотой резьба, по два ряда пушечных портов с каждого борта… А вот средней мачты действительно не было, хотя было ясно, что она должна у него иметься хотя бы из эстетических соображений. Да и вообще, корабль имел несколько потрепанный вид, словно недавно побывал в морском сражении или, что гораздо правдоподобнее, попал в крепкий шторм.
Метрах в ста от берега парусник развернулся бортом и отдал якорь. Почти все паруса были уже убраны, и четыреста с лишним человек, стоявших вдоль кромки воды, восторженными криками приветствовали отвалившие от парусника шлюпки.
Словно в ответ на эти крики борт корабля окутался дымом. Залп картечью был страшен, и для многих людей на берегу грохот корабельных орудий оказался последним, что они услышали в жизни…
Часть третья: Схватка
21. Сэр Джейкоб Фрейн. Блуждания
Встреча с каравеллой принесла больше вреда, чем пользы. Не считать же пользой возможность сбросить напряжение и всей командой порезвиться с быстро впавшими в беспамятство бабами! Про мелкие монеты не стоит и упоминать…
Зато сразу бросался в глаза причиненный задержкой вред. Пока гнались, пока разбирались с испанцами, приблизился вечер, и шансы найти своих сошли на нет.
«Вепрь» медленно двигался обратным курсом. Сэр Джейкоб раздумывал: а не положить ли его вообще в дрейф? Тропические ночи темны, а тут еще эти тучи… В двух шагах пройдешь контр-галсом и ничего не заметишь. И черт подсунул эту поганую каравеллу вместе с ее подлым капитаном! Может Озрик и нашел кого-нибудь, да где найти Озрика?
К дьяволу в глотку это вечное «может»! Может повезет, может нет. Недаром их называют джентльменами удачи, ведь итог каждого похода в немалой степени зависит от судьбы.
Можно болтаться пару месяцев по волнам и не встретить ничего, достойного внимания, а можно в первый же день взять на абордаж весьма ценную добычу. К чему иметь верный корабль и храбрую вымуштрованную команду, если горизонт чист, как хороший ром, а добыча шляется неизвестно в какой из четырех сторон света?!
Нет, пора завязывать с этим неблагодарным делом! Кое-что накопил — и ладно. Счет недурен, многие позавидуют, да только как завяжешь, когда есть возможность сделать его еще больше? Бог на стороне тех, кто умеет делать деньги, и делает их при каждом удобном и неудобном случае!
