— На пост заглянем и вдоль периметра пройдем, — пояснил Тимофей, кивая на Артема. — Гостю наше хозяйство покажу да с ребятами познакомлю.
— Ясно. Внимательней там. Дозорные говорят, в парке всю ночь какая-то суета была, как бы прорыв не случился.
— Да ну, рано еще для прорыва. Только на прошлой неделе атаку отбили, они теперь дней пять силы копить будут…
— Лейтенант, мое дело предупредить.
— Предупреждальщик, — сказал Тимофей вполголоса. Кажется, с бойцом в шлеме он был в натянутых отношениях. Артем с неудовольствием подумал, что и здесь люди собачатся по каждому поводу. Совместная борьба лишь приглушает разногласия на время, а потом они вспыхивают с новой силой. Земная история пестрит подобными примерами.
— О ком речь-то шла? — нарушил молчание Лазовский, когда вышли за ворота.
— А, — отмахнулся Тимофей. — Все о том же, о «кляксах». Когда они появляются, зверье в парке пугается до жути. Ревут, кричат… Только, поди разберись, отчего переполох случился: хищник напал, из-за самки дерутся или действительно «черные» пришли? Ложная тревога часто случается.
На башне врытого в землю БТРа, спустив ноги в люк, сидел конопатый парнишка лет восемнадцати и пыхтел сигаретой. Вид у него был совершенно разгильдяйский, но под рукой держал «калаш» с укороченным стволом. Артем не помнил название, но слышал, будто это оружие для опытного стрелка. Новичок с ним лишь впустую переведет патроны.
— Когда «черные» лезут, здесь самое поганое место, — кивнул Тимофей. — Все щели задраишь и сидишь, трясешься. Вроде ничего страшного: поверху ползают, скрипят, даже внутрь особо не лезут… Ерунда, в общем, а по мозгам будто напильникам елозят. Мало кто выдержит. Теперь на пост самых выносливых ставят.
— Знакомая ситуация. У нас тоже много чего неприятного случается и не все справляются. Что поделать, всюду кадровый голод, — вздохнул Артем.
— Вот-вот.
Тимофей подвел Лазовского к заграждению из колючей проволоки и кивнул в сторону рва:
— Видал?
Когда-то это был приток речки Сосновки. У городских властей до него вечно не доходили руки. Русло всегда напоминало заросшую камышом сточную канаву. Сюда же, чуть ниже по течению, сбрасывал канализационные воды зоопарк, отчего в безветренную погоду на сотню метров вокруг воздух был отравлен едкой вонью.
В прошлое свое появление у «волковцев» Артем не заметил особых изменений, однако сейчас его ждал сюрприз. Вместо воды у берегов пузырилась жидкая грязь, и лишь в центре змеей извивался хлипкий ручеек. Со стороны парка земля почернела, кое-где белел налет плесени.
— Давно так? — присвистнул Артем.
— Да с позапрошлой недели. Мы здесь одну задумку проверяли и завалили на том берегу двух «клякс», да так неудачно, что они в воду свалились. И началось…
— Не повезло.
— Кто спорит. Знать бы заранее…
Не желая вдыхать мерзкий запах, они отошли от заграждений и медленно зашагали в сторону блокпоста. Внезапно со стороны Нижнего парка раздался шорох и на взгорок выскочила шестиногая горбатая тварь с крокодильей пастью и щупальцами у основания шеи. Сверкнув желтыми глазами, она шумно понюхала воздух и разразилась надрывным кашлем.
— О, старый знакомый. В первое время никакого покоя от них не было. Кучу народа погрызли.
— Странно, я таких раньше не видел, — удивился Артем. Зверь даже отсюда смотрелся жутко.
— А они только здесь и водятся. Нижний парк вообще стал рассадником всякой нечисти. Живут по своим законам, изредка набеги устраивают. Наши однажды собрались организовать охотничью экспедицию, да вовремя одумались. Другие дураки нашлись, почти никто не вернулся.
— Что-то ты, Тимофей, загнул.
Другие дураки нашлись, почти никто не вернулся.
— Что-то ты, Тимофей, загнул. Прямо филиал ада получается, — засомневался Артем. — Я в джунглях за городом бывал, так там лес как лес. Опасно, но не более того. А здесь просто парк, пусть и мутировавший.
— Удивил! Да в джунглях я и сам был. Ходил с группой в рейд против туземцев. Сыро, мрачно, но ничего фатального. Здесь же, говорю, все другое. Прямо другой мир.
Горбатый зверь снова напомнил о себе кашлем, пару раз рванул когтями землю и одним прыжком скрылся в зарослях. Тимофей с облегчением вздохнул и опустил автомат.
— Уфф! Дня четыре назад один такой едва не прорвался. Через ров перемахнул и на заграждение буром попер. Хорошо заметили вовремя…
Артем мысленно поставил горбуна рядом с той же Серебрянкой и презрительно скривился. Дурачье, зверушек испугались. Повоевали бы с нашими монстрами, по-другому бы запели. Тварь, которую можно убить, уже вполовину не так страшна. Если же есть подходящее оружие и умеешь его применять, то вовсе бояться нечего.
«Герой чертов, — тут же самокритично подумал Артем. — Сам давно таким смелым стал?»
У блокпоста им встретился боец в маске, пинающий стену носком ботинка. И камуфляжная куртка у него топорщилась в местах, неположенных по уставу. Девчонка?!
— Ты чего приперся?! — воинственно спросила она у Тимофея, даже не глянув в сторону Артема.
— Оль, ты чего такая злая с утра?
— У дружка своего спроси, Осипов! До чего ж вы, мужики, умеете настроение испортить. Кобели проклятые! — разъяренной кошкой прошипела девушка, кулаком ткнув Тимоху в бок. Затем зачем-то толкнула плечом Лазовского и зашагала ко входу в здание школы.
— Дура! На меня-то чего вызверилась?! — Тимофей помотал головой. — Никогда баб не пойму.
Артем промолчал. Очень ему надо в чужие разборки лезть… Вслед за лейтенантом он вошел внутрь укрепления, задержавшись в проходе. Осипов с порога поприветствовал приятеля и азартно принялся выпытывать причины плохого настроения девушки.
И еще говорят: женщины — сплетницы! Да некоторые мужики им сто очков форы дадут.
Лазовский особо не вслушивался, изучая внутреннее убранство маленькой крепости. Ничего особенного, все строго функционально. Несколько стульев, слева стойка для оружия, в дальнем углу ящик с патронами. Напротив амбразуры установлен крупнокалиберный пулемет.
— …я честно сказал, что в дальний рейд ей еще рано, и ни в одну группу она теперь не попадет. Только-только стрелять научилась, а уже вообразила о себе невесть что. Тоже мне, Волкодав в юбке!
Артем узнал в говорившем Гулидова. По сравнению с прошлой встречей тот выглядел гораздо лучше. Живее, что ли. Приятно знать, что это твоя заслуга.
— Кого это ты за спиной прячешь, а? — вдруг оживился Сергей.
— О, ты же его не видел еще толком! — воскликнул Тимоха. — Твой спаситель. Экзорцист, мать его…
— В смысле? — не понял Гулидов, но тут же хлопнул себя по лбу. — Черт! Колдун из слободских… Что ж ты на пороге-то стоишь?! Входи, брат!
Артем не успел опомниться, как его обняли и начали тормошить. Встрече Гулидов радовался даже как-то чересчур бурно. Считай, не виделись ни разу толком, а эмоции через край захлестывают.
— Да ладно, я ведь ничего особенного не сделал, — Лазовский освободился из объятий.
— Да ладно, я ведь ничего особенного не сделал, — Лазовский освободился из объятий.
— Это ты, брат, загнул! — возмутился Сергей. — Скажешь тоже — ничего особенного! Я ж поначалу ничего не помнил, как «клякса» из меня вышла. Зато потом начало всплывать… всякое. Бездонная пропасть, клочья тьмы и падение в никуда… Ты кричишь, кричишь, надрываешь глотку, а остановиться никак не получается. Бр-р! Один раз сон приснился, будто ничего не изменилось, я все так же падаю в бездну… Едва не рехнулся!
