— Скажи еще запах, — хмыкнул Захар. — Помогай давай. Один я его тащить не буду.
Вместе они отнесли скованного Олега в гостиную и усадили на стул. Тот по-прежнему находился без сознания. Из приоткрытого рта тянулась ниточка слюны, капая на пол.
Кардинал встретил их, сидя в кресле и перебирая цепочку медальона на манер четок. Состояние Олега и его внешний вид ему сильно не понравились.
— Проклятье, — сказал Хмурый брезгливо и махнул Артему: — Ну-ка прочисть ему мозги.
Захар был солидарен с командиром. И без того неряшливый Олег выглядел до тошноты омерзительно. Ненахов не замечал за собой раньше такой щепетильности, а тут вдруг проняло. Бр-р.
Зато Лазовский сохранял на лице полную невозмутимость. Не лицо, а маска аскета: резко очерченные скулы, запавшие щеки и неестественно черные на фоне бледности кожи глаза. Никаких эмоций и чувств. Захар втянул носом воздух и усмехнулся: шалишь, батенька, а внутри-то у тебя вулкан. Кровь аж бурлит от адреналина. Не нравится быть на побегушках у Кардинала? Или тебя в очередной раз носом в собственную слабость ткнули, и ты до сих пор успокоиться не можешь?
Артем встал сбоку от пленника, положив ему правую ладонь на лоб и прикрыв на миг глаза. Олег дернулся, как от удара током, громко застонав.
— Ну здравствуй, Олежек, — насмешливо сказал Кардинал. — Давай, давай, приходи в себя, разговор есть. Интересный.
— Какого черта?! — Олег ошалело замотал головой, попытался пошевелиться и обнаружил, что в наручниках. — Э, за что?! Освободите! Кардинал, я же свой. Вы чего?!
— Вижу, разговор у нас не получится. Артем, начинай. Нечего время на болтовню тратить.
По-прежнему молча Артем встал перед пленником на колени и заставил смотреть себе в глаза. Почти на минуту они замерли, пока Лазовский не произнес лишенным эмоций голосом:
— Готово. Задавайте вопросы.
Сказал, а сам остался в той же позе. Что за чудеса? Да и вообще, как Хмурый решил доверить столь важное дело вечному слабаку Артему?! Захар едва не присвистнул от удивления.
— Ты подкинул Захару шар с пауком? — спросил Кардинал.
— Я. — Голос Олега стал ниже, появились шипящие нотки.
— И что он такое?
— Слуга великого Сквориша! Да накроет мир его тень!
Ого, сколько эмоций. Даже сквозь колдовство Артема прорвались. Ненахов увидел, как Сноходец сжал кулаки. Что-то идет не так, пленник оказался сильней, чем думали?
— Артем, не дави слишком сильно, — сказал Кардинал и продолжил допрос. — Что стало бы с Захаром, преуспей паук?
— Тело превратилось бы в сосуд для разума слуги.
— У него в левом кармане еще один… шар, — процедил Лазовский. Захар, не дожидаясь приказа, быстро проверил — точно, лежит что-то круглое.
— Не трогай! — одернул его Хмурый, но Ненахов догадался и сам.
Лучше к таким мерзким штукам не прикасаться. Целее будешь. — Как срабатывает шар?
— Если он активирован, то от близости к цели… Этот пока спит, не успел…
Снова сожаление в голосе, скрипит зубами Артем. Ох, непрост неряха, совсем непрост. Не Меченый, но точно не обычный человек.
— С этим понятно. Тогда, Олег, ответь, почему Захар. Не я, не Артем, не кто-то еще. Почему именно Захар?
Пленник застонал, по телу пробежала дрожь. Он пытался сбросить оцепенение, но не смог преодолеть силу Лазовского. Хотя тому тоже пришлось напрячься. На виске появилась капелька пота.
— Он… может стать…
— Кем?! Кем, могу стать?! — сорвался Ненахов.
— В его сознании ты неразрывно связан с образом врага, — вновь вставил слово Артем. — Нечто расплывчатое, непонятное…
— Олег, на кого ты работаешь. Кто послал к нам и зачем? — потребовал Кардинал, подавшись вперед.
Губы пленника тронула улыбка.
— Мои братья… — Сказал это с таким чувством, что Захар поначалу даже удивился, зачем его братьям понадобилось шпионить за отрядом. Впрочем, о ком идет речь, пояснил Кардинал.
— «Дети Мертвого мира», так? Что ж, мы уже имели короткую беседу с представителями вашего… ордена. Не я стал причиной нашей вражды.
— Боги Кхоринша явили нам свет истинной веры. Покоритесь, нечестивцы, покоритесь! — внезапно завыл Олег.
— Артем!
Лазовский не ответил, но пленника сразу выгнуло дугой. На лбу и висках проступили жилы.
— Какова была твоя задача? Вербовать сторонников, убивать командиров и готовить почву для бунта? Что-то еще? Говори!
— Ты сам все сказал… — Олега трясло. Дыхание стало прерывистым, в уголках рта появилась пена. — Люди примут новых богов или умрут. В городе есть место лишь для одной силы.
— Сколько у нас ваших агентов?! Если не хочешь, чтобы Артем сжег твои мозги, отвечай!
Непонятно как, но, похоже, пленник ухитрился сбросить ментальные оковы Лазовского и пнул его ногой в грудь. Вряд ли удар получился сильным, но молодой Сноходец упал.
— Сдохните, нечестивцы! — прорычал Олег. Глаза пылали фанатичным огнем. — Сыновья Господина просыпаются… Скоро, совсем скоро откроются подземные храмы, и священный огонь испепелит грешников. О, великий Сквориш!.. Грядет, грядет эпоха избранных. Золотой век нового, обновленного человечества!
Захар шагнул к пленнику, прикидывая, как бы половчее того вырубить, но его опередил Артем. Молнией метнувшись к Олегу, он крутанулся на месте и как копьем ударил левой рукой в грудь. Ладонь полностью погрузилась в тело, края раны начали дымиться. Шпион культистов замер. По-детски обиженно всхлипнул, попытался что-то сказать, но лишь закашлял кровью.
— Зачем?! — крикнул Захар. — Убивать зачем?!
Ему показалось, Артем рехнулся. В каждом его движении сквозила безжалостность. Даже пах он теперь по-другому — смертью и ужасом. Захар рефлекторно начал трансформироваться в боевую форму.
— Он хотел нашей крови… — процедил Артем. — И я не мог его больше сдерживать. Слишком опасно…
Его прервал горячечный шепот Олега.
Слишком опасно…
Его прервал горячечный шепот Олега.
— К-колдун, на тебе п-печать. Теперь вижу печать. Я — тлен, но, убив воина Господина, ты стал с-смертником. Братья д-доберутся д-до тебя. Жди… — Наконец, глаза Олега закатились, тело обмякло. Пусть он и считал себя избранным, но жить с пробитым сердцем не смог.
Виритник рывком освободил руку, и из открывшейся дыры показалась струйка дыма. Захар принюхался. Странно, но горелым не пахло. И крови нет, края раны припорошены серой пылью…
Мучительный стон Лазовского застал Захара врасплох. Отчего-то Сноходец скрючился в три погибели и баюкал левую руку. На пол упало несколько капель крови. Испугавшись, что причина — прощальный подарок Олега, Ненахов на всякий случай сделал шаг назад.
— Я ведь тебя предупреждал? Теперь терпи, сам виноват, — сказал Кардинал равнодушно. Мыслями он явно был далеко отсюда. Убийство ничуть его не тронуло. Зато Захар едва сдерживал возмущение, да и Артем перестал выглядеть таким спокойным. — К тому же, прибить его ты мог и правой. Зачем рисковал?
— Не знаю. Показалось, так правильнее…
— Тогда вдвойне дурак… — Командир устало вздохнул. — Надеюсь, ты способен объяснить, что произошло? С чего так взбеленился?
— В Олеге возникла… чернота. Поглотила сознание, он стал другим. Более опасным и умелым. Я лишь чуть-чуть ослабил ментальные тиски, так он сразу атаковал… А как ногами бьет, вы сами видели, — Артем осторожно выпрямился, массируя запястье. Судя по запаху, он был в смятении. — В последний миг я успел нащупать у него в голове несколько образов. Кажется, на базе двое одержимых, еще один в Башне. Ни лиц, ни имен, лишь число участников подполья…
