— Ой!
— А во-вторых… Алёнушка, может, хватит нам с тобой в остроумии состязаться? Все равно ты победила. Совсем победила, понимаешь?
Алёна уткнулась в его плечо.
— Угу. Только это все потом, ладно?
— Сначала мир спасать?
— Нет. Сначала купить мне что-нибудь менее экзотическое.
…Квартирка избранника умилила Алёну полнейшим несходством с ее собственной обителью. Скудно обставленная случайной рухлядью и все равно тесная, она была воплощением жизнерадостного бардака, еще недавно чуждого ее собственной суховатой упорядоченности. Это был другой мир — мир, где можно делать глупости и плевать на некоторые абсолютно необходимые, но такие скучные вещи. Дурачиться. Стрелять из рогатки в нарисованную на стене мишень. Жить без оглядки на тренды… Мир, в котором ей нужен был проводник. Хотя самому проводнику, отметила она, наблюдая забавные попытки Макара наскоро упорядочить этот первородный хаос, тоже не помешало бы руководство. Должен же кто-то научить его убирать шмотье в шкаф, а диски на специальную полочку из «Икеи».
Макар, не подозревающий об этих просветительских планах, успел переделать массу дел. Порылся в компьютере, отправил что-то на печать, попутно смахнул со стола кипу бумаг и гору мелкого хлама и принялся собирать пазл из пестрых листов, вылетающих из принтера.
— Алёна, вот карта района. Что скажешь, ты у нас самая умная.
Его умение мгновенно, без планирования и раскачки, приступать к делу было поразительно. Алёна подошла, склонилась над столом, упиваясь близостью его тепла. Макар ей нравился. Очень нравился. А еще постоянно обескураживал и поневоле напоминал, что быть «самой умной» — это еще не все.
Но что делать, если ты и впрямь умна! Умна, но недостаточно хитра, чтобы это скрывать! Сколько уже было разочарований, скольких она, умница, красавица, гордячка, переиграла по всем фронтам, сама того не желая…
Алёна тяжело вздохнула:
— Карта нам не поможет. Не гадать же по ней. Лучше порыться в Инете, поискать какие-нибудь необычности в Химках. Все-таки две великие сущности и двенадцать магов… Как-то они должны себя проявить?
Макар молчал и (Алёна робко подняла на него глаза) взирал на нее в восхищении.
— Алёнушка, ты просто чудо! Садись за комп, ищи!
Это ты чудо, мысленно спорила она, щелкая «мышкой». Чудо великодушия и терпения. А как выяснилось через несколько минут, еще и предусмотрительности.
— Макарушка, ты гений! — Она даже осипла от волнения. — Хватай карандаш, иди к своей карте, отмечай адреса.
Новости, блоги, «Живой Журнал»… Чудеса хлестали как из рога изобилия.
Восторженные описания штурма невидимой крепости на сайте игровиков. Контрольная закупка крупной партии кокаина, в руках экспертов обратившегося в соду и муку (стойкий эффект избавления от наркотической зависимости после однократного применения подтвержден документально).
Контрольная закупка крупной партии кокаина, в руках экспертов обратившегося в соду и муку (стойкий эффект избавления от наркотической зависимости после однократного применения подтвержден документально). Истерические сообщения о массовых галлюцинациях абсолютно добропорядочных жителей на улицах и в домах. Заметка в бульварном листке распоследнего толка: «Сенсация: из маленькой сестры — в большого брата!» Совсем уж темные и невозможные толки об ужасном приключении в районном морге… Когда Алёна выбралась из-за компьютера и присоединилась к Макару возле испещренной «флажками» карты, гадать уже было не о чем. Отмеченные адреса составляли почти правильный круг, в центре которого…
— Алёнушка, это же мой дом!
— Хочешь сказать, они прямо за стенкой?
— Не этот, другой дом, мой знакомый. Ну это детское, неважно… Да мы сегодня там были, вышли из сквера как раз к нему!
Они без разговоров кинулись в прихожую. Едва не бегом преодолели недальнее расстояние. И остановились в растерянности. Старый маленький дом выглядел до крайности обыденно. За этими окнами в цветочных горшках, за балконами, утопающими в ворохах пестрого белья и поломанных лыж, просто не могло таиться никаких других чудес и тайн, кроме простой человеческой жизни.
— У этого дома такой невинный вид…
— Это как раз самое подозрительное.
— Очень смешно!
Они медленно двинулись вокруг. В крохотном дворе было пусто, только двое детей о чем-то секретничали возле качелей. Растрепанная девчонка лет пяти, раскачиваясь, что-то горячо втолковывала мальчику раза в два ее старше и даже не заметила их появления. Мальчик, ужасно собранный и невозмутимый, был из тех, кто замечает всё и вся. Прическа и одежда у него были в идеальном состоянии, бледное лицо как с плаката, а взгляд, упавший на пришельцев, такой холодный, что Алёна даже поежилась. И почему-то остановила готового уйти Макара, раздосадованного, что «его» дом не оправдал ожиданий. Они сели на лавочку неподалеку от качелей. Пока Макар из чистого упрямства разглядывал окна и подъезд, Алёна напряженно вслушивалась в разговор детей.
Мальчик был облачен в серые брючки с безукоризненными «стрелками» и серую футболку, но вид имел такой, будто на нем накрахмаленная сорочка, застегнутая на все пуговицы. У девочки была расковырянная ссадина на коленке, загорелые плечи и наполовину расплетенные косички. Они совершенно не годились в собеседники — у них просто не было ничего общего. Или было?
— Ты пойми, одному плохо, одному никак нельзя, — втолковывала девочка. — Одному скучно.
— Мы это уже обсуждали, маленькая девочка по имени Даша, — откликнулся мальчик невыносимо культурным голосом. — Это нелогично. Мне не бывает скучно. Зачем ты все время качаешься?
— Так не бывает, чтобы один. Ты еще маленький.
— Я один. Я всегда один, — надменно провозгласил мальчик, и у Алёны внутри зазвенела туго натянутая струна.
— А если тебе грустно? Страшно? Хочется рассказать что-нибудь такое, особенное?
Мальчик пренебрежительно пожал плечами. Судя по его виду, разговор с малявкой не представлял для него ни малейшего интереса. Но он почему-то не уходил, сидел рядом как приклеенный.
— А с кем ты секретики закапываешь? Или мальчишки не делают секретиков? Тогда вышибалы, футбол…
— Я видел футбол, маленькая девочка по имени Даша. Очень глупо и нелогично. Перестань качаться.
— Это потому что ты снаружи смотрел, — заявила растрепа, продолжая раскачиваться.
— Надо внутри. Вот попробуй побежать.
— Зачем?
— Чтобы побежать.
— Это глупо.
— Сам ты глупый! — приговорила девочка. — А ну-ка, вставай.
Соскочила с качелей и потащила мальчика за собой.
— Вон дотуда наперегонки!
Алёна привстала, следя за удаляющимися детьми. Девчонка припустила, хлопая сандалиями и бесцеремонно волоча за руку своего унылого оппонента.
— Быстрее, а то обгоню!
Мальчик наддал, и оба скрылись за углом.
— Вертите вы нами, мужчинами! В любом возрасте. Алён, а что мы здесь сидим?
— Мир спасаем. Погоди, Макар.
Из-за противоположного угла дома дети вылетели совсем в другом порядке и настроении. Мальчишка — не оживший плакат, а нормальный, в меру взлохмаченный и расхристанный мальчишка — несся впереди. Большущие глаза сияли на восторженном и в то же время озадаченном лице. Девочка отставала, не особенно огорченная проигрышем.
— Я первый! — провозгласил мальчишка, взлетая на качели. — Я первый, значит, я лучший!
