Киллер в своем углу тоже был не дурак насчет алкоголя. Перед ним стояла початая бутылка «Хеннесси», и он постоянно наполнял свой стакан. Судя по запаху, доносившемуся от его столика, в трубке Киллера присутствовал не один только табак.
После третьей кружки пива Фредди решил прояснить ситуацию и направился к столу Киллера. Рядом с ним как раз был один свободный стул.
— Я присяду? — спросил Фредди.
— Валяй, — сказал Киллер.
Поскольку стул был предназначен для человеческого, а не хоббитского седалища, Фредди пришлось не столько садиться, сколько карабкаться.
— Я тебя знаю? — спросил Фредди.
— Вряд ли, — сказал Киллер.
— А тогда чего ты на меня весь вечер пялишься? — спросил Фредди. — Нравлюсь я тебе, что ли?
— Это тоже вряд ли, — сказал Киллер. — У меня, между прочим, телка есть, какая тебе и не снилась.
— Тогда почему вдруг такой интерес к моей персоне? — спросил Фредди.
— Скажи мне, Джимми, ты ювелир?
— Это кто это тут Джимми? — спросил Фредди.
— Ты, — сказал Киллер. — Я слышал, как ты представился хозяину заведения. Джимми — это уменьшительное от Джеймса. Если ты придумал легенду, то надо строго ее придерживаться, иначе тупо сладишься.
— Я не понял, ты о чем?
— О цацке золотой, которую ты тут по полу катал, — сказал Киллер. — Ты ее, между прочим, не в ломбард несешь, синьор Баггини.
— Откуда ты меня знаешь? — удивился Фредди.
— Гэндальф попросил меня встретить вашу компанию и проводить в Дольн, к дону Элронду, если он сам задержится.
А ты не производишь на меня впечатление человека, способного одолеть такой путь самостоятельно.
— На что это ты намекаешь? — насторожился Фредди.
— По дорогам рыщет зондеркоманда из Мордора, — сказал Киллер. — Как ты думаешь, кого они ищут?
— Неужели меня?
— Поразительная догадливость, — похвалил его Киллер. — Ты как, в рукопашном бою силен?
— Ну…
— С девятерыми профессиональными натренированными убийцами совладаешь? — уточнил Киллер. — Если учесть, что они еще и бессмертные?
— Не уверен, — сказал побледневший Фредди. — А что делать-то?
— Слушай меня, и все будет нормально, — сказал Киллер.
— А откуда я знаю, что тебе можно доверять? — спросил Фредди.
— У меня есть для тебя малява от Гэндальфа, — сказал Киллер. — Надеюсь, ты его почерк узнаешь?
— Узнаю, — сказал Фредди. — Что ж ты сразу про маляву не сказал?
— Хотел удостовериться, что это именно ты.
Киллер подал хоббиту конверт, запечатанный личной печатью Гэндальфа. Судя по состоянию конверта, его долго носили в заднем кармане брюк, но ни разу не открывали.
Фредди надорвал конверт, развернул вложенный в него листок бумаги и увидел неровные строчки, написанные рукой спешащего Гэндальфа.
«Что бы ни сделал податель сего письма, он делает это от моего имени и в интересах государства. Гэндальф.
P. S. Убедись, что письмо не попало не в те руки. Человека, которому я его отдал, зовут Арагорн [18] ».
Фредди аккуратно сложил письмо и спрятал во внутренний карман пиджака.
— Как тебя зовут? — спросил он.
— Мое истинное имя не должно звучать в этом зале, — сказал Киллер.
— Боюсь, я не смогу сотрудничать с человеком, который отказывается сообщить мне свое настоящее имя, — сказал Фредди.
— Хорошо, если ты именно так ставишь вопрос, то я скажу, — согласился Киллер. — Но это только между нами.
— Твоя тайна умрет вместе со мной, — сказал Фредди.
— Очень даже может быть, — задумчиво сказал Киллер. — Меня зовут Арагорн.
— Нормальное армянское имя, — сказал Фредди. — Чего из него такой секрет устраивать? Может, ты мне объяснишь, Ара?
— Тише, — прошипел Арагорн. — Слушай меня. Сейчас иди к своим друзьям, быстро допивайте, и валим отсюда.
— К чему такая спешка?
— Не было бы никакой спешки, если бы ты колечко не засветил, — сказал Арагорн. — Ты можешь быть уверен, что в этой таверне нет осведомителей, работающих на зондеркоманду? Лично я в этом не уверен и не хочу, чтобы черные всадники нагрянули в этот тихий мирный городок. По крайней мере до тех пор, пока мы отсюда не уберемся.
— А как же Гэндальф?
— Если он еще жив, то догонит нас в дороге или присоединится к нам в Дольне, — сказал Арагорн. — А если нет, то мне будет его не хватать.
— А если нет, то мне будет его не хватать.
Через два часа после того как хоббиты покинули Брысь в сопровождении Киллера, в «Рога и копыта» заглянули стрелок и молодой волшебник.
— Добрый вечер, господа, — заученной формулой приветствовал их Маслютик. — Могу я узнать ваши имена?
— Джек.
— Гарри.
— Какие красивые имена, — сказал Маслютик. — И главное, редкие. Что будете пить, джентльмены?
— А что есть?
— У нас широкий ассортимент алкогольных напитков, — сказал Маслютик.
— Мне виски, — сказал стрелок.
— А вам?
— А мне какого-нибудь вина, — сказал Гарри. — Я не люблю крепкие спиртные напитки.
Маслютик понимающе кивнул и поставил на стойку бара заказанный алкоголь.
— Останетесь на ночь? — Заполучить на постой хоббитов ему не удалось, да и Киллер куда-то свалил, так что свободных мест было хоть отбавляй.
— Мы еще не решили, — сказал Гарри. — Мы ищем здесь знакомых.
— Вот как? Может быть, я их видел, — сказал Маслютик. — Опишите мне их.
— Это четыре хоббита, путешествующие в компании короля Гондора, — сказал Гарри.
К чести Маслютика стоит сказать, что при таком сенсационном заявлении на его лице не дрогнул ни один мускул.
— Буду откровенен, такие компании встречаются нечасто, — сказал он. — Особенно если учесть, что в Гондоре уже несколько веков нет короля. Но я видел четырех хоббитов и одного странного типа совсем недавно.
Маслютик замолчал. Гарри понял намек и выложил на стойку бара золотую монету.
— Они ушли пару часов назад, — сказал Маслютик.
— В какую сторону они двинули? — спросил Гарри, выкладывая вторую монету.
— Из этого города ведут только две дороги, — сказал Маслютик. — И по одной из них пришли вы.
Логично, подумал Гарри. Я мог бы и сам догадаться. Сэкономил бы золотой.
— Боюсь, мы не можем остаться на ночь, — сказал стрелок. — Гарри, прикончи свое вино и пошли отсюда. Что-то мне подсказывает, что нам надо спешить.
Еще через час перед трактиром раздалось цоканье копыт и сдавленное конское ржание, а потом, звеня шпорами, в обеденный зал вошла высокая худощавая фигура в черном плаще с капюшоном, полностью скрывавшим голову всадника. Это существо было похоже на Смерть Плоского Мира в описании Терри Пратчетта, милого в общем-то парня, но на самом деле было злобным, коварным и жестоким Королем-Призраком, бессмертным Кольценосцем, главным из девяти Черных всадников.
От его фигуры по залу распространялись холод, страх и запах дорогого одеколона, которым Ангмарец пытался забить исходящее от его скакуна зловоние.
— Д… добрый вечер, сэр, — пролепетал Маслютик. — Чем я могу… В смысле, как вас… Э… Не убивайте меня, ладно?
— Мне нужен хоббит, — прошипел Ангмарец. Он мог говорить и нормальным голосом, но считал, что шипение делает его имидж более зловещим.
— У нас тут недавно было целых четыре, — доложил Маслютик.
— У нас тут недавно было целых четыре, — доложил Маслютик. — Они двинулись на зюйд-зюйд-вест.
— Махни рукой, — прошипел назгул.
— Туда, — указал Маслютик. — Выпьете что-нибудь?
— «Кровавую Мэри».
— Пожалуйста. — Рука Маслютика тряслась, когда он смешивал коктейль. Впрочем, коктейлю это пошло только на пользу.
