— Теперь понятно, — сказал Мелодист, — почему наше путешествие было коротким. Мы находимся слишком близко от солнечной массы…
— Внутри все той же сингулярности, — сказал Луис.
— Не думаю, что здесь вообще присутствует некая математическая особенность. Я обнаружил упоминания о детекторе масс в библиотеке Хайндмоста. Ты когда-нибудь пользовался им?
— Один из них находится прямо перед тобой. Но он работает только при гиперскоростях.
— Вот это? — Хрустальная сфера, неактивная в данный момент. — И что, по-твоему, можно с ее помощью обнаружить?
— Звезды.
— Свет звезд?
— Нет… Детектор массы — это псионическое устройство. Ты получаешь ощущения, но они отличаются от твоих обычных восприятий. Звезды кажутся гораздо больше, чем должны быть, и ты словно бы видишь сразу всю солнечную систему.
— Ты уже ощущал вот это . — Мелодист махнул рукой в сторону записанного изображения, где неоновая краска будто прорывалась сквозь написанную маслом картину. — Темная материя. Потерянная масса. Приборы, имеющиеся в эйнштейновском пространстве, не могут обнаружить ее, но она скапливается вблизи звезд, этой самой области, которую ты называешь гиперпространством. Темное вещество увеличивает массу галактик, воздействует на их вращение…
— И мы прорвались сквозь него?
— Неправильное представление, Луис. Мои приборы регистрируют не всякое сопротивление движению. Впрочем, это мы проверим позже. Картина станет несколько иной, если это достигнет нас. (Это относилось к темно-фиолетовой, похожей на головастика тени.) В этой вселенной мы повсюду находим жизнь. Нужно ли удивляться, если это может быть справедливо и в случае темной материи? Могут в ней появиться хищники?
Возможно, Мелодист и в самом деле сумасшедший .
— Так ты предполагаешь, что корабли, использующие гиперпривод вблизи звезды, пожираются ?
— Да, — ответил Мелодист.
Безумие . Но… Хайндмост продолжал работать с записями, сделанными оборудованием «Иглы», и даже не вздрогнул при упоминании о хищниках, пожирающих корабли.
Безумие . Но… Хайндмост продолжал работать с записями, сделанными оборудованием «Иглы», и даже не вздрогнул при упоминании о хищниках, пожирающих корабли.
Кукольник уже давно знал об этом .
— Я ведь только на долю мгновения перешел в режим гипердвижения, — заметил Мелодист, — но эти гипотетические хищники имеют только одну скорость, Луис, и очень высокую . «Сингулярность» — математический термин. Несомненно, здесь должна использоваться математика, но само это пространство — нечто гораздо более сложное, чем просто место, где решение уравнения дает бесконечность. Внутри этой трясины темной материи скоростные характеристики могут быть радикально понижены. И подтверждением тому является то, что мы живы.
— За нами наблюдают, — сообщил Хайндмост. — Приборы регистрируют дальномерные лучи телескопов и нейтринных детекторов АРМ и Патриархата. Корабли начали ускоренное движение во внутреннее пространство системы. На борту звездолета, прилетевшего сюда с Втянутых Когтей, — телепаты двух разных рас, но те пока не могут «дотянуться» до нас. Я обнаружил укрывающийся в группе комет флагманский корабль кзинов «Дипломат». Эти кометы находятся от нас на противоположной стороне солнечной системы, на расстоянии семи световых часов, и они удаляются. Мелодист, у тебя есть план?
— У меня есть простейшая его часть, — сказал защитник-Упырь. — Нам нужно выйти в открытый космос и понаблюдать за ходом Приграничной войны. Давайте подождем, пока наша скорость позволит нам оказаться за пределами опасной зоны, той самой области «темной материи», где обитают хищники. Затем скакнем через всю систему в режим гиперскорости. Приблизимся к «Дипломату» с другой стороны. А там посмотрим.
Прошло несколько часов. Участники Пограничной войны больше не пытались проверить средства защиты «Иглы». Когда солнце превратилось в сверкающую точку, а Мир-кольцо стал едва ли больше этой точки, Мелодист спросил:
— Хайндмост, а ты можешь непосредственно ощущать гиперпространство?
— Да.
— А я нет. Но раз ты не можешь управлять полетом из-за страха, вести «Иглу» должен я.
Кукольник распутал клубок своего тела и взялся за управление кораблем.
— Куда лететь?
— Доставь нас в точку на расстоянии десяти световых минут от последней позиции «Дипломата».
Человеческие существа не могут заглянуть внутрь Мертвой Точки. Большинство из них тут же сойдет с ума. Некоторые смогут воспользоваться детектором массы, чтобы следовать через гиперпространство, сохраняя здравый рассудок. Отдельные представители кзинов могут ощущать гиперпространство непосредственно; женские особи с такими свойствами были приняты в клан Патриарха с полтысячи лет назад.
На этот раз не было ничего. Ни темноты, ни бесцветной серости, вообще никаких зрительных ощущений. Луис неуклюже шарил в отсеке экипажа, пока, наконец, смог нащупать корпус корабля.
— Луис, мне известно слишком мало, — сказал Причетник, — чтобы задать сейчас разумный вопрос.
— С нами все в порядке. Я вполне осознаю ситуацию. Сейчас мы используем гиперпривод — так же, как я это делал, когда было видно. Мы находимся за пределами… граничного пространства, — сказал Луис. — Я уверен в этом, даже если для этого следует отбросить все, что знал.
Всю свою жизнь он рассуждал категориями математической сингулярности пространства. В такой модели область тяжелых масс (звезд и планет) являлась неопределенной категорией гиперпространства. Корабли не могли войти туда.
— Сейчас мы выполняем стандартный маневр. Скорость у нас большая, так? Нас практически выбросило от Мира-кольца по направлению к солнцу; мы прошли мимо него и вышли во внешний космос. И до сих пор сохраняем ту громадную скорость, с которой удалялись от солнца.
Но Хайндмост перевел нас в режим гиперскорости, причем направленной в обратную сторону — так, чтобы мы оказались на противоположной стороне нашей системы. Мы выйдем из гиперпространства с той же самой скоростью, с какой двигались прежде, но теперь будем лететь обратно к солнцу и Миру-кольцу.
— Мы уже вышли, — сказал Хайндмост.
Они находились в черном пространстве, с единственной сверхъяркой звездой. Их движение с гиперскоростью длилось почти пять минут.
— Пограничная война до сих пор не затрагивала такие дальние окраины. Некоторое время мы будем в безопасности. Вектор нашей скорости сейчас направлен внутрь системы, прямо на «Дипломат». Нужно провести всю операцию за десять минут, прежде чем «Дипломат» сможет обнаружить поток наших нейтрино и излучение Черенкова.
— Дай мне полную картину, — приказал Мелодист.
Десять световых минут соответствуют расстоянию, большему, чем расстояние от Земли до Солнца. Вновь возник виртуальный экран с электронным расширением изображения, и на нем появилась, покачиваясь, свободно плавающая комета. Затем изображение было увеличено еще раз…
«Линза» из стекла и стали, выглядывающая из своего «кометного гнезда», являла собой флагманский корабль кзинов «Дипломат».
Более крупной сферой, только что возникшей перед ними, был «Большой риск». И он становился все ближе.
Мелодист лишь мельком глянул на экран.
— Через несколько минут они встретятся. У нас есть время. Хайндмост, покажи нам, что мы записали в течение последнего гиперскачка.
