Минут через пять к блокпосту подошло подкрепление с базы — шесть вооруженных до зубов бойцов. Заняв позиции перед входом, они приказали всем выйти наружу.
— Мужики, здесь лейтенанты Гулидов и Осипов. С нами боец от союзников, — громко сообщил Сергей. — Мы выходим.
Стоило оказаться снаружи, как они все оказались под прицелом пяти помповых ружей разных марок. Чуть в стороне присел на одно колено боец со «Шмелем». Артем не удержался от вопроса.
— А что, разве на «клякс» огонь действует?
— Да, и неплохо, — ответил Тимофей. Кажется, он стыдился недавней стычки и стремился загладить вину. — Но соль лучше.
— Серега, процедуру ты знаешь. Так что давай, не тяни. Только без резких движений. — Ближайший боец швырнул им под ноги небольшой матерчатый мешок. Гулидов осторожно наклонился, развязал горловину и зачерпнул горсть соли. Скривившись, он демонстративно ее лизнул и показал язык: никаких признаков принадлежности к «черным». Остальные повторили ритуал. Артему пришлось открыть лицо, и солнечный свет больно царапнул кожу. Вот был бы номер, если бы ожог появился. Доказывай потом воякам, что ты не «клякса»…
Гулидов с приятелем остались у блокпоста рассказывать о случившемся, а Артем вернулся в здание базы. Ему предстоял разговор с Кардиналом. Вряд ли командир оставит без внимания случившееся. К тому же, Лазовский ухитрился сотворить нечто непонятное, убив «кляксу», и это тоже нуждалось в разъяснениях.
— Твоя привычка влипать в неприятности становится утомительной. — У входа его ждал Тагир. Скрестив руки на груди, он смотрел на Артема, как на какой-то казус, парадокс природы.
— Без тебя разберусь!
— Ого. Смелым стал, да? — сказал Тагир, придерживая Лазовского за левое плечо.
Его руку тут же ужалила маленькая молния. — А это еще что?! Ну-ка, стой!
В один миг Тагир перехватил запястье Артема и задрал рукав. Открылась алебастровая кожа без единого волоска, резко контрастирующая с остальными частями тела. Шокированный увиденным, Артем сам сдернул перчатки и сравнил обе кисти — они заметно отличались цветом.
— Надеюсь, это не какая-нибудь зараза типа лишая, — сказал Тагир, брезгливо вытирая пальцы о штаны. Лазовский вздрогнул, но промолчал.
Кардинал ждал их в кабинете Волкова, лениво листая какую-то книжку.
— Мое почтение, господа Сноходцы, наша защита работает на «ура»! Две твари пытались прорваться, но не справились и отошли. Волков в восторге, — сообщил Хмурый с прохладцей в голосе.
— А про блокпост он знает? — угрюмо спросил Артем. Его не покидали мысли о пострадавшей руке. Пугали не столько ее странные метаморфозы, сколько перспектива стать калекой. В новом Сосновске социальные программы не предусмотрены.
— Насколько я понимаю, что-то случилось?
— Одна «клякса» вышибла дверь и напала на нас. Один человек погиб.
— Не спрашиваю, что ты делал на блокпосту. Уверен, у тебя были на то веские причины. Но я бы хотел узнать все подробности…
Пришлось рассказывать. Артем говорил поначалу с неохотой, но потом увлекаясь все больше и больше. Пока не начал ходить по комнате, едва ли ни в лицах показывая, как протекала схватка. Лишь начав описывать то, как ударил отделившуюся от «кляксы» каплю, он опомнился и, смутившись, завершил историю парой коротких фраз.
— Рука, говоришь, побелела. Как в белила сунул… — Кардинал задумчиво погладил подбородок. — Ну-ка покажи.
Артем закатал рукав. Сам скосил глаза с затаенной надеждой, что все стало по-прежнему, но ничего не изменилось. Прежний цвет коже не вернулся.
— Забавно…
— Лично я ничего забавного не вижу. Что это такое? — спросил Лазовский резко. Он ничуть не сомневался, что Кардинал знает ответ, и собирался добиться правды.
Удивительно, но играть в секреты Хмурый не стал.
— Насколько я понимаю, ты напрямую зачерпнул силу Изнанки, а в качестве сосуда использовал сердце. Самоконтроль у тебя слабый, и хватило одного желания хорошенько врезать «кляксе», чтобы энергия перетекла в левую руку и вырвалась наружу. — Командир устало вздохнул и вдруг зло процедил: — Дур-рак! Первую Пелену едва прошел, и уже великим магом себя возомнил?! Тупица! Только-только мутации начались. Разум еще корежит, тело от человеческого почти не отличается, а все туда же… Вот честно скажи, тебя на подвиги потянуло?!
— Подвиги?! А что мне делать оставалось, подыхать?! «Черные» дверь вышибли, внутрь лезут, а я буду глазами хлопать?! Так, что ли?!
— У тебя был единственный выход — бежать. Ты еще не в той весовой категории, чтобы с подобными тварями врукопашную биться. Пройдешь Вторую Пелену, тогда и посмотрим, а пока… — Кардинал хмыкнул. — Думаю, лучше всего будет объяснить на примере… Возьми в левую руку нож. Да за лезвие хватайся, за лезвие. Взял? Попробуй так подержать минут пять.
Не стоило сомневаться, что за безобидной просьбой прячется какая-то подлость, но такого Артем не ожидал. Стоило взяться за клинок, как мучительно заныла рука, начали неметь пальцы. От локтя до запястья начало жечь кожу.
От локтя до запястья начало жечь кожу.
— А, черт!
На поводу у командира Лазовский не пошел и не стал зря мучиться, тут же отбросив оружие в сторону.
— Запоминай. Как и ожидалось, для левой руки тебе теперь противопоказан длительный контакт с железом. Будут проблемы. Для чистоты эксперимента повтори, что ты там вытворял с «кляксой».
— Но я не знаю. Тогда все как-то сразу получилось.
— И сейчас получится. Просто направь в руку немного энергии Паталы.
История с ножом успела отбить у Артема всякое желание проводить эксперименты, но Кардинал оставался непреклонен. Лазовский должен заранее разобраться с проблемой, чтобы избежать неудобств в будущем.
И Артем попробовал. Первый раз, второй, третий… Он напрягался изо всех сил, пытаясь вновь нащупать то необычное состояние единения с Изнанкой, когда ее сила начинает течь в жилах. Песнь Паталы заглушила все звуки, перед глазами завертелся калейдоскоп видений, но стать мостом для чужеродной энергии никак не получалось. Что-то он делал не так. Внезапно в сознание мягко проскользнула тень чужого разума и потянула куда-то вверх. Каким-то чутьем узнав Кардинала, Артем заставил себя подчиниться.
Картинка вокруг изменилась. Лазовский стал центром гигантской паутины, сотканной из разноцветных нитей. Кардинал ловко подхватил две из них и мягко потянул. Возникло ощущение полета по темному туннелю, затем вспышка и накатила боль…
— Х-ха! — выдохнул Артем, выходя из транса. Лишь каким-то чудом он сдержался, чтобы не заорать. Руку корежили судороги, сквозь поры выступил кровавый пот.
— Это тоже следствие твоей глупости. Помимо проблем с железом, забудь о новом фокусе. Если не собираешься загнуться от болевого шока, разумеется, и у тебя нет запасной руки…
Артем с трудом воспринимал слова командира. Сжав запястье, он готов был как волк отгрызть попавшую в капкан боли конечность. Хотелось выть, кричать, но он почему-то молчал и до крови кусал губы.
— К-как эт-то прек-кратить?!
— Ах, да. — Кардинал точно над ним издевался. — Разрушь мост с Изнанкой, порви нити…
Артем хотел переспросить какие, но перед глазами сами возникли две туго натянутые струны, уходящие от него куда-то вдаль. Осталось сосредоточиться и рассечь их простым усилием воли…
