Дюжина детей забралась в спасательный шар, и еще больше их толпилось снаружи, вокруг. Хануман дурачился с ними. Все они отодвинулись подальше, когда Луис заворочался и проснулся.
Он улыбнулся, разглядывая стену из белого меха и двух дюжин глаз.
— Привет всем, — сказал он.
Несколько голосов ответили. Но его переводчик промолчал.
В верхней половине тела (левая рука, ребра) боль почти исчезла. Интересно, задавался он вопросом, долго ли он пробудет таким, как сейчас. Если Роксани и этот умник-защитник научат друг друга своему языку, то защитник перестанет говорить на местном диалекте, а значит, в перспективе Луис не сможет пообщаться даже с этими детьми.
Но Роксани и умник уже возвращались, и Готье держала за руку Вемблета.
Они не смогли пройти через толпу к спасательному шару. Но проталкиваться не стали. Защитник начал что-то объяснять, указывая на Вемблета и на людей. Дети, находившиеся внутри, не могли слышать его объяснений, поэтому спешно выбрались наружу. Вскоре, примерно через минуту, умник отправил Вемблета и Роксани внутрь, приказал четырем остававшимся там детям выйти и закрыл шар.
Роксани с ненавистью смотрела вслед защитнику, который уходил, прыгая по перекладинам решетчатой структуры грузового отсека.
— Разговор не получился, — с горечью сказала Роксани.
— Переводчик не справился?
— Переводчик работает замечательно, но ему просто-напросто нечего переводить.
— Ты сохранила все секреты АРМ? — спросил Луис.
— Она тоже молчала как рыба! Да, это «она» — вот все, что я узнала. И еще, что ее имя Прозерпина.
Вемблет, стуча зубы, с трудом заговорил. Его переводчик сообщил:
— Мы отправляемся на очередную прогулку.
— А ты готов к этому? — спросил его Луис.
Тот резко вздрогнул.
— В последний раз я просто обмочился. Спасибо, что вы этого не заметили.
Луис принюхался. Воздух внутри шара оставался неизменно чистым и свежим.
— Защитники построили отличные машины, — сказал он. — Нам здесь будет неплохо. — Он заметил, что умник вошел в кабину корабля.
Гравитация исчезла.
— Нам здесь будет неплохо, — повторил он.
«Рыба-луна» снялась со скалы и взмыла вертикально. Голубое небо потемнело до черноты.
— Я понял, как функционирует этот корабль. Гравитационное управление… — сказал Луис.
— Магнитное, — решительно поправила Роксани. — Должно быть, использует решетку. Льюис, в основании Мира-кольца имеется сверхпроводниковая решетка. Используя магнитный движитель, корабль словно бы отталкивается магнитным полем от Мира-кольца. Как будто ты путешествуешь, оставив двигатель дома. Я чувствую, как у меня волосы встают дыбом. А ты?
— Да, но я имел в виду гравитационное поле в кабине. Оно очень мощное, но работает неровно. Почему эти вишништи не стабилизируют его? Мне кажется, они чрезмерно самонадеянны и не проводят предварительных испытаний того, что создают. Они делают все сразу же.
— И ты во всем этом разобрался, малыш?
Луис вспыхнул.
— Хорошо, пусть это будет магнитное поле. Если все время следовать структуре сверхпроводящей сети, можно получить почти бесконечную дальность путешествия и огромное ускорение. И это же самое поле можно использовать в качестве оружия. Сбивать ракеты и корабли. Оно же используется как послание.
— Послание?
— «Не могу напасть на тебя». «Только обороняюсь». Как крепость. Вот так.
— Гм-м-м.
«Только обороняюсь». Как крепость. Вот так.
— Гм-м-м. Или просто: «Держитесь подальше».
— Мы вновь падаем! — воскликнул Вемблет. — Роксани, куда мы направляемся?
Она лишь покачала головой.
Они пересекли диковинным образом изрезанную береговую линию, многочисленные причудливые узоры заливов и побережья, и оказались над океаном. Над океаном и над рассыпанными в нем мелкими островами. Но думать о них как об островах можно было, только ничего не разглядеть в их движении на такой огромной скорости: на самом деле это были полноразмерные карты целой планеты.
Близ побережья Противоположного Океана эти группы островов казались укороченными перспективой. Во всех других отношениях это были повторяющиеся карты одной и той же планеты. Один вытянутый континент имел протяженный горный хребет; четыре меньших по размерам материка окружали архипелаги разбросанных мелких островов, расположенных от континента в сторону против вращения; все имели четко выраженную неоднородную структуру. И если бы потребовалось сообщить кому-то (скажем, Мелодисту при наличии подходящих средств связи), где вы, как бы вы вышли из положения?
Но тени отличались. Полосы, крапинки и неправильной формы пятна были только возле некоторых островов.
— Это Второй Океан! — сказала Роксани. — Как ты думаешь, мы летим к одной из этих Карт?
— Наверняка. Что ты можешь сказать об этих тенях, Роксани?
— Мы слишком высоко, чтобы что-то разобрать.
Луис промолчал. Что мог знать об этом «Льюис Тамазан»? Но там, где всегда полдень, теней быть не должно, и Луис Ву посчитал это странным.
— Льюис, Вемблет, — сказала Роксани, — вы знали, что на Мире-кольце два океана? Все миллиарды небольших мелких морей с изрезанными берегами, как и триллионы извилистых рек, существуют только для того, чтобы образовывать множество отдельных удобных бухт и фиордов. Но при этом есть еще два уравновешивающих друг друга океана — один, на котором расположены модели множества населенных миров известного космоса, хорошо известное тебе место, Льюис, и вот этот, с одной бесконечно повторяющейся Картой. Вероятно, это какое-то конкретное место , изображенное в масштабе один к одному, но оно не входит в число планет, известных АРМ.
Луис расхохотался.
Роксани пристально посмотрела на него и сказала:
— Здесь тридцать две Карты, и все они отображают одну и ту же планету! Так что после приземления мы по-прежнему не будем знать, где находимся. Разве это не должно было удивить тебя?
— Да. Но разве у АРМ нет ни малейшего представления о том, как выглядит родная планета расы пак?
— Зона нескончаемой войны. Каждый из защитников-пак хочет, чтобы миром управляла именно его генетическая линия. Я просто-напросто повторяю содержание инструкций, — сказала Роксани. — Вот все, что мы узнали от одинокого защитника-пак через посредство Джека Бреннана. Вначале он был зонником и только потом стал защитником, которому, к сожалению, уже нельзя полностью доверять. Так что — нет, нам не известны формы континентов на родине пак. Может быть, они уже изменились. Эти существа очень могущественны.
Наш умник… она … похожа на те скелеты бридеров пак, которые мы находили в Азии и Африке. Так что откуда она здесь? С родины расы пак? А может быть, с Карты Земли? Льюис, ты ведь говорил, что Карта Земли была родиной бридеров пак.
«Рыба-луна» спускалась к архипелагу островов около лежащего против хода вращения побережья океана… может быть, в пятидесяти тысячах миль от него. Общая картина затерялась в массе подробностей, когда земля надвинулась, чтобы принять их. Поверхность суши пестрела полукружиями и просто пятнами тени… но откуда здесь взялись тени, если солнце прямо над головой? Они выглядели почти как пиктограммы или некие странные надписи.
Вдали, ближе к центру континента, поблескивала одинокая вершина. Жилище? С оконными проемами?
Зернистая структура поверхности превратилась в сложную структуру из кругов самых разных размеров, как будто земля здесь была побита метеоритами. «Рыба-луна» плавно пронеслась над лесом, замедляя скорость. Луис узнал цепочки зарослей коленчатого корня и другую знакомую ему растительность.
