Первые шесть дней плавания прошли спокойно, единожды в отдалении были замечены паруса — капитан определил, что мы видим торговое судно, идущее встречным курсом на северо-восток, к побережью Моравии. Кратчайшая морская трасса, связывающая два континента, оживленной вовсе не выглядела, что немало озадачивало Вольфа и помощника Мильха: лето заканчивается, разгар сезона! Вскоре начнутся осенние шторма, нам должны встретиться минимум семь-восемь кораблей! Это настораживает.
Кратчайшая морская трасса, связывающая два континента, оживленной вовсе не выглядела, что немало озадачивало Вольфа и помощника Мильха: лето заканчивается, разгар сезона! Вскоре начнутся осенние шторма, нам должны встретиться минимум семь-восемь кораблей! Это настораживает.
Закончилась неделя от выхода с Кирены. Нетико разбудил меня ранним утром, сообщив, что судно оказалось в полосе абсолютного штиля, ни единого движения воздуха. «Громовержец» и готийцы дрейфуют по океанскому течению, медленно относящему нас к северу — ладьи могли бы идти на веслах, но только не корвет.
— А знаешь, что самое странное? — взглянул на меня Нетико. — Еще до рассвета капитан неожиданно объявил общую тревогу, весь экипаж на ногах. Готийцам просигналили встать борт о борт и держаться как можно ближе к «Громовержцу». Я никакой внешней угрозы не замечаю — атмосферное давление не меняется, значит ждать резких перемен в погоде и сильной бури нет оснований. Других кораблей поблизости не наблюдается, возможность неожиданного нападения исключена. Одевайся, меня не оставляет скверное предчувствие.
— С каких это пор искусственный разум начал «предчувствовать», а не прогнозировать события на основе глубокого анализа?
— Переобщался с людьми. Поторопись…
Весь офицерский состав «Громовержца» собрался на мостике, лица озабоченные и хмурые. Паруса убраны, хотя по логике следовало бы ловить малейшее дуновение ветра.
— Что стряслось? — Я тронул капитана за плечо. Вместо обычной подзорной трубы в руках Вольфа был темно-серый визор со встроенным радаром и лазерным дальномером.
— Пока не знаю, — сквозь зубы процедил капитан. — Но уж точно ничего хорошего. Наши приборы будто сбесились, больше часа показывают незнамо что — спонтанные изменения гравитационного поля в локальных областях, сейсмическая активность на океанском дне, подъем холодных масс воды с большой глубины на поверхность. Эпицентр приблизительно в семидесяти милях к югу. И еще этот проклятый штиль — дурной знак.
— Почему?
— Вспомните, ваша светлость, что я недавно говорил о непонятных явлениях в океане Меркуриума. Явлениях, неразгаданных нами за столетия. Пример перед вами — никто из Торговцев прежде не видел ничего подобного.
— Я, признаться, вовсе ничего не вижу, — ответил я и, приложив ладонь козырьком ко лбу, оглядел горизонт. Бескрайняя водная гладь, ни единого облачка, солнце начало припекать, несмотря на раннее утро.
— И тем не менее, — недовольно буркнул Мильх. — Принюхайтесь.
— Озон, — подсказал Нетико. — Содержание озона в воздухе впятеро против нормы. Предположительно…
Что именно предполагал ИР, осталось неизвестным, поскольку неподалеку от корабля шарахнуло так, что я едва удержался на ногах. Уши заложило.
Молния. Гигантская, толстая, как столетнее дерево, зеленая молния, извергнутая океаном и метнувшаяся в небо. По воде пошли пузыри, хотя разряд ударил минимум в полукилометре от корвета.
— Очень эффектно. — Я расслышал заинтересованный голос Нетико. — Триста мегаватт, по моим оценкам. Капитан, вы хотите сказать, что электрические явления подобного типа в меркурианских морях — дело обыденное?
— «Океанская гроза», — потрясенно выговорил Вольф. — В морском фольклоре можно отыскать смутные упоминания.
— В морском фольклоре можно отыскать смутные упоминания. Я раньше не верил — так ведь не бывает!..
— Привелась возможность убедиться лично, — сказал Нетико. — Глядите, снова!
Необычная гроза закончилась очень быстро: я насчитал шесть мощнейших разрядов, сопровождавшихся пушечными ударами грома. Затем все стихло, однако далеко на юге вдруг появилась неясная полоска — внизу темно-синяя, наверху ослепительно-белая.
— Приливная волна, последствия подводного землетрясения, — незамедлительно определил Мильх. — Здесь волна не представляет большой опасности, только вблизи побережья. Мы развернуты к волне носом, запросто «перепрыгнем» через нее. Не рискуйте лишний раз, герцог, возьмите страховочный конец…
Старший помощник перебросил мне тросик с карабином, его следовало прицепить к поясу. Тишина штиля уступила место низкому гулу, волна приближалась стремительно, вставая стеной — ее гребень был выше мачт корвета. Зрелище жуткое, но капитан выглядел невозмутимо, вероятно не впервые сталкивался с возникающими в океане цунами.
Водяная масса подбросила «Громовержца» к небесам, затем корабль ухнул вниз, за гребень волны, на краткий миг появилось ощущение невесомости. За первой волной шли несколько меньших — я подумал, что из космоса этот катаклизм выглядел подобно расходящимся по озерной глади кругам от брошенного в воду камня.
На юго-востоке образовалась туманная дымка, на поверхность океана словно бы легло огромное облако — готов поклясться, несколько минут назад его не наблюдалось! Был различим приглушенный грохот, облако подсвечивалось изумрудными, синеватыми и темно-малиновыми сполохами: «гроза наоборот» продолжалась далеко в стороне. Начал подниматься ветер.
— Чертовщина, иначе и не скажешь, — ворчал капитан, поднося к глазам визор. — Допустим, мы наблюдаем природную энергетическую активность — эти явления отмечаются во время извержений наземных вулканов, подводные выбросы лавы — не исключение. Глубины в этом районе немалые, до восьми миль; каким образом молния, пусть даже трехсотмегаваттная, преодолевает такую немыслимую толщу воды?
— Это решительно невозможно, — подтвердил Нетико. — Выдвигаю более приемлемую версию: разряды искусственные. Точнее, их порождает некий объект — неважно, механический или живой, — находящийся близко к поверхности. Сонар когда последний раз проверяли?
Мильх обменялся с лейтенантом понимающим взглядом. Оба бросились к трапу, мы с Нетико вслед.
Технологический комплекс, расположенный на корме «Громовержца», в маленькой каюте по соседству с капитанскими апартаментами, выполнял разведывательные и оборонительные функции: мониторинг окружающей среды, слежение за посторонними объектами, а в случае необходимости — управление огнем из корабельных орудий, замаскированных под обыкновенные пушки, высочайше дозволенные к использованию в меркурианских флотах Советом Первых. Полученные от средств наблюдения данные заносились в память псевдоразума, готового в любой момент дать людям отчет о событиях последних часов.
— Ерунда, — яростно замотал головой старпом, просмотрев выкладки управляющего комплексом ИР. — Бред, бессмыслица и злонамеренная ересь! Машина попросту сломалась!
— Разрешите взглянуть. — Нетико аккуратно подвинул Мильха в сторону. — Никто не против, если я подключусь к системе и проведу диагностику? Тогда и выясним, сломана ваша аппаратура или нет. Откровенно говоря, мне и самому не верится… Лейтенант, будьте любезны, снимите блокировку с приемопередающего устройства, временно я беру управление на себя.
Хватило двух минут. Андроид подтвердил: показания точны, никаких ошибок или сбоев. Старпом, да и мы с Гофером отвесили челюсти.
