— То есть связь односторонняя?
— Да. Совет Первых отслеживает использование высоких технологий на планете и не одобряет любые виды передачи сигналов, за исключением форс-мажорных ситуаций… Маячок даст знать, где ты находишься, а дальше я попробую что-нибудь предпринять.
— Например?
— Не знаю. Появлюсь сам, пришлю автоматический челнок с базы «Доннар», попытаюсь выйти непосредственно на Нетико — у андроида есть приемо-передающее устройство. Запомнил? Только в крайнем случае — я не хочу, чтобы следящие станции Совета засекли непонятный источник сигнала. Незачем привлекать внимание, мы не в том положении…
— Не понимаю, чем ты сможешь помочь нам, если произойдет нападение, подобное ночи Тройного затмения? Лучше бы помог современным оружием.
— Вполне хватит твоего плазменного пистолета. Тема закрыта. Я даже не имею права отдавать тебе монету, это оборудование предназначено для сотрудников Университета! Если кто узнает, меня в лучшем случае уволят.
— Вполне хватит твоего плазменного пистолета. Тема закрыта. Я даже не имею права отдавать тебе монету, это оборудование предназначено для сотрудников Университета! Если кто узнает, меня в лучшем случае уволят.
— А в худшем?
— В худшем мне никакие гаджеты не помогут. Совет Первых не прощает ошибок. Таким образом, ты пока остаешься в Баршанце, я постараюсь навестить вас через месяц, проверить, что надумали Зигвальд сотоварищи.
— Значит, на совет рода не останешься?
— Это было бы вопиющим нарушением местного этикета. Я чужак, инопланетянин, а к алхимикам меркурианцы всегда относились не слишком приязненно. Чувствуют, что мы прибыли на планету не только для того, чтобы заниматься фармацевтикой и практической медициной. Слушай, запоминай, советуйся с Нетико — его разум хоть и искусственный, но соображает ИР куда лучше людей. Быстрее. Постарайся прижиться и понять, чего конкретно хотят готийцы…
— Предполагаешь сделать меня своим агентом в Готии?
— Пойми балда, сейчас мы работаем сами на себя. Если случится что-нибудь непредвиденное и крайне опасное, остаться в живых мы сможем только обладая нужной информацией. Кто осведомлен — тот предупрежден.
* * *
Николай ушел вечером 9 августа — оставил свою лошадку в конюшне Берлоги, забрал невеликий мешок с вещами и попросил меня и Нетико не беспокоиться: в нескольких километрах от крепостишки алхимика подберет челнок.
Дом был наводнен незнакомыми людьми, благородными и приехавшими с ними простецами. Места хватило всем, наиболее знатных и родовитых поселили в центральной башне, некоторые поставили во дворе шатры, прочих устроили в общинных домах. Четверо родственников Жучка оказались самыми настоящими язычниками: они приперли с собой на телегах «походных» идолищ, поставили их возле тына и принесли в жертву истуканам нескольких овец. Готийцы-христиане смотрели на поклоняющихся Вотану и Доннару сородичей без всякой враждебности — веровать в других богов никто не запрещает.
Я бродил по усадьбе как неприкаянный. Конечно, со мной были вежливы, а Зигвальд приставил троих слуг-простецов, заодно выполнявших роль телохранителей. Командовал ими рыжебородый Гунтрамн, здоровяк этнического типа Норд-II, тот самый, что отличился в ночь Тройного затмения и очень помог мне руководить обороной Берлоги после ранения Зигвальда и Теодегизила.
Впрочем, по сравнению с Нетико даже самый рослый и сильный простец выглядел сущим заморышем. Получив возможность передвигаться и действовать самостоятельно, ИР пользовался ею на полную катушку — если раньше коробочка ПМК всегда находилась при мне, в кармане или прицепленная на рукав, то сейчас андроид исчезал на долгие часы, а вечером оправдывался: изучаю обстановку, завожу нужные знакомства, присматриваюсь и систематизирую полученные данные.
— Я полностью изучил готийский диалект, — хвастался Нетико. — Несомненно, это искусственный язык, воссозданный по древним земным образцам. Классический немецкий или латынь используются как языки всеобщие, для того чтобы человек из сравнительно цивилизованного прибрежного Бьюрдала мог понять соплеменника, живущего в тысяче километрах к северу и одичавшего до уровня двух баллов по шкале Серкис-Ромма.
— Зачем это тебе? — уныло спросил я.
Мне очень не нравилось, что решения, скорее всего, будут приняты родственниками Зигвальда без моего участия и оглядки на мое личное мнение. Николай — соотечественник и человек, воспитанный близкой мне цивилизацией! — бессердечно оставил нас с Нетико среди малознакомых людей, что выглядело не слишком красиво с его стороны, а устремлений готийцев я доселе не понимал.
Николай — соотечественник и человек, воспитанный близкой мне цивилизацией! — бессердечно оставил нас с Нетико среди малознакомых людей, что выглядело не слишком красиво с его стороны, а устремлений готийцев я доселе не понимал. Зигвальд пока отказывался что-либо объяснять.
— Хочу понять образ мыслей и подоплеку поступков туземцев, — объяснил Нетико. — Их логику, общие стереотипы поведения.
— Успешно?
— Более чем. Все их действия направляет страх. Страх тщательно скрываемый, возможно подсознательный, инстинктивный. Готийцы очень напуганы и предрекают скорое падение всех прежних устоев, разрушение привычного им мира, хаос и…
— О боже! — Я едва не взвыл. — Еще одно слово про Конец Света, и я…
— Помолчи, — жестко оборвал меня Нетико. — Вот тебе простые и доступные выводы: почему-то именно на севере континента «Легенда» окончательно вышла из-под контроля. Среда обитания постепенно становится неприемлемой для человека, это означает, что Готию придется… кхм… эвакуировать. То есть люди вынуждены будут переселяться к югу, за Танвальдский хребет, где их никто не ждет. Как следствие — военные столкновения. Искусственная полуразумная жизнь начала вытеснять своих создателей, образуя экосферу, в которой нет места человеку. Когда «мистические» существа заставляют тебя покинуть дом, принадлежавший предкам, и уйти, это ли не апокалипсис? Теперь понимаешь?
— Не совсем.
— Ты тупеешь на глазах! Проснись! Сегодня Готия, завтра Остмарк, послезавтра кто? А через полгода? Людей сбросят в океан? Поголовно вырежут? Любая жизнь, включая искусственную, не терпит конкурентов. Малочисленных и слаборазвитых неандертальцев на Земле вытеснили и истребили более сильные кроманьонцы…
— Не вижу параллелей с Меркуриумом. Людей тут много, они вооружены и будут защищаться.
— Много? — изумился Нетико. — Два с половиной миллиона дворян! И миллиард с небольшим клонов, большинство из которых не способны действовать самостоятельно, только под руководством благородных! Что говорил Николай? На планете обитают больше тысячи двухсот видов искусственных зверюг, по данным Университета — сто миллионов зарегистрированных особей! По четыре монстра на каждого homo novus! Часть животных размножается, другие, самые опасные, каким-то образом научились воспроизводить потомство партеногенезом и скрещиваться с менее вредоносными видами! Ты не заметил, что простецы чаще всего оказывают тварям лишь пассивное сопротивление и ждут защиты от дворян? Если чудовища начнут плодиться в геометрической прогрессии, то…
— Не кричи. — Я поднял ладони в примирительном жесте. — Объяснил бы сразу, а не говорил загадками! Выходит, они видят в людях только конкурентов? А законы трофической сети и экобаланса применимы и к граульфианским тварюгам?
