Немного взбодрившись, Горыныч подналег и из последних сил спикировал на поляну неподалеку от белоснежного чертога олимпийцев. Тяжело упав, он конвульсивно задергал крыльями и лапами. Этот полет дался нашим ВВС весьма не просто. Воздушная мощь была явно на исходе.
Уже стоя на камнях, я отбил еще с десяток молний, прежде чем их сила стала понемногу иссякать. Наконец лезвие Кладенца рассекло последний бледно-зеленый электрический разряд, и все стихло. В тот же миг прекратился дождь и ветер, вновь, как ни в чем не бывало, выглянуло солнце. Это означало лишь одно — с нами заключено перемирие!
Пошатываясь, мы сцепились в единый кулак, готовые к любому развитию событий. Вместе с нами плечом к плечу стояли и Геракл с Иолаем. Мы ждали нового нападения, но его так и не последовало. Вместо этого к нам стала приближаться невесть откуда взявшаяся женщина в белых одеждах. На левом плече ее сидела пучеглазая сова. Вместо пояса талию женщины охватывала шипящая змея. В руке женщина держала щит из козьей шкуры с головой некой змеевласой страшилы. Женщину можно было бы назвать красивой, если бы не чересчур мужественные черты лица и твердая мужская поступь.
— Я рада приветствовать тебя на божественном Олимпе! — сказала она, смотря мимо нас на Геракла.
— И я рад видеть тебя, премудрая Афина! — склонил перед женщиной голову Геракл.
О! Вначале я познакомился с первым героем античной мифологии, а теперь и со знаменитой древнегреческой богиней мудрости и справедливых войн!
— Ты пришел к нам сегодня без разрешения, а за своеволие мы караем даже героев! — произнесла Афина с милейшей улыбкой. — К тому же ты привел к нам еще и варваров!
То, что у древних греков слово «варвар» якобы не имело оскорбительного оттенка, я где-то и когда-то читал, но в устах Афины оно звучало именно оскорбительно.
Вот и верь после всего этого умникам филологам!
— Они не варвары! — учтиво, но в то же время с достоинством ответил ей Геракл. — Они мои друзья, к тому же весьма просвещенные люди!
— Просвещенные варвары! Что-то новое! — Афина издевательски рассмеялась. — Это была бы хорошая шутка, Геракл, если бы сейчас было время для шуток! Иди, тебя ждет отец, он в большом гневе!
— А что будет с моими друзьями? — насупился Геракл.
— Ничего особенного! — жеманно передернула плечами могучая красавица. — Мы их вымоем в розовой воде и принесем в жертву громовержцу Зевсу!
— Не слишком ли ты молода, голубушка, чтобы меня, бабку, поджаривать! — неожиданно встряла в разговор старуха Эго.
— А это еще кто здесь? — гневно подняла брови Афина.
— Это я, потомственная ведьма! — дерзко подбоченилась старуха Эго. — А ты-то что еще за краля?
Я шикнул на нее, но было уже поздно. Обе уважаемые дамы начали переругиваться между собой так, что я скорее поверил бы, что слышу диалог двух базарных торговок, чем знаменитой богини и не менее знаменитой колдуньи. Старая ведьма обозвала Афину грязной дешевкой, предварительно спрятавшись за широкие спины Вышаты и Вакулы.
— Сама дешевка! Что, испугалась? — злорадно провозгласила Афина. — Но от меня не убежишь! Тебя, бабка, я отправлю на костер первой и ни в какой розовой воде мыть не буду! Это будет праведная жертва!
— Посмотрим еще, кто кого отправит! — выкрикнула из-за спин Эго. — Дрянь паршивая!
— От дряни и слышу! — не задумываясь, парировала Афина. — Да еще от старой и беззубой!
— Это я — то беззубая? — высунулась ведьма. — У меня еще целых три зуба имеется! А вот тебе-то я последние повышибаю!
— Цыц, вы обе! — прикрикнул я на спорщиц, и, к моему удивлению, обе сразу же затихли.
Настроение у меня было препоганое. Нет, я не особо боялся угроз Афины быть выкупанным в розовой воде. И не такое видывали! Сейчас меня волновало иное. Отношение олимпийцев к нам было явно враждебным, а это значило, что переговоры будут весьма тяжелыми. Но это понятно, коль мы пришли на Олимп не как парламентеры, а как воины. Пора было что-то предпринимать.
— Извини, златокудрая и целомудренная Афина, что не признал тебя сразу! — склонил я голову перед богиней. — Не гневайся, о великая, на меня и на моих друзей! Мы пришли издалека и не видели тебя раньше, хотя много слышали о твоей красоте, могуществе и уме!
По выражению глаз воинственной девы я понял, что столь велеречивое обращение ей понравилось.
— Кто ты, варвар? — спросила меня богиня, прощающе махнув рукой, в ее голосе я уже не уловил той агрессивности, что была минутой раньше.
— Я Посланник, я тот, Кто Открывает Путь, я бог Священного Меча! — перечислил я с достоинством все свои титулы и звания.
Слова мои произвели должное впечатление. Афина подошла ко мне вплотную и без всякого стеснения бесцеремонно оглядела с ног до головы. Так разглядывает редкостного жука любознательный натуралист. Вместе с хозяйкой пучила на меня свои круглые плошки и ее сова.
— А где твой знаменитый Меч? — спросила она.
— Как всегда, при мне! — Я выхватил из ножен Кладенец, и он осыпался каскадом искр.
— Да, это Священный Меч! — воскликнула Афина изумленно. — Я видела его много тысяч лет назад в канун битвы с титанами! Но откуда у тебя Священный Меч, когда даже боги не могут им владеть?
— Мне дало его Небо! — ответил я Афине и увидел, как на ее надменном лице мелькнул испуг.
— Да, это Священный Меч! — воскликнула Афина изумленно. — Я видела его много тысяч лет назад в канун битвы с титанами! Но откуда у тебя Священный Меч, когда даже боги не могут им владеть?
— Мне дало его Небо! — ответил я Афине и увидел, как на ее надменном лице мелькнул испуг.
Чего и кого испугалась всесильная богиня? Почему? Это так и осталось для меня загадкой. Спустя мгновение Афина уже справилась с собой, лицо ее приняло свое обычное надменное выражение.
— Что ж, я рада приветствовать нового бога в наших чертогах, но для начала мне хотелось бы узнать, зачем ты пришел к нам? — уже вполне примирительно вопросила Афина.
— Я пришел, чтобы положить конец вашей вражде с северными богами! Я пришел для того, чтобы прекратить войны и кровь между людьми на земле! — ответил я ей.
— Это слишком много для одного, даже если он и бог! — поджала губы богиня, а сова на ее плече оглушительно захлопала крыльями.
— На все воля Неба! — снисходительно бросил я ей, и Афина вновь заметно погрустнела.
Мои обращения к неведомому Небу производили на нее весьма сильное впечатление. Если так, то теперь я и во всех своих последующих переговорах буду прибегать к этому таинственному средству.
— Ты неплохо сражался с молниями Зевса! — перевела разговор на новую тему богиня мудрости и войны.
— Не скрою, Зевс доставил мне несколько малоприятных минут, — ответил я со всею возможной скромностью. — Хотя, разумеется, у меня бывали противники и посильнее!
Стоявший рядом Геракл глянул на меня с удивлением и, как мне показалось, даже с некоторым испугом. Афина ограничилась дипломатичным кивком. На этом наши ознакомительные политесы подошли к концу.
— Великий и всемогущий бог богов, защитник обиженных и покровитель молящихся готов принять тебя, бог Священного Меча и Посланник Неба! — склонила голову Афина, и сова на ее плече опять шумно забила крыльями. — Однако твоим храбрым спутникам придется покинуть Олимп. Великая гора не место для смертных. Пусть они спустятся к ее подножию и ждут тебя там!
