Он очнулся на прежнем месте, наполовину зарывшись в грязь и стебли растений. Его руки беспрестанно шарили по лицу и по телу, ощупывая новые формы. Вздутые суставы. Пустота на месте исчезнувших яичек и пениса. Череп Луиса потерял жесткость, расширился, затвердел вновь, оставляя незначительный костный гребень. Его лицо превратилось в твердую маску, а губы слились с деснами и окостенели. Нос увеличился в размерах. Настоящее чучело. Зато у него появилось почти волшебное обоняние.
Ха! Он решил ее, эту загадку носов.
Человеческий нос крючковат, потому что должен удерживать для пловца пузырьки воздуха. Обезьяны не имеют крючковатых носов, потому что не плавают. Люди до некоторой степени развиты для всех сред обитания, включая и воду: большая часть их кожи голая, как гладкая кожа дельфинов.
Судьба на самом деле предназначала человечество для водной среды.
Бридеры в значительной степени теряют свое обоняние, иначе оно доводило бы их до безумия. Они убивали бы любого незнакомца, который прошел близ их детей, даже докторов и учителей. Они защищали бы своих детей от всего , сводя и их с ума.
Нос Луиса подсказал ему, что гигантский бастион Предконечного свободен от врагов. Единственной формой жизни здесь были обитатели нор и местные аналоги насекомых. И еще здесь держался старый неприятный запах, который, казалось, ударял прямо в глубину его мозга.
Луис взглянул на часы-татуировку на тыльной стороне руки. Вздувшиеся суставы пальцев и запястий исказили цифровой индикатор. Но тот по-прежнему показывал время Каньона. Луис сделал подсчет и обнаружил, что потратил попусту почти два фалана. Слишком много. Но это соответствовало тому, что он смог припомнить сто пятьдесят один тридцатичасовой день, проведенный здесь. А старая запись из архивов АРМ сообщала, что Джек Бреннан превратился в защитника гораздо быстрее.
Что-то затормозило его метаморфоз.
Он попытался встать, уже догадываясь о причине.
Он не мог стоять прямо. Он начал есть желтый корень, излечившись только частично. И теперь телесные повреждения «вмуровало» в его новое обличье. Он стал защитником, но калекой. Его колени, ноги, бедра, а также ребра с левой стороны были искривлены, а тело было почти лишено жира, который выгорел за чересчур долгое пребывание в спячке.
Он поплелся, прихрамывая, через висячий сад, учась всем движениям заново. Защитник, не способный сражаться. Он потянулся за кем-то, напоминавшим барсука, и поймал его за лапу — просто потому, что существо было слишком медлительным по сравнению с ним. Луис торопливо съел его — и решил, что этого достаточно.
Внизу, на глубине нескольких этажей-пандусов от него, виднелся обгоревший и полуоплавившийся сервисный трансфер. Ковыляя, Луис спустился и осмотрел его. Разумеется, тот уже остыл. Он попытался открыть панель управления, но раскаленный металл плотно заварил ее.
Превозмогая боль, он забрался на трансферный диск. Ничего не произошло.
Его кулак с силой опустился на обод диска.
Марс под ногами! Он изогнулся, торопясь ударить снизу вверх по перевернутому трансферному диску, и успел это сделать прежде, чем свалиться с него. Минуту спустя он уже стоял на руках в поле высокой травы. Он очень быстро (где же Мелодист?) опустился на ноги и обнаружил, что находится под синей полусферой, в том самом саду «древа жизни», где он убил Тилу Браун.
Мелодист?
Никаких признаков.
Тогда он открыл панель диска и начал манипуляции с системой управления. Сначала самое важное.
В Великом Океане имелось судно длиной почти в милю. Много веков назад на океаническом корабле «Тайный Патриарх» кзины приплыли покорить Карту Земли, и на этом корабле находился трансферный диск. Луис не помнил его код, но все-таки смог его найти.
Луис не помнил его код, но все-таки смог его найти.
«Тайный Патриарх». Луис был взвинчен и сосредоточен, готовый бороться или умереть.
Но ничто не нападало на него. Он различил бронзовую фрактальную паутину на ржавой железной стене: одну из наблюдательных камер Хайндмоста. Никакой другой охраны, похоже, не было.
«Тайного Патриарха» он оставил почти у самого основания краевой стены на правом краю Мира-кольца. Масштабы здешнего ландшафта уменьшали человека до размера протона. Горы высотой с Эверест, зеленые от буйной растительности, цепью обрамляли подножие стены. Оползающие горы были нагромождением придонного ила и почти целиком состояли из удобрений.
Библиотекари никуда не переместили корабль. Хайндмост как-то сказал, что все они вернулись домой. Вполне возможно, «Тайный Патриарх» сейчас пустовал.
Луис щелкнул тумблером, выводя диск из общей сети. Теперь никто не мог добраться до него.
Теперь у него было время подумать. Его воспоминания были туманными и путаными… воспоминания бридера о всей его долгой жизни. Зато воспоминания последнего прожитого часа были кристально ясными.
Казалось, то время, когда Луис изучал созданную Хайндмостом карту системы трансферных дисков, давно кануло в вечность. И вот теперь он мысленно вернулся в него, чтобы припомнить их настройки и места размещения. Большая часть этих сведений была уже утеряна… но ему был нужен диск, совсем недавно введенный в эксплуатацию. Память и логические размышления выдали ему сведения о системе, по которой Хайндмост задавал настройки трансферных дисков. Интересно, сохранил ли Мелодист ее в прежнем виде? Но общая система лишь подсказывала Луису множество возможных настроек, среди которых предстояло найти верную.
Ему очень пригодился бы гермокостюм.
Возникнув на борту «Раскаленной иглы дознавателя», он закричал:
— Эй, «Глас Хайндмоста»! Это Луис! — Его голосовые связки изменились, но он заставил свой голос звучать как голос Луиса Ву.
— Не двигайся. Ты не Луис Ву, — произнес бесстрастный голос автопилота, звучавший в точности как голос Хайндмоста.
Луис замер. Он находился в отсеке экипажа. На мгновение он подумал о привычной еде, о душе, о смене одежды, но сейчас это не имело никакого значения. И он сказал:
— Передай Хайндмосту, что Луис Ву стал защитником. Мне нужно поговорить с ним.
— Луис? Я ведь предупреждал тебя! — сказал все тот же голос.
— Я помню. Можешь не сообщать мне, где ты. Я пришел за скафандром. Ты следил за Пограничной войной? Что-нибудь произошло?
— Ракета из антивещества разрушила один из реактивных маневровых двигателей на краевой стене, — сообщил голос кукольника. — Тридцать восемь местных дней тому назад. Взрыв был гигантский: не только взрыв антивещества, но и несколько тысяч тонн подсжатой плазмы управляемой ядерной реакции этого двигателя. Оползающие горы расплавились. Я так и не смог узнать, чьих рук это дело. Мне казалось, что за этим должен последовать хаос, и уже подготовился к отлету, но ничего страшного не случилось.
— Эти коррекционные двигатели всегда были уязвимы. Теперь Мелодисту придется установить там что-то другое. — Мысли Луиса опережали его речь. — Строители Мира-кольца считали эти двигатели не более чем временным средством фиксации и безопасности. Они создали сверхпроводящую решетку, чтобы вращать всю систему за счет магнитного взаимодействия, отталкиваясь от солнца. Мелодист в курсе этого.
— Ты лишь предполагаешь.
— Мои предположения верны. Я защитник. Помоги мне, Хайндмост, и я верну тебе твою собственность.
