— Я бы на твоем месте не был так уверен в намерениях Шивы, — сухо заметил мой хозяин. — Ты не думал, что этот индийский божок мог связаться с Кали только из-за желания отыграться на тебе за то, что ты прошлый раз стравил его с Брахмой?
— Ты же сам слышал, Шива сказал, что не держит на меня зла, — фыркнул Лориэль.
— Не верь данайцам, дары приносящим, — встрял в разговор Попов. Эрудит, однако!
— Я не понял, вы все тут против меня, что ли? А, козлы, мать вашу? — взвизгнул маленький задира.
— Не против тебя, а за осторожность, — подключился к диспуту и Горыныч. — Как учили нас в первом классе, на курсах выживания, всегда лучше перестраховаться, чем недооценить противника. Опять же, согласно теории Тубрикуса…
— А тебе не кажется, что ты что-то слишком умный в последнее время стал? — осадил его мой Сеня. — Может быть, грамотность свою на школьных занятиях будешь показывать, а нас пока без теоретических выкладок оставишь?
Ахтармерз обиделся. Правда, не слишком сильно. В размерах почти не увеличился и, пробормотав что-то про «недалекие гуманоидные расы», неуклюже переваливаясь, потопал к окраине охотничьего лагеря вылавливать из травы богомолов.
Остальные продолжили дискуссию с не меньшим жаром. Причем разгорячившийся Лориэль то и дело срывался на ненормативную лексику. Пришлось омоновцу дважды попытаться прихлопнуть его дубинкой, и лишь после этого взбалмошный эльф немного успокоился.
— Ладно, — заявил он. — Мы будем осторожны. Тем более что я всегда могу выдернуть вас из беды в другое место. А в резиденцию Брахмы отправиться все-таки придется. Никто, кроме Сарасвати, помочь нам не сможет. А уж если и там не выйдет, будем пробовать что-то другое.
Тут я с Лориэлем был полностью согласен. Как ни крути, но выбора у нас не было. Каждый из нашей команды был полностью согласен с тем, что отыскать дэвов без способностей нашего эльфа не представляется возможным. Конечно, оставалась маленькая надежда, что те сами вернутся назад после разборок с поповскими бесами, но полагаться только на этот шанс никто из нас не хотел. Следовало искать путь домой, и в данный момент он лежал через резиденцию Брахмы. Туда мы и приготовились направиться.
Правда, едва были начаты приготовления, как возникла новая проблема: Дакша страстно хотел отправиться с нами, заверяя, что еще не один раз сможет нам пригодиться. У Рабиновича, Жомова и Лориэля, еще вчера затерроризированных болтовней слона, на этот счет было другое мнение, и лишь Попов совершенно неожиданно встал на сторону Дакши.
Аргументы, приведенные Андрюшей, были просты. Во-первых, никто не мог гарантировать, что Брахма, как и Шива, не перенес свой дворец на новое место. Во-вторых, Попов категорически отказывался снова отправляться в путь, не запасясь продуктами питания. Ну и, в-третьих, встреча с волками настолько впечатлила криминалиста, что он просто требовал взять с собой Дакшу, дабы избежать в будущем подобных осложнений. Таким образом, Попов предлагал превратить слона одновременно и в средство передвижения, и в гужевой транспорт, и в надежный пропуск через агрессивные орды местной фауны.
Причем выразил он свое предложение в ультимативной форме.
— Или мы берем с собой Дакшу, или я никуда не иду, — заявил эксперт, демонстративно устраиваясь в тенечке, падавшем от охотничьей хижины.
— Ну и оставайся, — согласился мой хозяин. — Глядишь, придет к тебе в гости Кали, по-другому запоешь.
Конечно, угроза действенная, но я уже не раз замечал, что если Попов упрется, сдвинуть с места его невозможно. Так произошло и на этот раз. Андрюша лишь презрительно фыркнул и отвернулся, всем своим видом показывая непоколебимость намерений. Жомов с Сеней переглянулись. Конечно, бросать друга на произвол судьбы они не собирались. Да и доводы он привел вполне логичные и верные. Даже делая скидку на то, что Андрюшей в первую очередь двигали природная лень и отсутствие хорошей физической формы, не согласиться с его аргументами было трудно. Вот мои менты и согласились.
— Лориэль, ты сможешь слона вместе с нами к Брахме отправить? — пожав плечами, спросил мой Сеня.
— Без проблем. Для перемещения внутри замкнутой вселенной общий вес биологической массы на сложность прыжка влияния не оказывает, — хмыкнув, ответил эльф. — Только смотрите сами. Замучает он вас болтовней — не просите меня заклинаниями ему рот затыкать.
— Я буду предельно вежлив и сдержан, хотя не понимаю, как может не нравиться душевный и высокоумный разговор, — прогундосил Дакша.
— Душевный и высокоумный может нравиться. Вопрос в том, можно ли считать твою болтовню таковой, — отрезал мой хозяин.
— Ой, чья бы корова мычала, — вдруг раздался за спиной скептический голос.
Естественно, все резко обернулись в сторону говорившего. Точнее, говорившей, поскольку на тропинке, ведущей в сторону резиденции Шивы, стояла уже знакомая нам корова. В этот раз она опять была без седла, но зато с розовыми бантиками, повязанными на рогах и хвосте. Не переставая жевать жвачку, буренка иронично смотрела на моего хозяина.
— По-твоему, называть приличных девушек галлюцинациями — это высокоумный разговор? — поинтересовалась корова.
— Господи, меня вся эта болтающая живность уже до печенок достала, — простонал мой хозяин и посмотрел на корову. — Ты чего к нам прикопалась?
— Я прикопалась? — обиделась парнокопытная кокетка. — Да я вас даже не замечаю! — И, резко развернувшись, ушла по тропе.
— Она-то откуда здесь взялась? — повернулся к Лориэлю Сеня. — Неужели в этом гребаном мире ничего нельзя сделать, чтобы об этом не знали все встречные-поперечные?
— Это же священная корова, — вместо эльфа ответил Дакша. — Она может ходить везде, где ей вздумается, хотя я и не пойму, что ей от вас может быть нужно.
— Догони и спроси, — огрызнулся мой хозяин и повернулся к Лориэлю. — Слушай, давай сматываться отсюда. Мне все это уже начинает порядком надоедать…
Вообще-то, назвать Андрюшу Попова рвачом, скупердяем или стяжателем язык вряд ли у кого повернется. Но вот в том, что касается еды, жадность Попова переходит все границы. Если бы ему позволили, на безропотного Дакшу криминалист загрузил бы все съестные запасы, которые смог найти в охотничьем лагере. Вот только в Сенины планы это не входило. Мой хозяин разрешил Андрею взять с собой лишь пару копченых оленьих окороков да бурдюк слабенького вина. Попов попытался было возразить, что такую ораву минимальным запасом пищи не прокормишь, но Рабинович остался непреклонен, и криминалисту пришлось смириться.
Собственно говоря, на этом все сборы и были закончены, если не считать поисков Ахтармерза. Наш трехглавый истребитель насекомых так увлекся охотой за богомолами, скорпионами и прочей членистоногой живностью, что, пока мои менты решали нашу дальнейшую судьбу, умудрился потеряться в джунглях, в паре сотен метров от лагеря.
Наш трехглавый истребитель насекомых так увлекся охотой за богомолами, скорпионами и прочей членистоногой живностью, что, пока мои менты решали нашу дальнейшую судьбу, умудрился потеряться в джунглях, в паре сотен метров от лагеря. Когда я его нашел, он безутешно ревел, звал маму и клятвенно обещал кому-то больше никогда не ходить в лес без компаса. Меня Горыныч от счастья попытался вылизать, но я успел отскочить подальше. Все-таки пахнет у него изо рта отвратительно, а мне сейчас обработка сероводородом вкупе с утратой нюха совершенно не требовались.
После того, как Горыныч был возвращен в лоно семьи, то бишь в нашу дружную компанию, к переброске во владения Брахмы все было готово. Сам переход вновь прошел обыденно, без всяких спецэффектов. И если раньше мы на довольно большой срок теряли сознание после таких прыжков, то в этот раз отделались лишь легким головокружением и небольшой тошнотой. Хотя, глядя на Попова, такое утверждать было просто невозможно. Андрюша выглядел так, будто только что побывал в лапах инквизиторов. Он бы, наверное, простонал еще часа полтора, тряпичной куклой валяясь на траве, но Сеня рявкнул на криминалиста, и тому пришлось вставать.
