— Черты как черты, — осторожно сказал Серега и уселся.
Мужчина растянул рот и сказал с иронией:
— В истории вашей родной планеты был такой фараон — Эхнатон. С детства был нелюбим сестрами и братьями как раз из-за таких вот черт…
— Я не древнеегипетская девица, — возразил Сере-га. Подумав, добавил: — А что, он вам родственником доводился?
— Ну, в каком-то смысле мы все родственники. Братья по разуму, так сказать, ну и прочая ерунда. Но все это лирика… А вот хотите физику?
— Хочу. Вот прямо сейчас и до ужаса хочу самую что ни на есть настоящую физику, как сказал бы один ужасно отважный герой… — пробормотал Серега, устраиваясь в траве поудобнее.
— Ну к чему такая ирония, милорд? Ни к чему, ни к чему, право же. А вы когда-нибудь видели настоящего эльфа? Или эльфеву, сиречь эльфа женскага полу?
— Нет, — сказал Серега чистую правду.
— А вот теперь увидели.
«Ох, как же я после этого счастлив, — подумал Серега. — И до чего же горд…»
Эльф провел левой рукой над ладонью правой, и фонтанчик капель, за отсутствием Серегиной головы вольно поливавший теперь сине-зеленую травку у него за спиной, враз иссяк.
— Опять-таки прошу прощения за Эльфирру, милорд. Не сдержалась, молода еще. Всего четыреста двадцать шесть лет, чего ж вы хотите, милорд…
— Действительно, юнница, — пробормотал Серега, — А что, собственно, со мной случилось?
— По порядку, милорд? М-м… вас перенесли из той части леса, в которой вы находились, перенесли сюда, в Эльмир. Но вообще-то в определенном смысле вас никуда не переносили — с точки зрения гиперпространственных координат. Теоретически вы продолжаете пребывать все в той же точке пространства, что и раньше. Пояснить подробнее?
Серега согласно покивал.
— М-м… Тут вам понадобится некоторое воображение, милорд. Итак. Принцип континуума в континууме. Один и тот же объем пространства, образно говоря, может занимать один мир. А может и не один. Несколько… Количество пока еще точно не определено, но уж, конечно, никак не бесконечность. Этакий ряд взаимовложенных континуумов… Опять-таки, повторюсь, в этом ряде не может быть никакой бесконечности.
Она вообще невозможна в принципе, хотя и ужасно нравится ученым вашего мира. Бесконечности, милорд, вообще не существует как таковой. Для любой модели, математической ли, физической ли, существует строго конечное число вариантов, а затем наступает качественный скачок одной из опций и открывается новая последовательность вариантов, тоже, разумеется, конечная…
— Э… Это все очень… очень интересно… — жалко промямлил Серега (с физикой у него туговато было еще с младых ногтей, так сказать). — А вы не могли бы сразу — и поближе к сути дела? Или хотя бы попроще так, покороче… Чтобы попонятнее было.
— А, на пальцах хотите? Хорошо. Только ответьте мне на один вопрос: вы, милорд, в состоянии представить себе, что один-единственный объем — кувшин, комнату там, не суть важно, — вполне возможно заполнить не один, скажем, а хотя бы два раза? Не вынося при этом уже принесенного.
— Запросто, — сказал Серега, припомнив восточные сказки. — Вот например, славный делами своими Ходжа Насреддин как-то на спор заполнил одну бочку три раза, не опорожняя — камни, затем песок в промежутках между камнями, и еще воду налил напоследок. И все три наполнителя у него получились в одном объеме.
— Умничка! — ласково похвалил его эльф. И лукаво добавил: — Для герцога, милорд, вы у нас что-то слишком уж развиты. Может, вернетесь в менестрели? Вот там ума уж точно больше требуется.
— Я вернусь, — неопределенно пообещал Серега, — когда-нибудь, куда-нибудь…
— Милорд герцог говорит о возвращении в свой родной мир? Понимаю, как же — мир родной, край обетованный… И вот кстати о затронутой теме. Краем уха — в этом лесу такое эхо, милорд, что прямо-таки грех жаловаться на недостаток сведений, — слышал я, что наниматели милорда несколько иначе трактовали его поведение в нашем мире, а также и его будущее — и здесь, и потом. И это расхождение во мнениях сильно угнетает их на сегодня…
— Интересные сведения… — выдавил слегка похолодевший Серега — И до какой же, интересно, степени доходит это «угнетение»?
— По-моему, — равнодушно обронил эльф, — вас не будут возвращать домой. Видите ли, никто из них и не надеялся на вашу удачу здесь. Собственно, как это часто бывает, ЭТУ организацию на сегодня интересует совсем не то, что записано в их названии. И уж еще меньше их интересует ваша судьба здесь. Как это часто бывает… Там сложные перипетии, милорд. Может, вернемся лучше к нашим баранам?
Серега промолчал, насупившись и глядя в землю. Эльфа это нисколько не смутило.
— В связи со всем вышеизложенным милорду совсем не повредит заручиться поддержкой со стороны… со стороны, скажем, некоего дружественного народа, могущего взять на себя все обязанности прежних нанимателей милорда. В порядке взаимовыгодного обмена и сотрудничества.
— Понимаю, — сказал Серега, — ты — мне, я — тебе… Значит, «ты мне» для меня уже известно, а вот об «я тебе», надо думать, вы мне сейчас расскажете.
— В точку, милорд! — Эльф откинулся назад, поменял позу — пересел с корточек на задницу. — Итак, мы остановились на теории взаимопроникнутости миров. Касаясь некоторых научных аспектов… И в вашем, и в нашем мире атомы традиционно разнесены на столь огромные расстояния, что строение материи вполне сравнимо со строением Вселенной — крохотные и редкие пылинки звезд-атомов в огромном океане пустоты между ними.
Атомы связаны между собой полями — это аксиома — и еще кое-каким видом пространственных связей. Но при этом через пустоту, столь редко заполненную атомами, вполне возможно пропустить еще какие-нибудь поля с несколько измененными характеристиками по отношению к тем, первым. Вам понятно, милорд? Ваш, то есть тот мир, откуда мы вас только что изъяли, — камни, наш мир, скажем, песок между камнями… Практически вы все там же — в той же точке Вселенной. На той же планете. Но ЗДЕСЬ чуть повернуты поля, и это — другой мир. Хотя и похожий.
Эльф сделал паузу, внимательно поглядел на него, явно ожидая вопросов. Или еще чего другого. Но Серега упрямо молчал — говорить ему пока что было нечего.
— Итак, мы перенесли вас к себе, в свой мир, — заторопился эльф. — Оговорюсь, кстати, что так же аккуратно мы вас и вернем по окончании нашего дела… или в случае вашего несогласия на него. Туда же, в туже секунду. О средстве перемещения услышать что-нибудь хотите? Вдруг да пригодится когда.
— Просветите.
— Вас перенес сюда гурер. Я слышал, что вам уже рассказывали о существах, которые питаются эмоциями, точнее — болью и мукой человека, окутывая его тело как плащ.
— Да. — Серега содрогнулся, припомнив.
— Это моллюски, милорд. Обычные моллюски, хотя и особой разновидности. Наш гурер им родственник. Тоже моллюск, тоже облегает человеческое тело подобно плащу. Вот только вместо того, чтобы возбуждать у жертвы болевые рецепторы, гурер вас просто и безо всяких затей кушает. Облекает раз и навсегда, потом долго и с наслаждением переваривает. А чтобы никто не тревожил, уползает в другое пространство. В другой мир. При соответствующей дрессировке из них получаются вполне приличные слуги. Относительно послушные, с очень небольшим процентом переносов, пошедших на питание…
