— Пустое это, — вздохнул я печально. — Что чужие — визуально, что ли, корабли отыскивают? У них, небось, такая аппаратура — нам и во сне не приснится.
— Не знаю, — парировал Риггельд. — О чужих — ничего не знаю. Но наш брат-человек — скорее всего как раз визуально отыскивает. Я не могу сказать, что буду рад видеть в бункере ЛЮБОГО человека.
— А-а-а… — понял я. — Тогда ладно. Маскируйтесь. А мы поехали. Дай координаты, что ли…
— Только не открытым, — насторожилась Юлька. — Закодируй как-нибудь.
Риггельд некоторое время молчал, вычисляя.
— Рома, — сказал он. — Твой день рожденья. Сложи месяц и число. Умножь на десять. Вычти… э-э-э… Рыцари скольки островов, помнишь?
— Ага, — я все записывал, уже переводя в нормальные цифры, чтоб не путаться. — Помню.
— Вот столько островов, плюс еще один.
— Вычел. И последний знак отделил. Это широта, верно?
— Верно.
Подобным же способом Риггельд сообщил мне долготу и код входного шлюза.
Вряд ли головорезы вроде Шадрона или Плотного знают когда у меня день рождения. И вряд ли они читали те же книги, что я с друзьями. Да что там, вряд ли они вообще читают книги.
А уж чужим подобную головоломку вообще ни в жизнь не разгадать.
Одно только огорчало: у чужих наверняка найдется десяток способов обнаружить нас без всякого разгадывания шифров.
— Все. Разбежались, — подвел черту Риггельд.
— Юля, — попросил я. — Будь осторожна. Пожалуйста.
— Буду, Рома, — заверила она, и мне и вправду стало чуточку спокойнее.
Я выгрузил радиорежим из оперативки и отключил комп.
— Ну, что? — спросил я без особого энтузиазма. — Поехали?
Костя молча встал с дивана и направился к холодильнику.
— Эй, земляк! — позвал он старателя. — Отпусти пацана и иди сюда. Поможешь: жратвы с собой взять не помешает. А одному тащить неудобно. Ром, а ты пока выгони вездик из капонира. Капонир не заперт…
— Ладно, — согласился я и выглянул наружу. В ноздри снова ударил запах горелой органики.
Я обернулся к мальцу хмуро взирающему на меня снизу вверх.
— Пойдешь со мной? — спросил я. Вполне серьезно спросил, ненавижу сюсюкание даже с детьми.
— Пойду, — ответил пацан храбро. — Меня зовут Боря. А тебя?
— А меня — Рома.
И я протянул ему руку.
Так мы и вышли наружу вместе — тридцатилетний мужик и четырехлетний пацан. Держась за руки. И не скажу, чтобы мне это было менее нужно, чем ему — ребенку, на глазах у которого только что погибла мать. И, наверное, не только мать.
Небо Волги сверкало чистотой; инверсионные следы уже расползлись и растворились без следа. Даже не верилось, что еще совсем недавно тут проносились истребители чужих, поливая огнем рыжую степь плоскогорья Астрахань.
«А ведь придется поверить, — подумал я угрюмо. — Придется.»
Потому что другого выхода просто нет.
Часть вторая
11. Сойло-па-Тьерц, пик пирамиды, Aczanny, опорный рейдер крыла.
— Говори прямо, советник, — порекомендовал пик Тьерц, — без всей этой ненужной дипломатии. Твои соображения — лишенные дрожи и ритуальных переплясов — вот что меня интересует в первую очередь.
Советник, Сойло-то-Вусси, откинулся на спинку креслонасеста. Он вовсе не испытывал дрожи или боязни, хотя вполне понятное уважение к пику испытывал. Просто, он недавно стал советником пика, и глава пирамиды его еще недостаточно хорошо изучил.
— С чего начнем, пик?
— С прогнозов.
— Хорошо. Я и мое подразделение склоняемся к мысли, что ни одна из рас-союзников не предпримет попытки захватить находку свайгов в единоличное владение. Это невыгодно и опасно по целому ряду причин. Причины обрисовывать?
— Вкратце. В самых общих чертах.
— Хорошо. Причина первая: против нарушителя союза тут же объединится остальная четверка и нарушитель будет уничтожен. Прислать более крупный флот мятежники просто не успеют — даже поверхностный анализ показывает, что путь мятежа заведомо проигрышный. Сомнителен и союз двух или более рас — скорее, Рою, свайгам и а'йешам следует опасаться нас с цоофт. Друзья-галакты по-прежнему воображают, что раз мы биологически сходны, то и ладим между собой лучше.
— Но ведь это сущая правда, — пик нахохлился, и полуприкрыл глаза желтыми, в мелких прожилках кровеносных сосудов, перепонками. — С цоофт всегда было легче договориться, чем с остальными.
— Оранжевые предводители цоофт уже намекали, что готовы обсудить условия оборонительного союза. Насколько можно судить по имеющимся данным, цоофт не намерены предпринимать никаких провокационных действий. Их вполне устраивает совместное изучение корабля Ушедших. Так же, как и нас.
— Понятно, — не открывая глаз прощелкал пик. — Другие причины?
— Нетленные, — бесстрастно ответил советник Вусси. — Я удивлен, что они хранят пассивность. Глупая передача адмирала свайгов раскрыла тайну находки. В данный момент любая развитая цивилизация галактики в состоянии точно установить местонахождение найденного корабля.
— Действия адмирала свайгов не были глупыми, советник Вусси. Они диктовались сложившейся ситуацией.
— Ладно, я изменю формулировку, — согласился Вусси. — Вынужденная передача, а не глупая. Так годится?
— Вполне. Тем более, что не только в передаче дело. Возмущение после прокола зарегистрировали даже портативные сканеры — корабль-то явился не маленький!
— Передача все упростила. И не только свайгам, — уточнил советник. — Разве нет?
— Свайгам передача все упростила в большей степени, чем остальным, — пик резко щелкнул клювом. — Именно они пользуются приоритетом первооткрывателей, а не мы и не Рой, к примеру. Неужели я должен это объяснять собственному советнику, алые небеса?
Советник дипломатично повел маховыми перьями:
— Не нужно объяснять очевидное. Просто, я на месте этого свайга-адмирала отыскал бы более тонкий путь.
— Не много ли ты хочешь от адмирала, да еще от рептилии? — экспромтом пошутил пик Тьерц, и они с советником с большим удовольствием посмеялись.
— Ладно, — отвеселившись, сказал Тьерц. — Какие еще проблемы видны с высокого креслонасеста советника пика пирамиды?
— Я бы не стал сбрасывать со счета и аборигенов. Людей, то есть.
— Почему? Они ведь по сути дики и нецивилизованны, — задумчиво прощелкал пик.
Советник повозился, усаживаясь поудобнее.
Советник повозился, усаживаясь поудобнее.
— Досточтимый пик, — сказал он коротко. — Не могут люди слишком уж отличаться от нас. Или от свайгов, скажем. Они разумны и не лишены способности развиваться — на мой взгляд это уже немало. К тому же, в космос они вышли сами, без посторонней помощи.
— Почему же их нет в союзе, если они достойны звания разумных наравне с нами? — пик рассердился. Доводы советника показались ему непонятными и вздорными.
— Досточтимый пик, не стоит отмахиваться от проблемы людей. Я проглядел статистику свайгов, которую нам любезно предоставили. Люди не уступают в интеллекте ни азанни, ни остальным. У них просто существенно меньший багаж накопленных знаний. Более того, они потенциально превосходят шат-тсуров, булингов и даже перевертышей оаонс. А ведь вопрос о принятии в союз шат-тсуров уже поднимался, и поднимался не раз.
— И всякий раз его успешно проваливали! — быстрой дробью отщелкал пик с оттенком легкого пренебрежения.
— Люди превзойдут и шат-тсуров, и булингов, и перевертышей в ближайшее же время.
