«Возможно, — кивнул Тревельян. — Антенна и поворотный механизм в порядке, энергетический импульс должной мощности, расчеты безукоризненны… На что еще грешить? Где ошибка? В исходных данных? Эту гипотезу стоит проверить».
Поднявшись, он шагнул к пульту, над которым кружился сияющий Млечный Путь, знаком велел Шиару отойти и запрокинул голову.
— Станция! Ты меня слышишь?
— Да, ньюри Тревельян, — откликнулся искусственный разум. — Как сообщалось ранее, визуального контакта нет, но звуковой канал в порядке.
— Разберемся с дальней связью. Для ориентации передающего луча ты использовал стандартные навигационные программы?
— Комплекс «Вектор», как его обозначают на Земле, редакция последнего десятилетия.
— Координаты звездных систем и, в частности, Сайката — в базе данных комплекса?
— Нет, это отдельный информационный блок. В мою память загружен «Каталог миров», составленный на Йездане и пополняемый не реже, чем…
— Неважно.
Кто его загрузил?
— Тот, кто занимался программированием моего разума. Ньюри Кайтам из научного отдела Хорады.
Пару секунд Тревельян размышлял, стоя посреди голограммы. Ветви Стрельца, Ориона и Персея, Гиады, Плеяды и Магеллановы Облака, гигантские звездные ассоциации и древние шаровые скопления беззвучно и плавно вращались вокруг него, словно он был центром Мироздания, той начальной точкой, от которой все отсчитывалось во Вселенной — время и расстояние, прошлое и будущее, зло и добро.
— В моем личном отсеке находится компьютер, — произнес он после недолгой паузы. — Земной компьютер, подключенный к станционной сети. Полагаю, ты можешь до него дотянуться.
— Разумеется, ньюри Тревельян.
— В памяти компьютера — «Большой Звездный Атлас». Сравни положение Сайката в двух источниках, в «Атласе» и «Каталоге миров». Данные совпадают?
— Нет. — На экран выплыли две колонки цифр, потом Мозг сообщил: — Разница незначительна, но на дистанции в сто парсек отклонение луча составит семь с половиной световых месяцев.
— Немало! Вот поэтому мы промахнулись по Йездану, Кхайре и Земле, по всем пунктам, с которыми пытались связаться! — Голос Ивара звенел торжеством. Приподняв обруч, он вытер ладонью вспотевший лоб, глубоко вздохнул и распорядился: — Проведи расчеты с исходными данными из «Атласа» и ориентируй антенну на Землю. Сейчас я продиктую послание.
Когда он закончил, все, кто был на ногах, Ифта Кии, Шиар и семь его братьев, стояли за спиной, и хоть земная лингва была им непонятна, в глазах их светилась надежда. В ажурных прорезях антенны полыхнуло расплавленное золото, затем мощный импульс сорвался с двузубца, пробил невидимую грань между Вселенной и Лимбом и погас в Великой Пустоте. «Сообщение отправлено», — доложил Мозг, а Тревельян, оглянувшись, буркнул:
— Ну-ка, все по местам! Живо! Ори, я выпил бы чего-нибудь, «пять сестер» или «бледную луну»… В горле пересохло.
Ему принесли фруктовый коктейль в токаре, что походил на чашечку белого тюльпана. Сок был кисловатым и холодным, пузырьки газа лопались на губах. Утолив жажду, Ивар снова вздохнул, мечтая о глотке коньяка, и тут послышалось:
— Ньюри Тревельян! Я бы хотел спросить…
— Спрашивай, мой криогенный приятель.
— Все данные в «Каталоге миров» дефектны? Должен ли я заменить «Каталог» кни’лина земным «Атласом»?
— Полагаю, нет. Ты можешь сравнить «Атлас» с «Каталогом», и я уверен, что, кроме Сайката, разночтений в них не будет. Дефектна лишь эта позиция — точнее, намеренно искажена. Ну, и как ты думаешь, кто это сделал?
— Ньюри Кайтам? — Недоуменная пауза. — Но с какой целью?
Кто ты, хитрец Кайтам, зинто или валлс ?.. на чью мельницу льешь воду?.. — подумал Тревельян, оставив вопрос без ответа. Опустившись на пол перед пультом, он ждал подтверждения связи — ему полагалось прийти минут через сорок, самое большее — через час. Сердце Ивара билось ровно, на лице застыла маска уверенности и спокойствия.
«Что ты будешь делать с Иудой и этой ведьмой Глубиной? — спросил командор. — Я имею в виду, если сеанс состоится, и мы получим нужные данные».
«Придется их разоружить и изолировать.
«Придется их разоружить и изолировать. Больше ничего. Нам они не подсудны, дед. К тому же Иутин дал ценную информацию».
«Какую?»
«О плане Джеба Ро, о тайной его цели. Теперь мне ясно, почему он не хотел применять излучатель. Его заботили не терре и тазинто, а сохранение нынешней ситуации, когда агрессивные дикари уничтожают другую расу, более мирную и почти беззащитную. Печальная история… И, к тому же, живой пример, который можно продемонстрировать Галактике, связав Сайкат с современной Землей».
«Печально, что тазинто режут терре, — согласился командор, — весьма печально. Но мы-то здесь при чем?»
«При том, что на Земле такое уже было, когда наши древние предки расправились с неандертальцами. Тазинто так на нас похожи… на тех жестоких варваров, что населяли Землю тридцать тысяч лет назад… и на тех, кто жил гораздо позже, в двадцатом и двадцать первом веках, считавшихся цивилизованной эпохой… Тут прослеживается связь, некая преемственность, понимаешь? Тазинто как бы свидетельство того, что наша культура основана на зверствах и насилии. Тазинто уничтожают терре, а мы стерли память о неандертальцах, затем убивали друг друга дубинами, мечами, бомбами и пулеметами, и, наконец, расправились с фаата, дроми, хапторами и кни’лина. Тут работает метод аналогий, понятный всем и каждому».
На пульте дальней связи ровным светом горели алые огни, и в серебристой глубине экрана вспыхивал и гас символ ожидания. Глядя на него, Тревельян почти физически ощущал, как истекает время. Где-то внизу, у антенны биоизлучателя, трудилась Глубина, и старый корабль, троянский дар Земли, нес вахту, охраняя не своих творцов, а нынешнего их врага. Это казалось бы актом возмездия, но ни Земле, ни землянам ничего не грозило; под угрозой был Сайкат.
Призрачный Советник молчал, обдумывая сказанное Тревельяном. Потом заметил:
«Если я правильно понимаю, Джеб Ро решил явить Вселенной, из какого дерьма мы произросли. Но для чего? Из неприязни к волосатым?»
«Это одна причина, не главная. Есть другая, Иутин считает, что правящие кланы готовы развязать войну, большую войну во всем Рукаве Ориона. Им нужны союзники, дед».
«И оправдания, — добавил командор. — Те, чьи пушки стреляют первыми, всегда нуждаются в оправданиях. Ну что ж, надерем им задницу еще раз! А что касается этих валлс … Тут я одного не понимаю: почему Иуда с ними? Сейчас он нужен Глубине, но через пару дней или недель она его прикончит. Зачем ей лишние свидетели?»
«Прикончит, — подтвердил Тревельян. — Но кажется, это ему безразлично. Он ценит жизнь меньше мести ни и похарас . Хотел бы знать, чем они ему насолили!»
Таймер, отсчитывавший время в мерах землян и кни’лина, показывал, что миновало двадцать семь минут. Будет ли ответ?.. — мелькнула мысль. И как там дела у Глубины? Ивар повернулся к Гиббеху, дежурившему у панели внешних шлюзов, и приказал:
— Сбрось в пространство капсулы, пусть покружат у излучателя. Надо взглянуть, что творится внизу.
— Достойный желает, чтобы послали два аппарата?
— Нет, десяток, и одну машину уведи подальше. Там, — Ивар ткнул пальцем в пол, — боевой корабль, и он начнет стрелять. Пока возится с девятью аппаратами, десятый улетит на два диаметра планеты.
