Ауте, о чем я думаю?
— Антея?тор из клана Изменяющихся, из клана Хранящих, дочь Даратеи?тор из клана Изменяющихся, Молчаливый выбрал тебя своим носителем. Примешь ли ты его?
Все правильно. Не эль?ин выбирает оружие, но оружие выбирает себе носителя.
Примешь ли ты его?
Все правильно. Не эль?ин выбирает оружие, но оружие выбирает себе носителя. Но… одушевленный меч? Мне?
Все происходящее напоминало дурную шутку.
Руки сами потянулись вперед, губы сами произнесли необходимые слова.
— Для меня не может быть чести выше, о Поющая, — и это была правда. Не было чести выше. Даже если Молчаливый будет служить не мне, а той, о ком забыть не в силах.
На мои ладони легла странно знакомая тяжесть. Было так непривычно видеть его в… в такой форме. И в то же время это ощущалось как нечто правильное. Как очень ему подходящее.
Одушевленное оружие? У меня?
Может, еще одна проверка, из серии тех, что устраивали Раниэль?Атеро с Кесрит? Эй, кто?нибудь, ущипните меня, авось проснусь!
Никого не было. Ллигирллин и сопровождавшие ее северд?ин исчезли, оставив меня наедине с… риани?
Пальцы дрожали. Так. Спок?койно.
Я прошла в тренировочный зал, опустилась на пол, едва ли замечая собственные движения. Ритуал: сесть, правый носок на левом колене, спина прямая, голова, кажется, плывет в пустоте отдельно от остального тела. Все внимание было приковано к мечу. К Молчаливому. К Сергею.
Скользнула ладонями по приятной шероховатости ножен. Ладонью обхватила идеально подходящую для меня рукоять. Испуганно отдернула руку, вновь потянулась: неуверенно, сомневаясь…
И долго вы собираетесь тянуть это, моя торра?
Я вздрогнула, неуверенно улыбнулась. Похоже, у меня все еще есть риани. И похоже, от его грубовато?жестокого надзора мне уже не убежать.
Осторожно, с величайшим почтением я обнажила клинок. Сперва, как положено, на два пальца. Полюбоваться переливами волнистой стали. Затем, спустя маленькую вечность — на треть. И вновь — отстраненное, восхищенное наблюдение. Восхищение красотой в высшем ее смысле.
Я отложила ножны, мягко и уважительно. Плавно перетекла в позицию стоя, сделала несколько шагов. Нет, не шагов — скользящих полутанцевальных движений.
Невероятно. Не знаю, как папа это сделал, но, похоже, у меча не было постоянной плотности. Вес перетекал в нем из одной точки в другую без всякой оглядки на законы физики. В бою это будет создавать просто фантастическую динамику. Даже если отбросить в сторону все прочие околомагические способности самого Сергея, которые от него никуда не делись…
Первый удар — классический, красивый, папа бы мной гордился. В начальный момент замаха вес у Молчаливого был как у обычного меча. Стоило ему начать падающее движение — будто добавилось несколько лишних килограммов, стремительно увеличивающие скорость, а значит, и силу удара. А когда я испугалась, что не смогу контролировать ситуацию, вес исчез, энергия, вложенная в удар, будто испарилась, и клинок застыл в воздухе, без всякого остатка поглотив собственную инерцию.
Bay.
Попробовала провести еще пару осторожных экспериментов. Фантастика. Плотность в разных точках постоянно менялась. И это позволяло выполнять совершенно невероятные связки и комбинации. Я, нарушив всю серьезность момента, завизжала, как девчонка, в полном восторге. Вот уж действительно меч для вене! Такой же изменчивый, как и я сама!
И тут Сергей решил, что я достаточно развлеклась, и взял инициативу в свои руки. Он управлял моим телом, как я только что управляла им, заставляя танцевать каты, о которых я никогда раньше не знала. Удары, связки, блоки — совершенно незнакомая мне техника, очень экономичная, очень сдержанная. Никаких столь популярных у эль?ин прыжков и закруток, никакой показухи. И, кажется, пластичность моего тела понравилась арру не меньше, чем мне — его. Хотя, честное слово, этот… м?мм… уже бессмертный понятия не имел, что такое настоящая изменчивость. Ну ничего, еще научится. Теперь у него есть такая возможность.
Мы бы еще долго играли, как дорвавшиеся наконец до вожделенной косточки альфа?ящерята, но тут Сергей взвинтил скорость и во время одного из переходов заставил меня слишком резко повернуться.
Обиженно взвыли ребра. Вслед за ними, не в силах терпеть боль, взвыла я.
Уч?чителя, мать их… — откомментировал Сергей и добавил, что на сегодня достаточно.
Я встала на одно колено, подняла ножны: с величайшей осторожностью, с величайшим почтением в каждом вздохе. Металлические переливы клинка скрылись под темной, чуть тепловатой кожей. Теперь надо было подобрать перевязь… а я, кстати, еще так и не удосужилась одеться. Или умыться.
Вышла обратно к озеру и с некоторым удивлением обнаружила там посетительницу, терпеливо дожидающуюся моего появления. Северд?ин, одна, без братьев и сестер по звезде. Дивно. Я даже оглянулась, чтобы удостовериться, что остальные Безликие не болтаются где?нибудь поблизости.
— Дикая?
Она обернулась, и я только сейчас поняла, что она без маски. Красивое, совсем еще молодое лицо — настолько молодое, что не успело еще приобрести пресловутое «лишенное возраста» выражение, свойственное всем старым, заточенным в юных телах. Смуглая кожа, темные глаза, зрачки в которых сейчас закручивались спиралью. Что, кажется, было признаком неуверенности…
— Эль?леди. — Голос ее тоже звучал неуверенно, будто Безликая и сама не понимала, что тут делает.
— Ты хотела поговорить со мной? — Я постаралась произнести это легко и непринужденно, как само собой разумеющееся. А внутри — бешено изменяла собственное настроение, чтобы не выдать ошеломленности.
— Да… Наверно, эль?леди. — Дикая скользнула чуть в сторону, к поставленным Арреком низким диванчикам и с неосознанной грацией охотящейся кошки опустилась на один из них. Мне ничего не оставалось, как только последовать ее примеру, бережно устроив Молчаливого на коленях.
— Итак…
Однако она замолчала, все больше и больше погружая нас в неловкость. Если бы речь не шла о северд?ин, я бы решила, что она стесняется… Ну хорошо.
— Позволь, я помогу. Ты, должно быть, хотела задать несколько вопросов об этом? — Я провела рукой над мечом, который когда?то был человеком.
— Да. — Дикая села чуть прямее, если такое вообще возможно. — Лорд Ашен и лорд Сергей позволили нам наблюдать за последней стадией превращения. Сказали, что раз уж мы заявились сюда учиться, то такое пропускать нельзя…
Емкий и полный скрытого смысла стиль высказываний отца не узнать было невозможно.
— Разумно. Если бы я знала, что происходит, я бы сама посоветовала вам обратить на это пристальное внимание.
— Леди Антея, — она, кажется, на что?то решилась, — вы считаете, что я тоже смогу… так? — Жест в сторону Сергея.
Я очень внимательно на нее посмотрела. Северд?ин — нервничает? Нет. Скорее неумело это имитирует. Но вопрос был важен.
— Если быть откровенной, Дикая, то мне кажется, ты — единственная, кто сможет и не проходить превращения.
Вот это ее действительно удивило. Зрачки на секунду превратились в узкие вертикальные щелки, затем рассыпались по глазному яблоку россыпью причудливых снежинок.
— Дикая, то, чему тебя учили с самого рождения, а скорее всего, и до рождения, — это Путь Меча. Мастерство и Воля, как вы говорите. Но это — отнюдь не единственный Путь. Проблема в том, что северд?ин никогда не ставили перед собой выбора, считая Меч единственным достойным Предназначением. А значит, все вы, в той или иной форме, обречены вот на это. — Я вновь провела рукой над коленями, будто гладя воздух, над никак не выдающим своего существования Молчаливым. — И не обязательно для этого становиться железякой в буквальном смысле слова.
