— Это мы еще посмотрим! — подал реплику Вакула. — Молодняк по осени считают!
Я остановил Вакулу жестом. Времени у нас было не так уж много, а потому надо было побыстрее закончить допрос, не отвлекаясь на лирические отступления.
— Где чертог Коуша?
— Известно где, — хихикнул лесовик. — Во Дворце на острове Буяне!
— Где этот остров?
— На море-окияне!
— Где окиян?
— Там! — Леший достаточно уверенно махнул рукой на нашу уходящую на север дорогу.
— Был ли ты сам на острове?
— Нет, нет! — испуганно захлопал глазами Леший. — Куда мне! Кто из нас, ничтожных, его увидит, тот уж не возрадуется!
— А нет ли на том острове дуба с сундуком на ветвях? — поинтересовался я, думая уже о своем.
— Ни о чем таком не ведаю! — пожал плечами Лешак.
— Но каков он сам, ваш Коуш?
— А кто его знает! — искренне вздохнул наш пленник. — Говорят, что может он принимать самые разные обличья: быть человеком и зверем, чудищем несусветным, а больше всего любит прикинуться черной птицей.
При последних словах я многозначительно поглядел на Вышату, тот понимающе кивнул.
— Кого из приближенных Коуша ты еще знаешь? — продолжил я допрос.
— Видывал его главного воеводу Черноморда!
— Каков он? — сразу же вопросил явно заинтересованный этой личностью Вышата.
— Писаный красавец! — аж причмокнул Леший. — Здоровенный, весь волосатый, а уж лицом прямо покойник!
— Ясно! — удовлетворенно кивнул Вышата и подмигнул мне. — Запомним этого писаного красавца!
— Да и мне теперь ясно, что верны были слухи о посланнике богов! — в свою очередь заулыбался Леший. — Теперь-то я точно знаю, что посланник — это ты!
И лесовик ткнул меня легонько своей грязной рукой.
— Много будешь знать, плохо и рано кончишь! — резко одернул его Вышата и довольно бесцеремонно оттолкнул от меня.
Леший, однако, почти не заметил этого. Все его внимание было теперь приковано только ко мне.
— Знаешь ли ты, где находится обиталище Коуша? — опять приступил я с расспросами.
Вместо ответа Леший отчаянно замотал своей всклокоченной головой.
— Тогда кто это знает?
— Знают, видимо, те, кому знать об этом положено! — мудро заметил мне в ответ мой собеседник. — Но вот беда, я не знаю и этих! Хотя погодите!
Леший немного помолчал, почесал когтями затылок, затем плюнул себе под ноги:
— Эх, была не была! По пути на север в избе на столбах живет старуха Эго. Она-то уж точно знает, где обитает Коуш!
— Откуда такая уверенность? — вопросил Вышата.
— Как откуда? — даже удивился наивности вопроса Леший. — По молодости лет, веков так пять-шесть назад, была старуха Эго у Коуша в полюбовницах, а потому — кому как не ей знать, где обитель ее старого сердешного друга!
— Спасибо тебе, дед лесной! — похлопал я по плечу Лешего. — Может, еще свидимся!
— А чего там! — отмахнулся тот, затем опять почесал лапой затылок. — А могу ли я узнать, по какой такой надобности вы ищете Коуша?
Вышата вопросительно глянул на меня. Я задумался. Врать доверчивому лесовику мне не хотелось, да и зачем? О причине нашего похода Коуш знает не хуже нас.
— Мы идем, чтобы его убить! — сказал я, глядя Лешему прямо в глаза.
— Только не это! Только не это! Зачем вам его жизнь, возьмите лучше все другие! — замахал лесовик руками.
Из-глаз его внезапно брызнули слезы.
«Ничего себе преданность правителю! — подумал я. — Никогда бы не пришло в голову, что у нечисти бывает такая преогромная любовь к своим начальникам!»
Замшелое создание тем временем размазывало слезы по своей волосатой физиономии:
— Со смертью Вечного Коуша изменится и вечное равновесие наших миров, кто знает, какие напасти обрушатся на нашу землю!
— На вашу, может, и обрушатся, зато на нашу уж точно нет! — подал злой голос Вышата.
Наш новый знакомец тем временем вытер свою рожицу и попытался изобразить улыбку, но та получилась вымученной, а потому жалкой.
— Впрочем, я не желаю вашей смерти! — сказал он нам. — Пусть будет все как будет! Прощайте!
С Лешим мы распрощались по-доброму. Он еще долго, пока мы не скрылись за поворотом, стоял на обочине и махал нам вслед лапой.
Остаток дня прошел спокойно. Так же спокойно прошла и ночь. Кто-то, правда, где-то рядом жутко и протяжно завывал, но подойти ближе все же не решился.
— Может, мы уже всех и перебили? — высказал робкую мысль Всегдр.
— Как бы не так! — ухмыльнулся невесело в ответ Вышата.
— Как бы не так! — ухмыльнулся невесело в ответ Вышата. — Главная кровь еще впереди! А пока лишь передышка!
— Что ж, будем радоваться и этому! — встрял в их разговор Вакула.
Передышка, однако, явно затягивалась. Я, вместо того чтобы радоваться, начинал уже не на шутку тревожиться. Что готовит нам наш коварный противник?
Глава седьмая
ОБОРОТНИ
Близился к концу второй день нашего марша. Начало смеркаться, когда я понял, что дарованная нам передышка подошла к концу. Внезапно из чащи леса впереди нас показался человек. Не какой-то монстр, а именно человек. За ним появился второй, третий, десятый. Скоро вся обочина была заполнена людьми: мужчинами и женщинами, стариками и детьми. В жалких рубищах и босые, они тянули к нам руки и молили о помощи.
Наверное, в моем взгляде что-то дрогнуло, потому что Вышата, мельком глянув на меня, тут же выкрикнул для всех:
— Помните русалок! Не останавливаться! Держитесь ко мне ближе!
Мы сразу же подтянулись, ускорили шаг и, прикрываясь шитами, двинулись вперед маленькой стойкой фалангой. Толпа нищих-нелюдей тоже не отставала. А из леса к ним присоединялись все новые и новые люди. Не скрою, что хотя я прекрасно понимал, с кем мы имеем дело, мое сердце готово было к состраданию.
— Нечисть и не на такие штуки горазда! — шепнул, поняв мое состояние, Вышата.
Тут же он обернулся к остальным:
— Теснее! И не глазеть по сторонам!
Мне казалось удивительным, что я не слышал ни одного возгласа или слова, а лишь одни всхлипы и какое-то жалобное поскуливание.
В этот момент к Вышаге буквально бросился под ноги малолетний мальчик. Не останавливаясь, воевода пнул его, и малыш отлетел в сторону, корчась от боли. Каюсь, я едва подавил в себе желание броситься на помощь плачущему ребенку. И в этот момент я услышал вой. Державшийся от остальных несколько в стороне древний старец с посохом в руке, которого я почему-то посчитал за местного волхва, внезапно отбросил в сторону посох, скинул с себя свое рубище, совершенно нагой упал на четвереньки и, высоко задрав голову, протяжно завыл на только что показавшуюся на небосклоне луну. Вторя ему, начала срывать свои жалкие одежды и падать на колени остальная толпа. Со всех сторон до нас доносился только жуткий нечеловеческий вой. Мы продирались сквозь темный коридор стоящих на четвереньках и истошно воющих людей-нелюдей.
— Это оборотни! — повернул ко мне голову Вышата. — Я одного однажды видывал, о нескольких слыхивал, но чтобы их было так много — никогда не приходилось наблюдать. Наверное, к нашему приходу пособирали по всему миру!
Да мне и самому было уже ясно, что это оборотни, что нас ожидает нечто весьма страшное. При этом я понимал, что, будь их несколько десятков и даже сотен, мы наверняка бы справились, но их были тысячи и тысячи…
— Смотрите! — внезапно крикнул мне на ухо Всегдр. — Смотрите туда!
