— Но пока наше влияние только на пользу этой истории, — сказал Джек.
— Пока, — сказал Гарри. — Путешествуя вместе с отрядом, мы сможем сэкономить им массу времени и нервов, потому что знаем, когда и что может случиться. И я даже почти уверен, что для этого мира все закончится хорошо и все, кто должен был выжить и победить, выживут и победят.
Однако на нас с тобой эта уверенность не распространяется. Нас нет в этом сюжете, и если мы выйдем из Дольна в составе отряда Хранителей, еще не Факт, что мы доживем до сражения за Минас-Тирит. Мы не застрахованы ни от каких случайностей, а опасностей будет хоть отбавляй. Снежные лавины, орки, назгулы, в конце концов тот же Балрог.
— Понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал Джек. — Грузовик мчится по ухабам, но все, кроме нас, пристегнуты ремнями. Зато мы можем вывалиться при любом толчке.
— Я не знаю, что такое «грузовик», — сказал Гарри. — Но в целом подмечено верно.
— Однако большого выбора у нас нет, — сказал Джек. — Пойдем с ними и постараемся сделать так, чтобы нас не ухлопали в пути.
— Это если они нас еще с собой позовут.
— Если нет, придется добираться самим, — сказал Джек. — Хотя я предпочел бы путешествовать по чужому миру с командой людей, которые в этом мире хорошо ориентируются.
Совет пяти семейств состоялся в открытом патио дона Элронда. Кресла для почетных гостей образовывали полукруг, в центре которого стояла то ли большая тумба, то ли маленький столик, очевидно предназначенный для экспонирования предмета обсуждения. Собравшиеся разбились на группы и вполголоса о чем-то переговаривались между собой. Представители разных этнических группировок старались держаться особняком и изредка бросали на соседей недружелюбные взгляды.
Дон Элронд, как и было положено руководителю его ранга, появился среди собравшихся последним и занял свое почетное место в центре полумесяца.
— Ну что ж, — сказал дон Элронд, и все разговоры стихли. — Я собрал на совет представителей пяти самых влиятельных семейств, и, поверьте мне, у меня была на то веская причина. Кое-кто из вас может не знать друг друга в лицо, поэтому я назову диаспоры, которые вы представляете. Это, — он указал рукой, — делегация от эльфийской братвы и ее глава Леголас [23] . По правую руку от него наши низкорослые друзья, контролирующие подземные коммуникации, и их представитель, Гимли, сын Глоина. Рядом с ними парни из Гондора во главе со старшим сыном и наследником хранителя гондорского престола, Боромиром. Это — представители этнической группировки из Шира и их предводитель, Фредди Баггини. Ну Гэндальфа я вам представлять не буду, его и так все знают. Парень рядом с ним — Арагорн, и больше на данный момент вам о нем знать не обязательно. Ну и я, скромнейший дон Элронд. Поскольку все в сборе, я объявляю наш совет отрытым. Фредди, будьте добры, предъявите людям дивайс [24] .
Фредди снял кольцо с цепочки и положил его на тумбу, стоявшую в центре образованного креслами полукруга.
— Оба-на, — сказал Боромир. — Нашлось-таки колечко заветное.
— Такие вещи никогда не теряются надолго, — заметил Леголас.
— Это для вас пятьсот лет — один миг, — сказал Боромир. — Не надо всех своей эльфийской меркой измерять.
— Я попросил бы, вас отказаться от высказываний, которые задевают мое национальное достоинство, — сказал Леголас. — Шовинизма я не потерплю.
— Ой, кто бы говорил, — возмутился Боромир. — Вы нас вообще долгое время за людей не считали.
— Именно за людей мы вас всегда и считали, — возразил Леголас. — А за кого еще вас считать? За эльфов, что ли? Уши коротки.
— Ах ты, скотина! — взвился Боромир, выхватывая из ножен меч.
— А за кого еще вас считать? За эльфов, что ли? Уши коротки.
— Ах ты, скотина! — взвился Боромир, выхватывая из ножен меч. — Посмотрим, как ты запоешь, когда я твои собственные уши укорочу!
Впрочем, укорачивать эльфу уши он не торопился Должно быть, все дело было в стреле Леголаса, наложенной на тетиву и смотревшей Боромиру в левый глаз.
— Ты меня знаешь, — сказал Леголас. — С такого расстояния я не промахнусь даже с завязанными глазами. Даже с выколотыми глазами, и то не промахнусь.
— Фиг с тобой, — заявил Боромир, в сердцах бросая меч обратно в ножны. — Жизнь долгая, земля круглая. Может, еще посчитаемся.
— Обратите внимание, благородные доны, — воззвал к присутствующим дон Элронд. — Кольцо находится среди нас всего несколько минут, а вы уже готовы вцепиться друг другу в глотки. По-моему, это несколько нездорово.
— Между прочим, это наше исконное гондорское кольцо, — сказал Боромир. — Исилдур, который это колечко с боя взял, был гондорского происхождения. Так что клан Гондора заявляет свое право на означенный дивайс.
— Здрасте, приехали, — вступил в разговор Гимли. — Вашего Исилдура почитай сразу после боя грохнули, тогда колечко и потерялось. У клана Гондора на него не больше прав, чем у любого другого семейства.
— Вообще-то колечко принадлежит нам, хоббитам, — вмешался Фредди. — По праву нашедших.
— Нашедшим по закону только двадцать пять процентов полагается, — сказал Боромир. — И клан Гондора готов заплатить вам эту цену. Как только вы появитесь в Гондоре, получите золото — четверть от общего веса кольца.
— Может, вообще его распилить? — ехидно поинтересовался Арагорн.
— И кто это у нас тут такой умный? — спросил Боромир. — Кто кольцо пилить будет? Ты, что ли?
— Могу и я.
— Ты кто такой, в натуре? — взвился Боромир. — Ты — никто, и звать тебя никак. Чтоб я бомжару какого-то слушал? Я вообще не понимаю, из какой дыры ты выполз и каким образом сюда пролез!
— Аккуратнее, — предупредил его Леголас. — Следи за базаром.
— Я — Арагорн, — сказал Арагорн Боромиру. — Сын Арахорна.
— Эти имена мне ни о чем не говорят, — сказал Боромир.
— Любой мало-мальски образованной личности эти имена говорят о том, что их обладатель — законный наследник Исилдура и истинный король Гондора, — эффектно закончил за Арагорна Леголас. Было видно, что эту парочку связывают давние деловые интересы.
— У нас в Гондоре нет короля, — сказал Боромир. — И не нужен нам никакой король. У нас почти демократия.
— С делами престолов мы будем разбираться позже, — сказал дон Элронд. — В первую очередь нам надо решить судьбу кольца.
— А чего тут решать? — спросил Боромир. — Исилдур был наследником правителя Гондора, и кольцо принадлежит нам.
— А на законного потомка Исилдура вам уже наплевать? — поинтересовался Арагорн. — Поймите меня правильно, господа, я не за кольцо рублюсь, я из принципа…
— Исилдур был большой баран, — подал голос Гэндальф.
— Если бы он тогда не напортачил, у нас сейчас вообще с Мордором никаких проблем не было бы.
— Я на той разборке, кстати, тоже присутствовал, — сказал дон Элронд. — Мы бились у Черных Врат Мордора и начали брать верх. Мы ворвались в черную страну, и закипела битва на склонах Ородруина, когда Саурон вышел на поле боя сам. А роста он, кстати, был нехилого, да и силой его валары не обидели. Там пал мой отец Гил-Гэлад, там пал Элендил, правитель Гондора. Но его сын Исилдур подобрал обломки отцовского меча и срубил Саурону кольцо вместе с пальцем. Саурон временно умер, а Исилдур решил забрать кольцо себе как небольшую компенсацию за смерть родителя. Это вместо того, чтобы сразу его в Ородруин бросить. Благо мы тогда совсем недалеко от кратера стояли.
