— Не знаю, — отозвался кинолог. — Либо так, либо у него настолько сильно прогрессирующий склероз, что доктор тут уже бессилен.
— Скорее второе, чем первое, что бы это ни означало, — проговорила совершенно не сведущая в медицинских терминах Тлала. — Бог воды издеваться совершенно не умеет. Он или сразу убивает, или вообще ничего не делает. Вы, кстати, были первыми людьми, кто испытал на себе гнев Тлалока и остался жив.
— Надо будет потом, по возвращении домой, занести этот факт в Книгу рекордов Гиннесса, — заметил Рабинович и повернулся к богу воды. — Придурок, ты разве не помнишь, что мы у тебя жезл сломали?
— Ах, вон оно что! — удивился Тлалок. — А я всё гадаю, что у меня с жезлом случилось?! — Бог дождя задумался. — Так, раз мы с вами уже встречались, то я уже пытался вас наказать, а если учитывать, что вы мне сломали жезл, а сами до сих пор живы, значит, наказать вас у меня не получилось. Отсюда вывод — с вами лучше не связываться. Тем более что вас сопровождает Кецалькоатль… Привет, дружище! Не помню, ты уже вернулся или вообще никуда не исчезал?
— И ты здравствуй, Тлалок, — щелкнул клювом Пернатый Змей. — А насчет твоего вопроса могу сказать, что и то, и другое верно. Впрочем, тебе лучше вообще забыть, что ты меня видел.
— А я так и так забуду! — обреченно махнул рукой бог грозы. — Куда направляетесь?
— В Теночтитлан, в гости к Чимальпопоке. Не хочешь прогуляться с нами? — предложил Кецалькоатль, вызвав тем самым гневное шипение со стороны Рабиновича. Впрочем, волновался Сеня зря.
— Прогуляться? Это в смысле идти пешком? А вы не одурели?! Это же почти сутки пути, — возмутился Тлалок. — Не-ет, такое не для меня. Я бог занятой, меня везде ждут. Вы идите себе, если хотите, а я через денек во дворец загляну. Если, конечно, свободное время найду, — и бог грозы с сухим треском электрического разряда растворился в воздухе.
— Если не забудешь, — добродушно хохотнул ему вслед Кецалькоатль и повернулся к ментам. — Кстати, расскажите, как вы с этим старым маразматиком встретились и что случилось с его жезлом? Насколько мне помнится, за последнюю тысячу лет сломать жезл Тлалока пытались трижды — и ни разу не оставили на нем даже царапины.
— Кстати, расскажите, как вы с этим старым маразматиком встретились и что случилось с его жезлом? Насколько мне помнится, за последнюю тысячу лет сломать жезл Тлалока пытались трижды — и ни разу не оставили на нем даже царапины.
— Еще одна запись в Книгу рекордов Гиннесса, — хмыкнул кинолог, но про первую встречу с богом воды рассказал охотно.
— А можно мне на эту странную штуку посмотреть? — выслушав рассказ, Кецалькоатль потянулся к жомовскому пистолету.
— И думать забудь, — отрезал Иван. — Оружие табельное, и в чужие руки его отдавать не положено. Вопросы есть?
— Нет, — покачал головой Пернатый Змей. — Но жаль, что столь могущественный знак власти нельзя потрогать руками. Хотя символ своего могущества я бы вам в руки тоже не отдал.
— А они бы его и сами в руки не взяли, — заметила Тлала и, состроив тольтекскому богу глазки, тихонько захихикала.
— Нет предела твоим пошлостям, женщина! — притворно возмутился Кецалькоатль и сам заржал над своей шуткой.
Сеню, прекрасно понявшего всю двусмысленность заявления богини, обмен репликами между ней и Кецалькоатлем совсем не обрадовал. Рабинович хоть и потерял из-за девицы голову, всё же мозгов не совсем лишился. В глубине души он понимал, что Тлала совсем не идеал и предел мечтаний, но уж слишком сильно ему хотелось подольше побыть рядом с этой женщиной, и все свои невысказанные опасения он гнал прочь, словно Мурзик — блох.
— Так, ладно. Повеселились, и хватит. Пора собираться в дорогу, — проговорил он, поднимаясь со своего места. — Кстати, Кецалькоатль, надо с тобой что-то делать. Нам совсем не нужно, чтобы при твоем появлении вокруг нас собирались толпы народа.
— А что в этом такого? — удивился Пернатый Змей. — Боги для того и существуют, чтобы им поклонялись.
— Вот сделаем дело, пусть тебе и поклоняются столько, сколько в тебя влезет, — отрезал кинолог. — А сейчас нам не нужно, чтобы ацтеки раньше времени узнали, что ты вернулся. Та тольтекская деревня, которую мы вчера прошли, не в счет, поскольку сочувствует мятежникам и твердо верит, что ты давно им помогаешь. Дальше пойдут поселения, преданные Чимальпопоке. Поэтому будем тебя маскировать. Капелькуаль, что-нибудь можешь посоветовать?
Трактирщик, польщенный таким вниманием, пристально осмотрел тольтекского бога, прикидывая, что с ним можно сделать, а затем заявил, что самым идеальным вариантом было бы облачение его в одежды жреца Уицилопочтли. Во-первых, и одеяния они носят длинные, что прикроет нечеловеческую кожу Пернатого Змея. А во-вторых, выдающийся клюв, куда как превосходящий по размерам ставшие притчей во языцех носы кавказских народностей, легко спрятать под маской ягуара, которые часто надевают жрецы Уицилопочтли.
— Чтобы я скрывал свою внешность под личиной этого самозванца и узурпатора?! — возмутился Кецалькоатль. — Да никогда! Уж лучше я вообще никуда не пойду.
— Тогда мы тебя свяжем и силой потащим во дворец, — пообещал тольтекскому богу омоновец.
— Да не расстраивайтесь вы так, — попытался успокоить Пернатого Змея вежливый Ахтармерз. — Мне вон тоже приходится эти дурацкие перья на себе таскать, но я терплю. Ради великого дела всегда приходится какие-нибудь тяготы переносить. И потом, это ненадолго. Вам же всего один день нужно маскировочный костюм таскать, а мне уже почти неделю в перьях ходить приходится.
— А я тоже считаю, что переодевать великого Кецалькоатля в одеяния жреца его врага унизительно, — приосанившись, заявил Ачитометль. — Я вот тоже никогда бы не облачился в одежду воина из ордена Ягуара.
— Тебе кто вякать разрешал? — тут же полюбопытствовал у военачальника ордена Орла старшина ОМОНа.
— Тебе кто вякать разрешал? — тут же полюбопытствовал у военачальника ордена Орла старшина ОМОНа. — Сто отжиманий заработать хочешь?
— Кецальчик, — вмешалась в диспут Тлала. — Ты не расстраивайся, а просто считай это переодевание очередной забавой. Потом будешь хвалиться в пантеоне, как ты, прикинувшись служителем своего врага, прокрался прямо в его логово и одержал великую победу. Разве это не забавно?
— Я даже могу костюм дать. У меня тут один с прошлого места работы остался, — неожиданно предложил помощь Шипинуаль, до сего момента из-за вчерашней обиды ни с кем не общавшийся.
— А ведь правда! — восхитился Пернатый Змей. — До такого хитрого хода с переодеванием еще никто из богов не додумался. Я буду первым, а потом обо мне станут слагать легенды!
— Да уж, сложный случай мании величия. Готовый клиент для психиатрической больницы, — пробормотал себе под нос Рабинович, а вслух сказал: — Вот и договорились. Натягивай на себя костюм жреца, маску, и отправляемся в путь. Впрочем, всё время носить маску необязательно. Достаточно будет надевать ее тогда, когда мы будем подходить к населенным пунктам.
— Ну уж нет! — неожиданно возмутился Кецалькоатль. — Если уж играть роль жреца, так до конца, и пусть потом никто не говорит, что я хитрил и давал себе слабину. Маску мне. Полцарства за меня… Или за коня?.. Или это совсем из другой оперы? А что такое конь? Что-то запутался я совсем…
